Секретарша для демона - Анна Митро

— Так много не обещаю, но готов пожертвовать свой ужин и даже уйти на диван ночью.

— А зачем на диван? — жена была в недоумении.

— Чтобы не соблазняться тобой, не соблазнять тебя и дать выспаться.

— Нет уж, лучше спи со мной, — надула она губки. — Я от тебя заряжаться буду, теплом. Забыл, что говорил лекарь? Мы теперь синхронизированы, — пошутила она и сама рассмеялась, ведь некоторые вещи, понятия и выражения из того мира, где она жила, я не понимал, хотя Амалия старалась подробно рассказать. Меня раздражало то, что я не могу узнать о ее жизни все до мельчайших подробностей, для этого нужно было попасть в тот мир и окунуться в жизнь на Земле. Так она называет свою планету. Странно так называть космическое тело, но им, ее жителям виднее.

А на следующее утро ко мне в кабинет вошел Лохтон, что-то в этом маге незримо поменялось, он стал вести себя иначе, чем раньше. Стал проще, спокойнее, без слащавых ноток гаденьких интонаций. Исчезли ужимки. Даже приятнее стало смотреть на некроманта.

— Доброго утра, ректор.

— Доброго, магистр, — вроде в расписание дел его визит Амалия не включила, значит, он зашел спонтанно. Неужели что-то случилось?

— Ничего особенного, хотел еще раз поздравить вас с женитьбой. Амалия замечательная женщина, такая достойна лучшего.

— И я постараюсь соответствовать, — ревность полоснула по сердцу, но я сдержался. — Бросьте, Лохтон, я знаю, что вам нравится моя жена, но не для наставлений же вы сюда пришли?

— Нет, конечно. Я хотел узнать, зачем бы прошлому ректору охотится за вашей женой?

— А почему вы подумали, что это именно Сигал?

— Я давно подозревал, что с ним твориться что-то неладное, я же все-таки некромант. Мы точно знаем, когда на руках встреченного есть кровь, а за его спиной стоит тьма. Она зовет нас, своих детей, и те, кто к ней близко, всегда слышать мать изначальную. Но речь не обо мне, речь об Амалии, то, что я видел в управлении, говорит мне о многом, Тень…

— Ума у тебя не занимать. Как и хладнокровия. Ты пришел ко мне как к ректору — своему непосредственному начальнику, или как к главе тайной полиции.

— Я пришел как друг вашей жены. Я понимаю, что вы с ней единое целое и не претендую ни на что, кроме дружбы. Но дорожу ей и беспокоюсь за нее. Я пришел как друг, который может помочь.

— Что ж, — в голове судорожно мелькали мысли, идея прибить этого трупозаклинателя прямо сейчас сменялась практической — включить его в тренировки Амалии. Последняя победила. — Вы можете помочь, Лохтон. Дело в том, что у моей супруги проявился дар, но для учебы ей одного меня мало. Пойдете учебным пособием?

— Надеюсь, меня не будут замораживать, поджаривать и развеивать по ветру? — ухмыльнулся некромант.

— Нет, разве что разум ложечкой выковыряют, — пошутил я в тон ему, довольно отметив изменившееся выражение лица преподавателя. — В любо случае, об это никто не должен знать, абсолютно, — магистр понятливо кивнул.

И мы договорились о вечерней тренировке и тут же позвали Амалию. Жена, узнав, что в нашу авантюру ввязывается некромант, обрадовалась, и так сердечно его благодарила за еще неоказанную помощь, что я буквально вытолкал мага за дверь.

А перед самой тренировкой позвонила мама. Ее интересовало все: как чувствует себя моя жена, не обижаю ли я ее, чем кормлю, как отреагировал педсостав на наше семейной положение. А после порадовала сплетнями из собственного окружения. «Девицы и их мамаши в трауре», — довольно выдала она. А я практически наяву увидел, как леди Кирк потирает руки.

— Только уже десятая по счету спрашивает, почему не было пышной церемонии, неужели наш род так обеднел, что наследник не может отметить бракосочетание, как положено, — мама так гнусавила, что я сразу угадал автора слов, графиню Слави, любительницу покутить за чужой счет и какую-то нашу дальнюю родственницу.

— И что же ты ей ответила?

— Что ты хочешь построить жене новый замок, а не кормить стадо дармоедов, и вообще на родине твоей супруги принято брачное таинство, а не пышная свадьба, а ты жену безмерно любишь и готов ради нее отринуть наши традиции. Тебе же с женой жить, а не с гостями свадебными. Ты бы видел, как она подавилась от моих слов, — злорадствовала маменька. — Даже голосвязь прервалась.

Амалия, что к концу нашего разговора зашла в кабинет, даже захихикала, видимо представила выражение лица тетушки, услышавшей подобную отповедь.

— А ты у меня оказывается подкаблучник, — сказала она загадочно. — Нам пора на тренировку, Лохтон уже, наверное, заждался.