Когда умолкает кукушка - Ольга Лисенкова

– Баб-Нюсь, да я никогда не думал… Хотите, я буду вас называть по имени-отчеству? – сообразил Федор.

Она снова усмехнулась. Достала заварочный чайник с изысканными церемонными розочками и жестяную банку с чаем, от которого шел тонкий аромат мелиссы.

– Да не надо, сынок, я уж привыкла. Так вот, я не Баба Яга, хотя по сюжету сказки тебе бы лучше к ней за советом. Их много, привратниц…

– Привратниц?

– Так их принято называть. Они на границе мира, не у каких-то там особых ворот. Можно было бы и пограничницами называть… но вот отчего-то слово «привратницы» прижилось. Наверное, им самим оно нравится. Баба Яга в сказке – тоже пограничница. Иначе почему бы герой просил избушку к нему повернуться, а не сам, как это вообще-то делается всегда, обошел бы своими ногами дом да и нашел бы дверь? Он этого сделать не может.

– Избушка стоит на… каком-то краю, на границе?

– Вроде того. У кого-то избушка на ножках, у кого-то ходячий зАмок, может. Я тебе что талдычу: я-то не Привратница.

Она протянула ему тарелку с нарезанной колбасой.

– С другой стороны, – сказала она веселее, – и ты у нас не лыком шит оказался. Может, еще и прорвешься за Аленушкой своей.

Они пили янтарный чай, заедая колбасой и вафлями, и Федор пытался получить ответ хоть на какой-нибудь из занимавших его вопросов. Но баба Нюся была немногословна и задумчива.

Закончив чаепитие, Федор ополоснул тарелку и чашки с блюдцами.

– Баб-Нюсь, а гадание мы уже завершили? – спросил он безнадежно.

– В гадании я вижу одно, Федь: твоей Алены нет среди мертвых и нет среди живых.

Он еле удержал мокрую стопку посуды.

– Значит, эти сны – не совсем сны.

– Она успела рассказать тебе, где находится?

– Да она сама толком не знает. Где-то между мирами, она называла это «трещиной» или «расщелиной». Между миром мертвых и живых.

Баба Нюся обрадовалась.

– Ну вот!

– Что «вот», мне ее где искать-то?! Ей там велено собрать заблудшие души и отправить по маршрутам, а она понятия не имеет, как к этому подступиться вообще.

– Собрала?

– Что?

– Собрала она этих людей? По гаданию выходит, что да.

– Она мне говорила, что Лизу видела, но девчонка убежала.

– Найдется. По гаданию вышло, что собрала.

– А дальше?!

Баба Нюся похлопала его по плечу:

– Ну-ну, Федь, спокойнее. Откуда я-то знаю, что дальше? Разве еще карты глянуть…

– Гляньте, баб-Нюсь, гляньте!

Они вернулись в комнату. Хозяйка прошла к комоду, выдвинула до конца скрипучий, тяжелый ящик. Вытащила стопку карт – на этот раз не игральных и не гадальных, а географических. Контурных, как в школе. Федор смотрел во все глаза.

– Не трогать, – строго предупредила баба Нюся.

Он сцепил руки за спиной.

Она стала перекладывать карты: Америка, Африка, карта мира… Райские острова?

Эту тетрадку баба Нюся выцепила, придвинула очки к глазам и стала быстро-быстро перелистывать, чтобы Федор не успел увидеть ничего лишнего. Он был готов и вовсе зажмуриться, лишь бы получить ответ.

– Остров Буян, – сказала она наконец тихо.

– Что?

– Остров Буян. Нет, не тот, что у Пушкина…

Она взяла в руки карту с Алениным портретом и поднесла к бледно-голубому контуру на полупрозрачной бумаге. Изображение налилось цветом, тогда баба Нюся живо отдернула руку и бросила карту на стол рубашкой вверх.

– На море-окияне, на острове Буяне, – вспомнил Федор. – Но где такой остров?

– Где – тебе Аленушка правильно сказала.

– В расщелине между мирами, что ли?

– Приблизительно так.

– Один раз я очутился там во сне, второй раз мы разговаривали с Аленой через зеркало. Ну почти… Она через зеркало, а я через оконное стекло.

– Третий раз. Третий раз решающий, дружок, как в любой сказке. Прорвешься – будешь с ней, не прорвешься… – она развела руками.

Собрала контурные карты в стопку и упихнула вглубь комода.

– Спасибо за чай и угощение, все было очень вкусно, – сказал Федор, с трудом сдерживая досаду. – Все равно я ничего не понял. Мне брать отпуск и переселяться в детскую библиотеку, читать сказки теперь?

– Нет, Федь, не стоит. Там правды не доищешься, столько обработок было!

– Но что же мне делать?

– То, чего ты прежде никогда не делал, – улыбнулась бабушка. – Только смотри, без членовредительства!

– Кстати, – баба Нюся выглянула на площадку, когда Федор уже нажал на кнопку лифта, – полнолуние не сегодня, а завтра. Понял?