Очень древнее зло - Екатерина Лесина

Город раскрывался узкими улицами, зажатыми меж стен. Некогда белые, те со временем не утратили этой вот белизны. Напротив, в темноте казалось, что и от стен исходит свечение.

— Это припортовые кварталы, — Лассар как-то сам встал во главе, что было разумно. Если кто и помнил город, то это он. — Здесь жили бедняки.

Надо же.

И в Империи были бедняки. Хотя… чему удивляться. Разве что каменным домам. В том мире, который Артан помнил, бедняки ютились в хижинах, землянках, а порой и просто в темных переулках, в развалинах и под открытым небом.

— Дальше пойдет квартал мастеров, тут надо бы осторожнее…

Тень мелькнула на рассыпающейся стене, заставив Артана покрепче сжать рукоять меча. Странно. Тьму он по-прежнему ощущал, но… не слышал? Именно. Голоса внутри смолкли, а с ними ушли и злость, и раздражение.

Хорошо.

— И куда мы направимся? — поинтересовался посол ладхема, который, впрочем, выглядел точно таким же оборванцем, как и прочие.

— А есть варианты? — даже в темноте было видно, что Лассар усмехается. — Во дворец. Она ждет… и она рада, что здесь появились люди.

Подумалось, что в нынешних обстоятельствах не стоит так уж доверять командору.

Тот же, словно почуяв эти мысли, медленно повернулся. Взгляд его был полон первозданной тьмы, но Артан выдержал. И Командор усмехнулся. А потом сказал:

— Но это все утром. Сейчас соваться туда — сущее безумие. Даже для таких ненормальных, как мы.

Мелькнувшая где-то среди развалин тень ответила резким свистом. И смолкла, растворившись в темноте. Артан же подумал, что вряд ли эта тварь одна.

И… ночь.

Темна.

Плотна. Готова ко встрече. А вот готовы ли люди?

В сад мы выбрались вместе.

Я, Теттенике, которая переоделась в одежду, благо, в замке нашлась и таковая. И Легионеры. Ну… что сказать. К делу ребята подошли серьезно. Помимо одежды для Теттенике, нашлось и для меня платье, случаю подходящее. Та же юбка, но покороче прежних, а главное, сделанная из плотной, жесткой ткани.

Куртка.

Плащ.

Сумка, которую легионер перекинул через плечо. А вот оружия не принесли. Точнее я спросила, меня молча развернули к ближайшей стене, этим самым оружием украшенной. Мол, выбирай, что душе угодно. Я и попыталась. Честно. Но грозные с виду мечи оказались неимоверно тяжелыми, булаву я уронила, чудом, что не на ногу. Копье… попыталась удержать, но оно все равно упало.

— Извините, — сказала я Легионеру. — А… чего-нибудь поменьше? Попроще?

Лук.

Стрелы. Арбалет. Снова мечи. Кинжалы… вот один я и сняла, потому что идти вовсе без оружия было неразумно. Нет, я сполна отдавала себе отчет, что… в общем, не поможет оно мне.

С ним же еще что-то делать надо.

Или поискать какой меч-самотык, но… но сомневаюсь, что найдется. Они, если и есть, то там, внизу, в родовой сокровищнице. А без Ричарда туда спускаться я не рискну.

Вот и обойдусь кинжалом.

В конце концов, у меня когти есть. И крылья. И рога. Кого не сожру — того забодаю, демон я или нет?

Настроение, к слову, было на диво приподнятым. Наверное, так чувствует себя ребенок, который со всей определенностью и полным осознанием собирается сделать гадость любимому родителю.

Я не специально.

Честно.

Но замок и тот одобрил. Я чувствую. Жаль, что зеркальце с собой захватить не вышло. Ничего. И так обойдемся.

В общем. Сад. Темный сад. Ночь на дворе все-таки. Луна вон в небесах бултыхается печальною рыбиной. И звезды тоже высыпали, желая посмотреть на пару самоубийц. С сопровождением.

Коня мы тоже взяли.

Коней.

И вот такой дружной, готовой к подвигу толпой, встали у скалы. Легионер клялся — во всяком случае именно так я интерпретировала громкий стук железной руки о железную грудь — что скала та самая, в которой побывал пресветлый рыцарь. Оснований не верить не было. Но…

Дальше-то что?

Кони вздыхали. Легионеры ждали молча, подозреваю, надеясь, что ничего-то у нас не выйдет, а я буравила взглядом камень.

— Может… сказать что-то надо? — робко предположила Теттенике.

— Нет. Он про кровь рассказывал.

— Чью?

— Свою, — я почесала рог. Знала бы, попросила бы оставить баночку. Так, на всякий случай. Оно, конечно, может и подозрительно, но вот можно было бы что-то да придумать.

— И что теперь?

— Будем пробовать, — решительно сказала я. И скалу погладила. — Откройся, пожалуйста. Нам очень надо.

Скала осталась неподвижной.

Зато руку кольнуло и… и прокололо. Вот, стало быть, как. Черная капля крови выкатилась и растеклась по камню, впитываясь в него.

И?

И ничего. Впиталась, на миг выделив странного вида символы, и исчезла. А где тайный ход? Я ранку лизнула и засопела от обиды.

— Наверное, — осторожно заметила Теттенике, — твоя кровь не годится.

Сама вижу.

— Может, потому что ты демон?

— Может.

— Тогда… я попробую?

— Попробуй.

А что еще оставалось? Не легионеров же… хотя не уверена, есть ли у них кровь в принципе.

Теттенике тронула скалу пальчиком и тотчас одернула. Нет, так мы до утра возиться станем.

— Ты… не бойся, — сказала я. — Это не больно.

— Я не боли… просто… есть в этой скале что-то такое… такое… не знаю.

— Страшное?

— Нет. Другое, — она решительно прижала ладонь к камню. А вот её кровь даже в темноте выглядела красной, да еще яркой, как будто не кровь — сок. И текла по камню, быстро впитываясь. А на нем, один за другим, вспыхивали символы.

Древние?

Наверняка. Только археологов здесь нет. И… и беззвучно распахнулась скала, причем так, что я попятилась, а вот Теттенике решительно шагнула вперед.

Нет уж. Я буду не я, если отступлю. И… и вообще это мой замок!

Почти мой.

А значит, и сад тоже. И скала. И все, что в ней находится.

— Нет, — Теттенике остановилась и оглянулась. Глаза её нехорошо блеснули. — Не думай так. Иначе она не пропустит. А нам надо. Слышишь?! Нам надо пройти! Той дорогой пройти!

С потолка посыпалась крошка.

А потом… потом кто-то огромный и сильный, куда сильнее меня, чье присутствие я не замечала, взглянул. И увидел… что увидел?

Человека?

Демона?

Мысли? Все до одной. И зависть тоже. И ярость. И… и все остальное, сразу. Все мои благоглупости.