Ведьмина река - Александр Прозоров

– А принц будет тоже из гидравликов-администраторов?

– Гламурных принцев обычно называют «альфонсами», – улыбнулся Виктор Аркадьевич. – Очень советую не промахнуться.

– Не думаю, что гламурный принц клюнет на принцессу в джинсах и футболке.

– Не беспокойтесь, Ольга. Как раз с этим все будет проще простого. Послезавтра утром за вами заедет вот эта самая машина и отвезет вас… Ну, сцены женского счастья в виде шопинга, макияжа и массажа вы в кино наверняка видели? Боюсь, вам тоже придется все это претерпеть. После этого вы сами себя не узнаете… – Виктор Аркадьевич достал из кармана цветастый бумажный шарик, старательно развернул, протянул Оле: – Надеюсь, вас не смутит, милая леди, что ваше приглашение несколько помялось?

– Раз уж вы меня ангажируете, сударь, – девочка сделала вид, что раздвигает края юбки, и чуть присела в неумелом книксене, – то пусть оно останется у вас.

– Я могу опоздать.

– Тем более.

– Как скажете, Ольга. Тогда до послезавтра. – Виктор Аркадьевич поклонился, вернулся в машину, и та отъехала от тротуара.

– Гы… Светский раут… – усмехнулась Оля. – Интересно, а пиво там дают?

Она сделала пару неуверенных шагов и поняла, что тусоваться сегодня в клубе ей больше не хочется. В голове крутились сцены сказочных фильмов про Золушку, балы и зачарованных принцев. Вроде бы давно уже забылись детские сказки… Однако, оказывается, нет.

Сказок хочется всем…

В пятницу утром темная «Акура» и вправду ждала Олю у подъезда. Девочка выскочила к ней сама, не дожидаясь, пока позовут. Парень в похоронном костюме и с похоронным унылым лицом, увидев пассажирку, вышел из машины, открыл перед клиенткой дверцу. Оля замедлила шаг, поморщилась:

– Тебя Юрой зовут, да? Слушай, дружище… Ты меня извини, что я на тебя так, ни за что наехала. Меня тут последние месяцы всякие дебилы сильно достают. Ну, вот я и погорячилась. Ага?

– Ничего страшного, – поклонился парень.

– Точно без обид? – не поверила девушка. – Между нами мир – или мне просто отвязаться?

– Думаю, мир, – усмехнулся парень. – Ты на меня так наехала, что я просто ничего не понял. Так что можешь не извиняться. Я не обиделся.

– Тогда поехали гульнем? – подмигнула Оля.

– Кто погуляет, а кто и всплакнет. – Парень пропустил ее в салон и захлопнул дверцу. Обежал капот, запрыгнул за руль.

– Это ты о чем? Насчет «всплакнет»? – успела насторожиться девочка.

– Алевтина после косметического салона обычно в слезах выходит и каждого сквозняка пугается. Они же там на лице все вычищают, выдавливают, выщипывают и полируют. Жуть, говорит, как больно.

– Это еще кто такая?

– Дочка Виктора Аркадьевича. – Парень выехал со двора. – Примерно твоего возраста, кстати. Ей уже четырнадцать. Но за кожей следит. Мама научила. Ты, кстати, про нее их не спрашивай, так лучше будет.

– Кого про кого?

– Виктора Аркадьевича про жену. У нее с онкологией что-то было. Больше года назад похоронили. Он с тех пор больше ни с кем даже не знакомится. Переживает очень. Ну, а Алевтина – сама понимаешь… Мама все-таки.

– Вот оно что… – Оля перестала улыбаться. – Спасибо, что предупредил. А ты, кстати, кто? Шофер или телохранитель?

– Нанимался в водители, – усмехнулся Юра. – Потом на шефа наезжать стали, он меня на курсы отправил. Разрешение на травматик оформил. Но, если честно, хреново у меня получается. В рыло, в принципе, дать могу. Но когда все быстро происходит, теряюсь маненько. Ну, как тогда, в кафешке. Пока соображал, уже мордой в пол положили. Про ствол вспомнил, только когда все уже закончилось. А ты там лихо… Бутылкой по кумполу осадила…

– Я же говорила. Достают меня сильно последнее время. Вот нервы и шалят. Так куда мы едем?

– Виктор Аркадьевич заказал тебе стилиста. Он будет делать из тебя гламурную кису. Мое дело привезти и увезти. И чемоданы с покупками забрать. Время, кстати, еще есть. Можем куда-нибудь завернуть, хряпнуть по паре рюмашек. Для храбрости перед косметологами.

– Да ладно, вези так. Буду получать удовольствие на трезвую голову…

* * *

В жизни «праздник с золотой картой» оказался совсем не таким веселым и счастливым, как его показывают в кино. Прежде всего Юра не обманул, и после процедуры «очистки кожи» лицо у Оли горело так, словно его ошпарили кипятком. Питательная маска с мятой и шалфеем эту боль несколько притушила, но от каждого дуновения ветерка девочка и вправду вздрагивала, как от оплеухи. Потом ее поджаривали в солярии, убирая тени и неравномерности «рабочего» загара, потом маникюрили с чисткой кожи и макияжили с выщипыванием «лишних» волосков.

Следом тетка по имени Лариана с соответствующей имени дурацкой внешностью: в красном пиджаке длиною в шинель, зеленом бадлоне и огромных очках в роговой оправе – повела клиентку подбирать одежду. После пятнадцатой примерки Ольга взвыла и запросила пощады – она больше не хотела на светский раут. Она хотела домой, в милый, тихий обезьянник. Но ее отпаивали кофе и шампанским, а затем тащили из отдела нижнего белья в обувной, а из обувного – обратно в отдел верхней одежды.

К шести вечера Лариана наконец-то удовлетворилась экспериментами и подвела свою жертву к зеркалу. Из-за стекла на Ольгу взглянула незнакомая девушка с высоко поднятыми над головой, непривычно яркими волосами, среди которых сверкала на двух заколках россыпь изумрудов. Платье было тоже зеленым, но состоящим из двух частей: похожий на шарф ворот-хомут мягкими складками огибал плечи и скользил через грудь, пряча худобу и того, и другого, ниже ткань плотно облегала стройную талию и рассыпалась в плиссировку, скрывая под собой костлявые бедра. Впервые в жизни Оля поняла, что она не тощая. Она – стройная!

– Эту жалкую дешевку мы выбросим в помойку, – модельерша сняла с ее шеи амулет, – а декольте украсим изумрудным колье из белого золота. – На шее девушки в зеркале переливчато засверкали драгоценности. – Теперь браслет на плечо, сейчас это безумно модно, и сумочку со стеклярусом. Бижутерия, конечно, но в цвет подходит.

Тетка отступила, похмыкала и наконец кивнула:

– Теперь все! Ну что, милочка? Будем носить или сразу за дверьми половину повыбрасываем?

Ольга подняла ладонь, пошевелила пальцами, убеждаясь, что отражается именно она, и уверенно кивнула:

– Будем носить! Зря, что ли, мучилась?

Как выяснилось, наведение красоты – труд куда более долгий и кропотливый, нежели банальное руководство предприятием. Ольга опоздала к назначенному времени почти на полтора часа. Когда девушка вышла из дверей салона, «Акура» стояла уже у порога, а Юра торопливо грузил в багажник объемистые картонные коробки. Виктор Аркадьевич прогуливался возле капота, о чем-то оживленно беседуя по телефону. Однако, увидев девушку, он вздрогнул, отключил трубку, шагнул навстречу: