Адепт. Сокровища тамплиеров - Кэтрин Куртц

Упоминание имени матери произвело на Адама эффект холодного душа. Ни на кого не глядя, он склонил темноволосую голову в грациозном поклоне и, взойдя по каменным ступеням, остановился у входа в беседку. В этот момент его правая рука сделала неуловимый жест, устанавливающий защитный экран.

— Гость всегда чтит традиции хозяина дома, — спокойно проговорил Адам, не сводя глаз с лица сэра Джона.

Последовало крепкое рукопожатие, и старик жестом пригласил гостей войти.

— Сэр Джон, позвольте представить вам моего Второго, Ноэля Маклеода.

Такая откровенность учителя поразила Перегрина до глубины души.

— А это мистер Ловэт, — непринужденно продолжал Синклер, — художник редкого таланта, не говоря уж о прочих достоинствах.

Старик загадочно улыбнулся и, протянув руку, бесцеремонно втащил Перегрина на верхнюю ступеньку.

В глубине беседки смутно вырисовывались очертания ажурного кованого стола с тяжелой стеклянной крышкой. Его окружали четыре таких же кованых стула, на сиденьях которых лежали элегантные подушечки, обтянутые веселым ситцем в цветочек. Солнечные лучи пробивались сквозь розовые заросли, образуя на полу замысловатую мозаику из пятен света и тени. В беседке пребывала та же атмосфера защищенности, что и в лесу. Грохот динамо-машины, преследовавший Перегрина на протяжении всего путешествия через лабиринт, исчез, как только художник переступил порог.

— Охотники! Великолепная команда, — с улыбкой обронил сэр Джон. — Присаживайтесь, джентльмены.

Последнее замечание сэра Джона повергло Перегрина в состояние шока. Он покосился на старших товарищей, но Адам и Ноэль, казалось, отнеслись к словам старика совершенно спокойно. Сэр Джон широким жестом указал им на стулья и сел сам. Синклер выбрал место по правую руку хозяина и едва заметно кивнул Маклеоду на стул справа от себя. Перегрину осталось единственное свободное место по левую руку хозяина.

— Итак, — произнес сэр Джон, опираясь руками на трость, — каждый из нас хотя бы в общих чертах представляет, зачем мы собрались здесь. Не будем терять времени. — Старик ненадолго замолчал. — Адам, если мне позволено называть тебя по имени, — обратился он к Синклеру, — ты, вероятно, хочешь спросить, откуда я знаю твою мать?

— Признаюсь, меня удивило, что вы знакомы, — осторожно подбирая слова, ответил Синклер.

— Не беспокойся, мой мальчик, — грустно улыбнулся старик, — я не открою тебе ничего, что могло бы опорочить ее доброе имя. Достаточно сказать, что в годы Второй мировой Филиппа и я вместе участвовали в одном проекте, от успеха которого во многом зависел исход войны Ее отвага и другие качества, которые, я надеюсь, ты унаследовал в полной мере, восхищали меня до глубины души. Хотя она в те дни была еще совсем девочкой, моложе нашего мистера Ловэта, я думаю.

— Вы очень добры, — обескураженно пробормотал Синклер.

— Это чистая правда, — вздохнул сэр Джон, слегка склонив седую голову. — В мои годы уже не хочется растрачивать силы на пустые комплименты. Если бы не самопожертвование Филиппы, история могла пойти совсем иначе. В следующий раз, когда тебе случится говорить с Филиппой, передай ей от меня самый горячий привет.

Сэр Джон не стал уточнять, отметил Перегрин, жива ли еще мать Адама. Вероятно, о многом старик осведомлен лучше, чем можно было ожидать даже от Магистра. Синклер молча кивнул.

— Хорошо, тогда к делу. Во время нашего разговора по телефону ты благоразумно скрыл истинную подоплеку своего интереса к находящемуся в моих руках артефакту. Теперь, когда мы убедились во взаимной честности, надеюсь, ты откроешься мне. Ведь в том, что наши пути в конце концов пересеклись, нет ничего удивительного. Я хотел бы помочь тебе.

— Думаю, никто из нас не может винить другого в излишней осторожности, — ответил Адам, не скрывая облегчения. — И я очень рад, что вы согласны помочь нам, сэр Джон. Все наши надежды связаны с вашим крестом, иначе нам придется устранять последствия уже свершившегося зла, а не принимать меры по его предотвращению.

В следующие несколько минут Адам коротко рассказал сэру Джону о похищении Печати царя Соломона и все, что Охотники знали на данный момент.

— Теперь я не сомневаюсь, что Печать является могущественным артефактом, — сказал он в завершение своего повествования. — Мой друг Натан Финнс был убежден, что неверное использование Печати может разбудить страшную силу. Но мы понятия не имеем, ни что это за сила, ни принцип действия Печати. Я даже подозреваю, что Соломон сам сотворил то, что ныне она охраняет.

Синклер пересказал содержание сна, который приснился ему в ночь после смерти Натана, и видение Перегрина, подтвердившее существование магического Венца, который таинственным образом был связан с Джоном Грэхэмом Клаверхаусом.

— Полагаю, Венец является вторым элементом цепи, связывающей неизвестное зло, — заключил Адам. — Видение Перегрина также подтверждает мое предположение, что тайна Печати и ее охрана была доверена Магистрам Ордена Храма. Во времена гонений, когда флот Ордена бежал из Франции, Печать попала в Шотландию. Преемственность в передаче тайны сохранялась на протяжении столетий, пока виконт Данди не унес ее с собой в могилу.

— Понятно, — сказал сэр Джон. — И ты надеешься посредством креста войти в контакт с духом Клаверхауса?

Адам согласно кивнул.

— У нас есть некоторый опыт в таких делах. Ноэль является первоклассным медиумом. Вся наша надежда на то, что Клаверхаус согласится помочь нам, и мы узнаем, чего именно следует опасаться и какие меры предпринять.

Задумчиво кивнув, старик обратил взор на Перегрина.

— Ты уверен, что локон волос настоящий?

— Да, сэр, — ответил художник. — Я уверен, что увиденное на могиле виконта не было ложным. Безусловно, нет никаких материальных доказательств того, что локон в кольце и локон, срезанный с головы Клаверхауса, идентичны, но, судя по моим видениям, это так.

— Тогда почему ты считаешь, что при работе с кольцом связь оказалась нарушенной? — спросил Адама сэр Джон.

— Я сам задаю себе этот вопрос, — ответил Синклер. — Возможно, кольцо резонирует сильнее, чем локон волос, который скрыт куском горного хрусталя. Если бы кольцо принадлежало мне, я бы снял камень, чтобы получить прямой доступ к локону. Но я рискую потерять доверие владельца кольца, если в результате этой операции с ним что-то случится.

— Понимаю, — ответил сэр Джон. — Могу я взглянуть на него?

Не говоря ни слова, Адам опустил руку в карман, извлек перстень Данди и положил его на стол перед Джоном Грэхэмом. Старик отставил в сторону трость, нацепил на нос очки в серебряной оправе и склонился над кольцом, осматривая его с разных сторон. Мгновение спустя он взял перстень в руки, покатал на ладони, пристально глядя на локон, плотно прижатый к металлу, затем накрыл перстень правой рукой и закрыл глаза.