Невероятный мир - Михаил Михайлов

— Чем же он занимается тогда, если книготорговля лишь прикрытие?

— Торгует тайнами и секретами других. Собирает сплетни, слухи, чужие истории из тех, которые стараются припрятать на самое дно сундука.

— Вот теперь понятно. Слушай, а что ты там такое на столе начертил и про пожар говорил?

— Я посвященный рун огня, — с гордостью проговорил гном. — Правда, не очень сильный. Могу начертать от полудюжины сильных до полутора десятков знаков послабее. Руны практически невозможно потушить — только заглушить руной холода или воды. Или сильный маг понадобится. Я тогда на корабле, когда на пиратов наткнулись, на ядрах такие знаки чертил. Неплохо же вышло, да?

— Ага, — задумчиво согласился я, подумав, что вот и разгадка — зажигательных-то снарядов на моем дирижабле сроду не было. После той перестрелки я все голову ломал, как же Рыжебородый умудрился подпалить пиратские суда. А разгадка, оказывается, в самом подгорном жителе.

М-да, полезного матроса я себе заполучил. С таким канониром можно выступить против сильного противника и выиграть схватку. Рунная магия была прерогативой гномов и редких магов из людей. Но только подземные жители овладели этим искусством в совершенстве. Практически каждый пятый коротышка был посвященным рун той или иной стихии. Нечто вроде специальности. Огневиков брали в кузни, в орудийные команды и всюду, где использовалось пламя. Водников набирали в пожарные команды. Каменщики, они же земляки, становились шахтерами, строителями и так далее.

Самыми редкими и почитаемыми посвященными были крепители. Эти мастера могли сделать тонкую стеклянную пластинку прочной, как лист бронестали, и даже прочнее. Мечи, шпаги и прочие клинки, на которые были наложены руны укрепления, не ломались и очень долго сохраняли остроту лезвия. Доспехи легко выдерживали копейные удары и тяжелые мушкетные пули. Стволы пушек, пистолей и мушкетов не лопались от увеличенного заряда пороха. Но, повторюсь, таких мастеров было слишком, слишком мало. О том, чтобы начать лепить «картонное» оружие и накладывать на него чары укрепления, не могло быть и речи.

Пока я размышлял, мы сошли с оживленных улочек и углубились в бедные кварталы. Еще не откровенные трущобы, но весьма близко к ним. Только я собрался поинтересоваться у своего спутника, куда же он меня привел, как тот остановился.

— Все, пришли, — сообщил мне гном.

Мы стояли возле широкой, но низковатой двери из толстых деревянных плах. Древесина успела почернеть и пойти сеткой крошечных трещин. Само здание размерами также не впечатляло. Метров шесть на десять, два низких этажа по паре метров каждый и плоская крыша, покрытая красноватой черепицей. Окна имелись только на втором этаже. И это если считать за них небольшие отверстия, забранные толстой металлической решеткой. В камере, где я проводил как-то досуг, проемы и то были больше.

— Пошли, — поманил меня Рыжебородый и толкнул дверь. На удивление, та не рассыпалась от старости и не заскрипела петлями от этого. Даже удивительно, если брать во внимание непрезентабельный внешний вид.

За дверью оказалась оружейная лавка. Но, в отличие от уже виденных мною ранее, тут царил бардак и запустение. На многих образцах лежало столько пыли, что впору было разбивать там огород и высаживать овощи.

— Не обращай внимания на все это, — махнул рукой Рыжебородый на стеллажи и подставки. — Тут один хлам лежит. Ну и родственнички не любят убираться. Пошли лучше наверх.

— А тут что, — удивился я, не заметив ни единой живой души, — никого нет? Не боятся, что их могут обворовать?

— Тут чары распознавания стоят. Чужого не пропустят, пока хозяева не разрешат. Да и тащить из зала смысла нет, как я уже сказал, — тут только одно барахло. Да и вообще…

По крутой широкой лестнице, обнаружившейся в дальнем углу, гном провел меня на второй этаж. Тут уже было гораздо чище, чем внизу. По крайней мере, пыли не было. А если судить по мутным разводам на полу и стенах, то изредка даже проводилась влажная уборка. Хоть и весьма халатно. Потолок что в коридоре, что в комнате, куда завел меня Дагар, был низким. Мне приходилось сутулиться и вжимать голову в плечи, чтобы случайно не приложиться ею о балку.

— Садись, — указал мне на кровать гном. — Я сейчас.

В небольшой комнате из всей обстановки была только широкая кровать из толстых досок, застеленная двумя тюфяками, набитыми шерстью, квадратный стол и трехногий табурет. Столик Дагар подтянул к кровати, поставив напротив меня, и уселся на табуретку.

— Вот, смотри сюда, — закончив перестановку мебели, произнес гном и растянул на столешнице карту. — Мы вот тут, на этом острове. Вот здесь и здесь засели Черные Гиены. На этих крошечных кусочках суши обжились прочие пираты, отребье из людей, полукровок и разных отщепенцев прочих рас, — говорил гном, водя толстым пальцем по карте. — А вот здесь расположилось несколько крупных поселений. Сам видишь, что в соседях у них не самые приятные личности.

Из всех отмеченных им островов тот, что с поселениями, был наиболее крупным. И вокруг него с трех сторон расположились логова пиратов.

— И что ты предлагаешь? — недоуменно посмотрел я на собеседника и своего подчиненного. — Неужели ради этого стоило тащить меня через весь город? Мог бы и у меня в номере все показать.

— Мог бы, но мало ли какие «уши» там поблизости ошиваются, — отозвался гном. — Не хотелось бы, чтобы наш разговор стал их достоянием.

— Ладно, — вздохнул я, так и не уловив сути сегодняшних манипуляций со стороны гнома, — продолжай.

— Угу. Так вот, жители поселений постоянно сталкиваются с пиратами и несут потери. И еще испытывают нехватку припасов, оружия, пороха и свинца. Конечно, губернатор направляет к ним корабли со всем необходимым, но такие грузы часто перехватывают пираты. Гораздо удачливее официальной власти контрабандисты и различные одиночки. Те, кто готов рискнуть ради хорошей наживы.

— Все, — прервал я гнома, — дальше можешь не продолжать.

— Ты понял, о чем я веду речь, — довольно улыбнулся Дагар. — Так что думаешь?

Что я думал? Хм… сам толком не мог сформулировать свои мысли. С одной стороны, почти то же самое я и сам собирался делать. Но с другой…

Гном не договорил фразу, многозначительно подмигнув мне, и принялся набивать трубку. Пока он священнодействовал, я решил кое-что прояснить.

— Для начала, — проговорил я, — это несколько попахивает каторгой.

— Ни в коей мере, — пылко заявил гном, уминая толстым пальцем табак в трубке. — Для свободной торговли оружием даже не нужно иметь патент. Лишь соблюдать некоторые правила.

— Хорошо, — согласился я, — пусть так. Но есть и еще второе препятствие.

— Какое же?

— Где взять столько оружия и припасов к нему, чтобы удовлетворить спрос поселенцев? Не думаю, что пяток мушкетов и десяток пистолей с килограммовым мешочком пороха так сильно им помогут.

Гном наконец-то раскурил свою трубку, о чем с радостью сообщил невнятным угуканьем. Сделав пару затяжек, он принялся отвечать.