Истории Сантея - Станислав Гримайло

– Видел? – уточнил я у старшого, который соблаговолил проводить стража до экипажа.

– Че? – недоуменно наморщил лоб орк. Богатый словарный запас…

Понятно. Мерещится уже всякое.

* * *

Вернувшись в родные стены, мы застали только скучающих Галла и Горндта да парочку посетителей, активно наседающих на парней. Арахн, горестно выдохнув, рванул в неизвестном направлении, а я зашел в кабинет и устроился в кресле. За окном явственно темнеет, почти на час раньше положенного, небо так затянуто…

Отогнав грустные мысли и вооружившись стилом и чистым листом, я задумался. Завтра у меня в планах задержаться дома, поэтому следует оставить подчиненным список заданий.

В последнее время я слишком часто натыкаюсь на одну особу, коя не желает общаться, но при этом мозолит глаза. С мыслью, что надо подробней разузнать об Анни-Лее, я принялся составлять для гоблина задание. Посетить Академию, спросить об адептке, уточнить у Гвардии о баронессе, расспросить в Южной управе о делегации… Причем, раз разные имена, стоит и подробное описание девушки составить. На этом пункте я и завис. Черные глаза, длинные светлые волосы, средний рост, стройная фигурка, кулончик на шее – сколько девиц, попадающих под такое описание, в Сантее? Сотня? Очень сомнительно… Все-таки крупный город, Академия, герцогская молельная школа, целый сонм храмов и приходов… Да тут тысячи подобных девушек! Надо припомнить какую-то отличительную подробность…

От столь увлекательного дела меня оторвал гном, который, осторожно постучав, совершенно бесцеремонно вломился и тихонько устроился напротив.

Я оторвал глаза от бумаги и вопросительно уставился на вошедшего.

– Лаэр, вы просили кое-что узнать… – закинул удочку Горндт.

– И как? – Была ли у Анни-Леи родинка на видном месте?

Гном поерзал, устраиваясь удобнее, и начал медленно, с интонациями, рассказывать. Вот уж бард выискался!

– За час до рассвета у двенадцатой секции северной ограды парка жители были разбужены грохотом…

«Нет, точно помню – не было родинок. Ну а что тогда? Хитрый взгляд или молчаливость плюс увиливание от ответов сойдет за отличительную черту?»

– Первое подкрепление прибыло из ближайшего отделения гномьего банка «Лорей, сыновья и Ко»…

«Оппа!» – мелькнула мысль, и я переключился на доклад Горндта. На банках гномье племя никогда не пишет владельца! Все так и говорят «гномий банк», никогда не вдаваясь в подробности по простой причине – никто не знает.

– Серьезных травм никто не получил, а часть забора парка Академии и ближайшие дома пострадали, – неожиданно быстро свернул доклад гном. Неужели что заметил на моем лице?

– А нападавших задержали?

– Нет.

– Турни же сказал…

Гном вздохнул:

– Это обман. Они были в светлых одеяниях, в которых обычно путешествуют паломники. Никого задержать не удалось, ушли по боковой улочке.

– Обман?

– Академия не любит признаваться в промахах, – поморщился Горндт.

Да я бы на месте магов сего славного заведения просто скрыл от Гвардии факт захвата хоть кого-то из нападающих, дабы не давать мэрии никаких козырей. Весь год ходят слухи, что наш славный герцог решил пощипать богатую и необщительную Академию…

– Паломников проверить, и все дела.

– Не выйдет, – усмехнулся гном.

– Чего так? – удивленно спросил я. Да, этих ребят в светлых балахонах, бродящих по городу, всегда хватало, но не может же быть их так много, что стража и Гвардия не справятся…

– Через две седмицы Приход в Храме Светлого Лейнуса, – с усмешкой кивнул гном.

Я с трудом сдержался, дабы не спросить – что за приход-то такой? Хитро поблескивающие глазки гнома явно намекают на опасность короткого знакомства с этим парнем. И прямо сказать ему, что не имею ни малейшего понятия о готовящемся явно крупном событии в самом большом Храме города – чревато…

Мои размышления прервал Горндт:

– Лаэр, сегодня еще будут задания?

– Нет, иди домой. Спасибо за работу!

Гном встал, гордо взмахнул длиннющим и мясистым носом, важной походкой вышел из кабинета. А я окончательно уверился в мысли: не прост парень. Умные хитрые глазки, маленькая должность, умение быстро ориентироваться в ситуации… Надо гоблина попросить выяснить подноготную младшего сержанта стражи, сиречь Горндта Холуопайнента.

Пока я возился с описанием девушки и составлением еще одного задания для Турни, за окном окончательно стемнело. В кабинете разгорелась пара обычных светильников. Управа экономит на хорошем освещении?

В приемной никого не оказалось – парни тихонько смылись по домам. Положив запечатанный конверт на стол гоблина, я закрыл входную дверь на ключ, сдал его дежурному и, усевшись в стоящий рядом со входом в управу экипаж, покатил домой.

* * *

Дома, в своей каморке, я обнаружил нежданный подарок. На маленькой тумбочке, приставленной к ножке ветхого стола для устойчивости и используемой по обыкновению для хранения мелочовки, непонятным образом нарисовалась книженция. Открыв, я с удовольствием прочитал название: «Простейшая рунная вязь». К сожалению, в Библиотеке допроситься книг с внятным написанием многих простых заклинаний невозможно, ибо Хранители, дабы не смущать неокрепшие умы молодых адептов, такую литературу просто не выдают. И никакие хитрости не помогают… В итоге весь арсенал ограничен тем, что изучается на занятиях и в заданиях. А Лени уже давно обещался кое-что интересное раздобыть… Наконец-то ему удалось!

Спустившись в кухню, я цапнул горячий чайник, коробку с чай-тэ, сахаром и целую тарелку хрустящего печенья. Ночь будет длинная, практически бессонная, но, надеюсь, очень продуктивная

* * *

Нахохленный ворон, важно рассевшийся на нижней ветке странного дерева, чьи листья, будто живые, постоянно меняют форму, нагло на меня уставился. Этот пронизывающий взгляд не дает сосредоточиться на важном деле – перемешивании варева в котелке. Помешивать следует медленно, по часовой стрелке, строго следя за скоростью и считая полные обороты деревянной ложки, ибо процедуру следует закончить на нечетном круге и никак иначе. И оторваться на поиск камня, дабы запустить в птицу, нельзя. Угостить заклинанием?

Неожиданно пернатый раскрыл клюв и громко каркнул:

– Кирилл!

Я резко проснулся. Приснится же! Хотя чему удивляться – измученный мозг решил таким странным способом расслабиться, и я его понимаю. Потягуськи, возвращение подушки на место (смыться, поди, на пол решила!), один хороший зевок – можно еще поспать часок-другой…

– Кирилл!

Крон! С трудом повернувшись, я разглядел возмутителя спокойствия: господин ан Горн, в выглаженном чистеньком костюме, разместился на табуретке около окна.