Тайный брак - Соня Мишина

Анналейса, убедившись, что сестра крепко спит, осторожно выбралась из гамака, укрыла ребенка шерстяным пледом, а сама устроилась на ларях рядом с няней, которая снова взялась за вязание.

― Скажи, няня, ― начала Лейса, стыдливо потупившись. ― Как можно определить, зачала женщина дитя или нет?

Спицы рейвы Калвины зависли в воздухе всего на один вздох, потом замелькали с прежней скоростью. 

― Значит, додумалась все же, ― кивнула старуха одобрительно и в то же время огорченно. ― Я надеялась, ты позже об этом беспокоиться станешь. 

― Странно, что я сразу не забеспокоилась! ― горячо, но шепотом, возмутилась Лейса. ― Так как мне понять, в тягости я или нет?

― С одного взгляда могут только маги-рассветники с целительским даром сказать. Сама ты начнешь догадываться, когда дни кровавых слез вовремя не придут. Потом другие признаки появятся, вроде желания съесть что-то необычное, или тошноты, а может, в сон клонить будет и днем, и ночью…

― Ой, это же как у мамы было, когда она Мауру ждала? Помню, мамочку мутило от запаха цветочного меда, а еще она мел ела и засыпала на ходу...

― Вот видишь! Сама все знаешь, ― слабо улыбнулась рейва Калвина. ― Но тебе пока о том думать рано. Еще два раза по десять дней пройдет, прежде чем твое тело начнет подсказки давать. 

Анналейса вздохнула, покачала головой:

― Хотела бы я раньше все выяснить! Останься мы в Шарсоле ― сбегала бы в крепость к целителю, заплатила бы монетку, чтобы избавил сомнений…

― Там, куда мы едем, маги-целители тоже, наверное, найдутся. Наберись терпения, девонька! Да и куда тебе спешить? Ты ведь плод вытравливать не станешь, если окажется, что отяжелела?

― Ты что, няня?! ― Анналейса сдавленно охнула, вытаращила на старуху испуганные глаза. ― Разве я посмею?.. Может, это все, что в этом мире от Эйл… Дьярви осталось!

― А глаза-то у тебя уже посветлели, ― невпопад ответила рейва Калвина. ― Раньше при тусклом свете темно-синими казались, как небо сразу после вечерней зари… Вовремя мы из Шарсола убрались, ой, вовремя! Похоже, чем чаще и сильнее из тебя магия выходит, тем быстрее краски с собой забирает. 

На эти слова Анналейса не нашлась, как ответить. Не о том она сейчас беспокоилась! Но поняла: не хочет старуха о ее муже вспоминать, говорить о нем не желает. Настаивать на продолжении разговора не стала. Вернется к нему позднее, если повод появится.  

― Знать бы, как долго нам еще по реке плыть, ― Лейса вдруг сообразила, что и об этом раньше спросить как-то не собралась. 

― Этот день и еще три, ― тут же отозвалась рейва Калвина.

― А ты откуда знаешь? ― поразилась Лейса.

― Первым делом у капитана выяснила. Почитай, сразу, как на борт ступила. 

― Что бы я делала без тебя, няня, и без твоей житейской мудрости? ― внезапно растрогалась Анналейса. Обхватила няню за пояс, приникла к ее боку. ― Вот вроде я уже и взрослая, совершенных лет достигла, но то и дело дитем неразумным себя чувствую! 

Рейва Калвина растроганно улыбнулась, приобняла свою воспитанницу, поцеловала в висок:

―  Для меня ты всегда дитя будешь. Как родная доченька… 

Кто знает, может все эти признания и вовсе в слезы вылились бы, но тут в дверь каюты постучали. Раздался приглушенный голос боцмана:

― Нэйта Ренсли! Ужин поспел! Поднимайтесь на палубу: капитан вас к себе за стол приглашает!

― Такки, рейв Илви! Скажите капитану, мы сейчас будем! ― Лейса приоткрыла дверь, одарила боцмана вежливой улыбкой. 

Тот, однако, на улыбку не ответил и уходить не спешил.

― Боюсь, нэйта, вы меня неверно поняли, ― заговорил он, стесненно комкая в кулаках собственный берет. ― Квелл Сланк за свой стол только вас одну приглашает, без прислуги и ребенка. 

Анналейса в очередной раз растерялась и почувствовала себя маленькой девочкой, которая не понимает, в какие-такие игры ее втягивают, и как не оказаться в этих играх главным призом. 

― Иди, Лейса, не отказывай, ― неожиданно вмешалась рейва Калвина. ― У аристократов так принято: звать за свой стол только равных. Даже собственных детей они за отдельный стол сажают.

― Иду, ― ответила Лейса одновременно и няне, и боцману. ― Причешусь только после сна. 

Рейв Илви кивнул с облегчением и ушел. 

Лейса взяла простой деревянный гребень, снова села рядом со старухой, начала разбирать густые волнистые пряди.

― Волосы, кажется, тоже посветлели? Как думаешь, няня?

― Может, только самую малость, ― не смогла решить рейва Калвина. 

― А не кажется тебе, няня, что квелл Сланк на меня глаз положил? ― этот вопрос Анналейса задала с таким незаинтересованным видом, что старуха сразу поняла: ответ воспитанницу очень заботит!

― Не кажется, ― чуть ворчливо отозвалась рейва Калвина. ― Точно положил! Без всяких сомнений!

― И… как мне теперь? Я ведь… Не нужно мне это! 

― Уверена, что не нужно? ― мягко переспросила старуха.

Анналейса медленно опустила руки и второй раз за вечер уставилась на рейву Калвину с неверием.

― Не ты ли говорила, что с магами связываться ― себе дороже?!

― Говорила! ― не стала спорить рейва Калвина. ― Но тогда ты простой рейвой была, а теперь ― нэйта. Если за простолюдина замуж пойдешь ― он болеть станет, придется снова у молчунов помощи искать. А вот маг из не самых родовитых тебе вполне подойдет. Правда, лучше, чтобы он тоже из Дома Ночи был, а то сила твоя еще раз изменится. Но о другом замужестве тебе стоит подумать, девонька. 

― Да зачем же?! Разве плохо нам втроем? А если окажется, что я в тягости ― какой мужчина захочет чужое дитя растить?

― Еще как захочет! Признает своим и получит мага в семью. Муж и о тебе позаботится, и Мауре поможет. Чем плохо? 

Анналейса только всплеснула руками в ответ:

― Как же все запуталось! Не могу представить, что я с другим мужчиной буду жить, детей рожать не от Дьярви, а… 

Лейса не договорила. Встала, скрутила волосы жгутом, а жгут сложила на маковке аккуратным пучком. Заколола пучок парой шпилек. 

― Пойду я, ― шагнула к ступеням. ― Капитан ждет.

― Не спеши его отталкивать, девонька. Еще три дня впереди. Присмотрись! А о нэйте Дьярви забудь! Понимаю: первый мужчина ― навсегда первый. Но его больше нет, а тебе о своей жизни думать надо.