Невероятный мир - Михаил Михайлов

— Плевать, еще неделю поработаешь, если головой думать не можешь.

«Фартучник», опасливо косясь на злого Рыжебородого, торопливо сунул клещи в горн. После этого направился ко мне, на ходу протягивая ладонь.

— Бардир.

— Славар.

— А я Даррид, — представился второй гном. — Близнецы мы и братья Дагара.

— Двоюродные, — внес поправку Рыжебородый. — Родные все ж поумнее будут.

— Да ладно тебе, Рыжебородый, — с обидой протянул Бардир. — Ну не разобрались поначалу… со всяким же бывает.

— А-а, — махнул на него Дагар, — балбесы. Капитан, ты на них не шибко внимание обращай и спуску не давай. Молодые они еще, чтобы своевольничать со старшими.

— Мы уже мастера, — запальчиво выкрикнул Даррид и тут же обратился ко мне: — А что это у тебя за пистоль в такой странной сумке? Покажешь?

— Вот, — протянул я револьвер гному, предварительно сняв курок с боевого взвода. — Только не щелкай спуском — заряжен. Да и механизм портится.

Гном практически выхватил у меня из рук револьвер и принялся его крутить. Пощелкал ногтем по стали, понюхал ствол, мазнул пальцем по замазке на каморах барабана.

— Калибр маловат, — вынес резюме через пару минут Даррид и вернул мне оружие. — А так ничего, идея интересная. У какого мастера брал?

— Небось в столице, — предположил Бардир, с непонятной тоской в глазах наблюдая за тем, как я прячу револьвер в кобуру. — Эх, вот бы секрет разгадать и начать такие же делать. Славар, не продашь, а?

— Зачем тебе? — удивился я.

— Разберу и попробую повторить. На таком оружие озолот…

Не договорив, Бардир поперхнулся на полуслове, получив затрещину от Дагара.

— Я тебя еще не так озолочу, — рыкнул Рыжебородый на своих родственников. — Капитан, не вздумай продавать им свой чудной пистоль. Если на нем секретное заклятие висит или проклятие, чтобы никто не узнал тайны этого оружия, то эти бестолочи помрут раньше, чем узнают об этом.

— Об этом я не подумал, — развел руками Бардир, не обратив внимания на наказание.

— А ты думай больше. Это тут у нас все по-простому — один сделал, второй подсмотрел, третий выкупил секрет и принялся клепать точь-в-точь такое же оружие. А в столице каждый маг наложит на секретную разработку столько всего, что другой чародей и не разберется в заклятиях. Потому я сам не спрашивал о пистоле, хоть и приметил уже давно.

Пока гномы разбирались между собой по-родственному, я думал. Случайная обмолвка молодого мастера крепко засела в голове. Вот же еще одна возможность добраться до своей цели — стать не кем-то там, а состоятельным человеком. Устроиться в этом мире и воспользоваться всеми возможными привилегиями уважаемого человека. Мало ли какое там у меня родовитое семейство. Они там, а я здесь, на самом краю немаленького королевства. Да и не резон мне соваться в столицу, уже думал об этом. А вот с деньгами мне будут рады в любой провинции.

— А много денег можно выручить за такое оружие? — поинтересовался я, прерывая беседу гномов, которая уже стала переходить во взаимные переругивания и перечисления обид.

— Э-э, раз в пять дороже самого хорошего пистоля. Он же у тебя стреляет столько раз, сколько стволов в этой крутящейся штуке перед большим стволом? — сказал Даррид.

— Да, шесть раз стреляет, — подтвердил я догадку гнома. — Только это не штука с маленькими стволами, а барабан с каморами, или гнездами. Можно и десять гнезд сделать, только это увеличит вес оружия и сделает револьвер неудобным.

— Ре-воль-вер, — по слогам повторил за мною название оружия Даррид. — Десять не нужно, а вот калибр увеличить стоит. Такой горошиной и убить-то сложно.

— Вообще-то, — чуть-чуть обиделся я за такое пренебрежительное отношение к своему оружию, — уже убивал. С двадцати шагов в человека попаду точно. А с десяти — стальную кирасу пробивает.

— Какую-нибудь жестянку человеческих мастеров, — отмахнулся гном. — Попробуй доспех гнома-мастера прострелить. Против него не всякая мушкетная пуля справляется.

— Если зачарованный доспех, то да, — согласился я, — не пробьет. Там только магическими пулями бить. А вот обычная сталь не устоит. Может, с десяти шагов и не пробью, но с пяти — семи уж точно дырок понаделаю.

— А вот давай проверим, — азартно предложил гном. — Я тебе пару… один золотой, а ты мне свой револьвер, если каждый из нас проиграет.

— Мало одного золотого, — покачал я головой.

— Два, — тут же увеличил ставку гном, — да хоть три.

— Лучше договоримся, что когда я предложу вам выгодное дело, то половина выручки пойдет мне.

— Эй, постой, — едва услышав о выгодном деле, в наш разговор вклинился Бардир, — какая половина, с чего вдруг? Если все вместе делать будем, то каждому по равной доле.

— А мне Даррид свою часть отдаст, если проспорит, — улыбнулся я. — Вот и выйдет, что ровно половина выручки моя.

— Как так, не отдам я ничего! — возмутился Даррид. — Четыре золотых поставлю, не больше.

— Да о чем вы все спорите? — взорвался Дагар, которому надоело слушать наш пустой треп. — Чего вы делите изумруды из неразработанной шахты?

— Хм… твоя правда, брат, — согласился Бардир, — что-то не о том речь ведем.

— Ну, — развел я руками, — не хотите, так и не надо.

— Эгей, постой, Славар, — торопливо заговорил Даррид, — а как же проверка твоего револьверта и наш спор?

— А я еще не спорил, — хмыкнул я в ответ. — Предложение оговорил, тебе осталось только его принять или нет.

— А-а, — в сердцах хлопнул себя по бедру гном, — согласен, подземные демоны тебе в печенку.

М-да, а я и не рассчитывал, что гном пойдет мне навстречу. У этого народа жажда наживы настолько крепка в крови, что проще в пустыне найти колодец с водой, чем заставить гнома принять чужие условия в финансовых вопросах. Правда, я и не оговаривал суть будущего дела. Да и гном уверен, что кираса его изготовления выдержит попадание сантиметровой горошины из свинца. Это же не тот грецкий орех, которыми тут любят заряжать мушкеты и пистоли крупного калибра.