Звезды падают в небо - Марина Эльденберт

— Можно? — спросил брат, заглядывая ко мне.

К этому времени я еще недостаточно остыла, поэтому просто кивнула, предпочитая пока молчать.

— Прости, — произнес Сарр, остановившись посреди комнаты и глядя на меня исподлобья. — Я хотел извиниться за то, что…

— За то, что назвал меня недостойной женщиной?

Вот не собиралась я щадить его чувства, не маленький уже. Пусть учится отвечать за свои поступки и называть вещи своими именами.

— За все, — угрюмо пробормотал он. — За это. За то, что всю жизнь ты вынуждена обо мне заботиться, а от меня одни только проблемы… За то, что я даже сбежать толком не мог.

— Что?!

— То! — выпалил брат, задыхаясь и сжимая кулаки. — Это из-за меня ты сейчас здесь. Если бы я был осторожнее… я… с самого детства был для тебя обузой, был и остаюсь до сих пор. Я должен тебя защищать, а не ты меня! Тебе стоило от меня избавиться…

— Прекрати!

Я рявкнула так, что мой голос эхом отразился от стен. Сарр, не привыкший к тому, что я вообще повышаю голос, замер, а я шагнула к нему.

— Я вытащила тебя из Ильерры не затем, чтобы сейчас все это слушать. Я провела тебя под большой пустыней, мы вместе работали в шоу Наррза, и все это, о чем ты мне сейчас говоришь, я пережила не для того, чтобы услышать, что все было зря.

— Я не…

— Ты не, — передразнила я, чувствуя, что задыхаюсь. — После всего, через что мы прошли, ты говоришь, что я должна от тебя избавиться?!

Сарр на мгновение опешил, а потом потянулся ко мне.

— Прости, Теарин.

— Снова прости? Так и будешь всю жизнь извиняться?!

— Если потребуется. — Он коснулся моей щеки, глядя мне в глаза, и в этих глазах впервые я видела силу дракона. Силу мужчины. — Но я все же надеюсь, что мы поговорим сегодня, и ты сможешь меня простить. Потому что самому мне простить себя тяжело.

Готовая уже продолжать, осеклась.

Наверное, во мне просто не осталось сил, но в этот момент Сарр хрипло произнес:

— Я люблю тебя. Я люблю тебя, Теарин, и я обязан тебе всем, что у меня есть сейчас. Возможностью чувствовать свое пламя. Возможностью лежать на камнях после тренировок и смотреть россыпи звезд на небе Аринты. Возможностью дышать полной грудью. Я жив только благодаря тебе, ты вывела нас оттуда, откуда не смогли уйти даже опытные советники и преданные отцу хаальварны. Ты не только моя сестра, ты стала мне матерью и подругой.

Он отступил тем не менее, не отпуская моего взгляда.

— И я очень надеюсь, что это так и останется.

Сил во мне действительно не осталось, поэтому я сползла (для Сарра — осторожно опустилась) на низкий диван в россыпь подушек. Предлагая ему присоединиться ко мне и чувствуя, как неуверенная улыбка брата отзывается внутри теплом.

— Значит, я прощен? — поинтересовался Сарр, опускаясь рядом со мной.

— Пока еще нет.

Глаза брата расширились, а я судорожно рванулась к нему, уткнувшись лицом в плечо. Никогда раньше такого не делала, не позволяла себе этой слабости, но сейчас, когда Сарр сначала осторожно, а потом уже увереннее привлек меня к себе и погладил по волосам: по-мужски, успокаивающе, я вздохнула. Глубоко, рвано, позволяя напряжению собраться в груди и освободиться на выдохе. Он гладил меня по голове, а я все глубже погружалась в силу его рук, снова и снова выдыхая невыплаканные слезы из глубины сердца.

— Что это было? С Даармархским? — спросила еле слышно, не желая покидать объятий.

Таких теплых, возвращающих уверенность, что я не одна.

— А… — донеслось сверху. — Ну… в общем, до казарм дошли слухи, что у вас развалилось свидание, и я решил сказать ему все, что думаю. Но перегнул и случайно рассказал и о нашей ссоре тоже. Заодно заявил, что это из-за него.

Я подняла голову.

— Что ты решил ему сказать, повтори?

— Да мне самому странно, что я все еще без таэрран. Но до того как я брякнул, что сказал тебе, он вел себя вполне адекватно. В отличие от меня.

Я представила, как мой брат врывается в кабинет Даармархского, чтобы высказать ему все, и глубоко вздохнула.

— Ты ненормальный, Сарр.

— Кто бы говорил. Что случилось на свидании, Теа?

— Ничего. — Я покачала головой, сильнее прижимаясь к брату.

На наши голоса из спальни притопал Дири и притащил мяч. Радостно пофыркивая, устремился к Сарру и сунул морду ему под руку.

— Давно не виделись, драная задница.

— Сарр!

— Прости, — тут же стушевался брат и добавил: — Это я от других хаальварнов нахватался. Ты ведь не скажешь, что произошло?

Покачала головой.

— Не сейчас.

Об этом я не готова была говорить даже с ним.

— А когда?

— Когда придет время.

Брат хотел было возразить, но потом все-таки отступил: кивнул, соглашаясь с моим решением.

— Что пьешь? — Сарр потянулся к столику, увлекая меня за собой. — Просто вода?!

— Я что, не имею права попить воды перед ужином?

— Пфф! Хоть бы наливки попросила для аппетита.

— Молодой человек! Чему еще вас научили в казармах?

Он ухмыльнулся.

— Лучше тебе этого не знать, Теа.

За интонации, а еще за выражение его лица Сарру прилетело подушкой. Он швырнул в меня другую, но нарочно промазал, и в нее радостно вцепился зубами Дири. С рычанием потроша ткань, с визгом уволок ее в спальню, а потом притащил обратно и на радостях плюхнулся пузом кверху.

— Скоро у тебя ужин?

— Да, уже скоро надо собираться.

— Как ты смотришь на то, чтобы я тебя проводил?

— Со мной будут нэри.

— И ты думаешь, что две девицы в нарядах меня напугают? — приподнял брови брат.

Да-а-а, в казармах его определенно чему-то научили.

— Хорошо, — неожиданно согласилась я. — Но тебе придется подождать, пока я приведу себя в порядок.

— Подожду.

— Это долго.

— А я никуда не спешу. Тренировки на сегодня уже закончились. — Сарр подмигнул Дири. — Заодно развлеку эту дра… в общем, мы тут скучать не будем.

— Не сомневаюсь, что не будете, — язвительно заметила я. — Манеры у вас теперь приблизительно одинаковые.

— Ой-ой-ой! — донеслось мне в спину, но я уже направилась в спальню.

По-прежнему сжимая клятую склянку в руке, на негнущихся ногах вышла на балкон.

Размахнулась и швырнула настойку вниз. Попрощавшись со мной отблеском лунного света в стекле, она потерялась в надвигающейся на Аринту ночи, а я позволила коленям подогнуться, сползла на пол. Обхватила себя руками, дожидаясь, пока пройдет охватившая меня дрожь от осознания того, что я недавно собиралась сделать.