Тайный брак - Соня Мишина

― Терпение, нэйта Ренсли! Скоро вы сами все увидите! ― во взгляде капитана Лейсе почудились теплота и осторожный, ненавязчивый мужской интерес.

Она на миг смутилась под этим взглядом, опустила глаза, запахнула плотнее на груди накидку, защищаясь и от прохладного сырого ветра, и от неожиданного внимания, которого не желала и к которому не знала, как относиться. Она всего день, как овдовела… Ведь овдовела же? 

Лейса тайком приподняла край рукава, посмотрела на брачный браслет. Он выглядел еще более тусклым и безжизненным, чем хмурое небо над головой. Анналейса опустила рукав, скорбно поджала губы: смириться с мыслью о гибели мужа она пока не успела. И к новым отношениям, тем более ― с магом, готовой себя не чувствовала. Не до любви ей теперь!

Сделав еще пару шагов, она оказалась немного впереди и сбоку от капитана и его штурвала. Выпрямила плечи, подняла подбородок, впилась в приближающийся пригорок нетерпеливым взглядом: скорее бы уже увидеть обещанное чудо! Отвлечься от забот и тревог о неопределенном будущем, получить хоть кроху радости от незапланированного путешествия. 

По счастью, барка шла быстро, и ожидание не успело стать томительным. Вот река резко вильнула влево, и судно, чуть накренившись на левый борт, плавно вошло в поворот. Тут же из-за пригорка выглянула, блеснула зеркалом бесконечная водная гладь, в центре которой бугрился фонтаном неопадающий водяной купол. Это выглядело так, будто из-под воды пробивался, стремился к поверхности гигантский родник. Но разве бывают родники таких размеров? На маковке водяного бугра могла бы уместиться вся барка! 

― Как? Разве такое возможно?! ― обернулась Анналейса к капитану. 

Теперь она выглядела такой же восхищенной и возбужденной, как Маура, и ― почти такой же юной. 

― Я бы ответил ― нет, если бы не видел своими глазами, ― повел плечами квелл Сланк, крепче сжимая штурвал и запрещая себе думать о мягких, ярких губах своей пассажирки, которые так мило приоткрылись в изумлении. ― Мне не впервой плыть через Горбатое озеро, и я наблюдаю это чудо каждый раз. А старые речники уверяют, что сильный подземный поток бьет из дна озера уже не один десяток лет. 

― Горбатое озеро! Какое меткое название, ― Анналейса снова стала смотреть вперед. ― Мы подойдем ближе? 

― Обязательно, хотя это будет непросто, ― взялся объяснять капитан. ― Озеро, по которому мы идем, проточное. Поток подземный спорит с речным потоком, идущим вдоль поверхности. От этого возникают водовороты, порой настолько сильные, что могут закрутить и перевернуть судно. Но вам не о чем тревожиться, нэйта Ренсли! Я достаточно силен в управлении стихией воды, чтобы справиться с любым водоворотом!

Лейса догадывалась, что квелл Сланк ждет от нее восхищения и похвалы, и даже сумела растянуть губы в вынужденной улыбке, но в глубине души к хвастовству закатника осталась безразлична. Магия, как выяснилось, и у нее есть, причем с рождения. А теперь ― Лейса это чувствовала ― сила ее не только сменилась с Дневной на Ночную, но еще и выросла. 

Чего не могла ожидать Анналейса, так это что применить новую силу ей придется в тот же миг, на глазах у экипажа барки. 

― Справа по борту! ― крикнул боцман, привлекая внимание капитана. 

Квелл Сланк мигом растерял всю свою вальяжность, забыл улыбаться, обернулся, куда было сказано. 

Лейса тоже уставилась в указанном направлении, охнула, испуганно прикрывая рот ладонью: внезапно возникший водоворот поднял со дна огромный древесный ствол, раскрутил его и отбросил в сторону барки. Толстый, обвешанный бородой водорослей комель летел точно в борт, грозя протаранить его насквозь. Времени на то, чтобы развернуться и уйти от удара, у судна уже не оставалось!

― Дархов корень! ― капитан резко крутанул штурвал, разворачивая барку носом к водовороту и к летящему в судно тарану. Вероятно, он надеялся, что удар получится скользящим и не таким сокрушительным.

У Лейсы потемнело в глазах ― скорее от гнева, чем от страха. Неужели все зря ― замужество, бегство из Шарсола, ночь в тесной каюте, надежды на новую жизнь?! Неужели все ее жертвы и усилия напрасны, и вместо спасения она принесет сестре и няне мучительную гибель в холодной злой пучине?

― Прах побери эту деревяшку! ― крикнула Анналейса в сердцах, выплескивая из себя тьму Ночи ― через зрачки, через открытый в крике рот, через трепещущие ноздри и поднятые ладонями вперед руки. ― Разрази ее гром!