Путанабус. Наперегонки со смертью - Дмитрий Старицкий

— Умный человек тут коррехидор, — оценил я.

— Да. Не откажешь ему в оригинальности мышления, — поддержала меня Ингеборге.

— Так как с чистым бельем? — спросил я о насущном.

— Я тебе халат дам махровый, — ответила бравая баталерша. — Есть тут один большой-большой. И полотенца махровые. Пока будешь мыться, я вызвоню коррехидора — он оставил нам свою визитку. Там и разберемся с твоими вещами.

— Ну, хоть так, — согласился я с ней. — Где тут душ?

Ингеборге отвела меня к душевым кабинкам за ручку, как маленького.

Помогла снять этот чертов филадельфийский воротник, надоевший уже хуже горькой редьки.

Раздела, намылила и, поставив под струи воды в одной из трех кабинок, ушла. Даже не приставала.

Хорошо-то как под холодной водичкой.

Наслаждение.

Кайф.

Плежа!

Но пора выходить и посылать кого-то за пивом. Чтоб совсем…

Новая Земля. Европейский Союз. Город Виго.

22 год, 3 число 6 месяца, понедельник, 16:10.

К приезду коррехидора Ингеборге разобралась с моими шмотками, даже погладить успела, и встречал я его одетый, как в первый день своего пребывания на Новой Земле. То есть скромно, но фирменно и дорого.

Пиво, как оказалось, запасено валлийскими кирасирами в должном количестве и ассортименте, как и копченая рыба от мамаши Фишен. Это все они с собой привезли в количестве даже большем, чем требовалось для их собственного потребления. Так что моя мечта на сегодня сбылась. Всегда бы так.

Коррехидор охотно разделил со мной и Ингеборге плебейскую трапезу. Но чую, что не столько в пиве и рыбе было дело, сколько в том, чтобы показать охранному старичью, что он со мной на короткой ноге. Забегая вперед, скажу, что меня после его короткой речи эти баярды сразу стали пускать наверх.

К этому времени и Тристан подъехал, привезя Антоненкову из госпиталя. А капрал, в свою очередь, увез туда Бульку с Альфией менять Анфису на дежурстве около Наташки.

В общем, жизнь кипела, и рыба кончалась. В основном это я оторвался после больничной диеты.

Коррехидор ничего нового про бандитов, которые по наши души, нам не сообщил, кроме того, что он упустил Кончиц с Урыльник. Слишком поздно ушел запрос. Их уже отпустили. И из Порто-Франко они исчезли. Причем как «потерпевшим» им снова выдали по тысяче экю и новые айдишки. Коррехидору же обещали выслать копии всех материалов ближайшим почтовым самолетом.

Случайно в разговоре выяснилось, что сам сеньор Мануэль Гутьеррес Мельядо — сын эмигрантов в Советский Союз во время гражданской войны в Испании, из так называемых испанских детей. И родился в столице СССР. Но увезли его обратно в Барселону из Москвы, когда он был еще в нежном возрасте, вскоре после смерти Франко. Поэтому русским языком он не владеет, не то что его старший брат, который успел побывать в советских пионерах и прославиться на всю Таганку как отвязный хулиган. Но все равно он нам земляк, чем гордится. И старый Новый год в его семье всегда справляли.

Душевно посидели.

Под отбытие коррехидора задал я ему насущные вопросы:

— Сеньор Мануэль, у меня оружие нечищеное, но запечатанное в сумках. Как мне быть?

— Есть два выхода. Первый — съездить на стрельбище к «милисианос рэкете казадорес». Второй — попросить пломбир у лейтенанта кирасир. У него всегда с собой. Я это знаю.

— И еще, сеньор: сколько мне готовить денег за аренду этого дома и за охрану?

— Нисколько, — пожал плечами коррехидор, — вы проходите по программе защиты свидетелей. В первую очередь от Ордена.

Новая Земля. Европейский Союз. Город Виго.

22 год, 3 число 6 месяца, понедельник, 26:13.

Остатний день прошел в хлопотах по перебиранию всего накопившегося барахла. Как отрядного, так и своего. Быстро, однако, человек им обрастает. Меня взять, к примеру. Три недели назад попал только с тем, что на мне, а вот поди ж ты — без автобуса уже и передвигаться не могу.

Отобрал оружие на завтрашнюю пристрелку. Все же я решил посетить местное стрельбище — навыки восстановить. Ага, которых не было. Но надо стремиться к большему, чем то, что дала природа. Тут это вам не там. Тут это как зубы чистить.

Заодно и сравнить пукалки между собой. Тоже занятие, раз уж тут надолго тормознулись.

К тому же оружия у меня прибавилось. Вернувшиеся с шопинга таежницы отозвали меня в сторонку и втихую всучили мне никелированный люгер. Приятный такой гражданский парабеллум калибра 7,65 мм. Выпуска 1932 года. И щечки у него необычные — из серебра. С чернением и гравированными дубовыми листьями. В дорогой коробке полированного палисандра, выложенной изнутри темно-красным бархатом. А на нем — сам пистолет, два магазина к нему, принадлежность для чистки, масленка и шестнадцать патронов.

— Ты у нас такое любишь, — улыбаются, — а нам, снайперам, блескучее вредно иметь.

— Где взяли-то такой раритет?

— Там уже нет, — ответила Дюлекан, намекая на загадочность.

— В бардачке «Лапландера» лежал, в полевой сумке, — добавила Бисянка, обламывая кокетку Комлеву в лучших чувствах.

Вот же характер у девчонок — мало того что они мне жизнь спасли, так еще мне же и подарки делают. Теперь надо думать, чем отдариваться.

— А сами-то как?

— У нас наганы есть, проверенные в деле, — гордо заявила Дюлекан.

— И попка крепче любой кофемолки, — засмеялась Таня.

— А если серьезно, — Дюля выпятила нижнюю губу, — помог бы ты нам, Жорик, трофеи сбыть.

— Все?

— Не-э-э… Машину мы себе обязательно оставим — она классная, как специально для охоты сделанная. Но у нас там еще три винтовки немецких и четыре пистолета больших и тяжелых. Совсем ненужных.

Пришлось пообещать выделить для этого время. Заодно и у себя пересмотреть в трофеях, что там есть ненужного.

Спать отбился рано, на всякий пожарный заперев дверь в комнату.

Думаете, помогло?

Щаз-з-з!

Ингеборге на правах домоправительницы имела у себя запасные ключи от всех дверей.

Разбудила, спросив:

— Еще помнишь, что ты мой должник, милый?

— Ну… — промычал я спросонья, — даже два раза.

— Вот я пришла стребовать с тебя этот долг.

И стала неторопливо расстегивать пуговички на халате.

Новая Земля. Европейский Союз. Город Виго.

22 год, 4 число 6 месяца, вторник, 9:25.

Утро начали с посещения оружейного магазина в центре города.