Кошки Дремучего леса - Чарльз де Линт

– А теперь беги, – шепнула она. – И будь осторожна. Котенок – желанная добыча для голодного хищника.

– Я буду осторожна, – заверила Лилиан. – И я все равно найду того, кто меня расколдует.

Старуха кивнула:

– Понимаю. Тебе нелегко сейчас в кошачьем облике, но помни: есть судьбы и похуже.

С этими словами она вступила внутрь сосны и исчезла.

Котенок долго смотрел на дерево с бутылочками. Старая Матушка Опоссум права. Лилиан только что видела одну из таких судеб.

Осторожно, чтобы не растревожить бутылочки, она двинулась к тому месту, где ее ждал П. С. Лапы тут же намокли и испачкались, на них комьями налипла грязь, но это пустяки. Она снова заперта в кошачьем теле, но и это пустяки. Тетушка жива, и только это имеет значение.

Лилиан подбежала к кромке леса, и лежавший в папоротнике П. С. поднялся ей навстречу. Лис внимательно разглядывал котенка.

– Выходит, она не смогла помочь? – спросил он.

– Как это не смогла? Она же все вернула назад!

– Назад? По-моему, ты так и осталась котенком.

– Но ведь…

И тут Лилиан сообразила. Тот самый котенок, которым она снова стала, прогулялся до сухой сосны, поговорил о чем-то с ведьмой-опоссумом и вернулся – вот как это выглядело в глазах лиса. Он и не догадывался, что несколько месяцев Лилиан была девочкой. Смерть тетушки, путешествие в Ля Урсвилль, побег – обо всем этом и многом другом он даже не подозревал.

– Я знаю, тебе кажется, будто ничего не произошло, – попыталась объяснить Лилиан. – Но на самом деле, пока ты ждал меня здесь, я успела прожить несколько месяцев.

– Ха-ха.

– Да нет же, правда!

– Неужели?

И они пошли прочь из лощины Черной Сосны – Лилиан старалась ступать по следам лиса, и ей удавалось не свалиться в воду. По пути она рассказывала спутнику обо всем, что случилось с той минуты, когда она снова превратилась в девочку.

– Так не бывает, – заявил П. С., когда она закончила.

– Ну вот смотри, – не сдавалась Лилиан. – Я была девочкой, теперь я котенок. Я разговариваю со зверями и птицами. Я должна была умереть от змеиного укуса, но не умерла. А такое разве бывает?

– Откуда мне знать.

– Так ты мне не веришь?!

– Я не знаю, что думать. Ты ведешь себя не как тот котенок, которого я повстречал утром. Ты изменилась, и это единственное доказательство. Ты побывала у ведьмы и вернулась другой. Словно стала старше. Даже говоришь как-то иначе.

– Я поняла несколько очень важных вещей, но я по-прежнему девочка Лилиан. И в то же время я кошка.

Лис покачал головой:

– Не понимаю, как можно быть одновременно и девочкой, и кошкой.

– Вот, – Лилиан остановилась возле лужи. – Смотри сам.

П. С. глянул на отражение через ее плечо, ожидая увидеть мордочку котенка, – из воды смотрела рыжеволосая девочка.

– Ну и ну, – только и сказал лис.

– Теперь видишь?

– Да уж, убедила так убедила. Но все-таки не верится, что можно вот так запросто болтаться туда-сюда во времени. Скажем, ты встретила бы своих родителей и уговорила отца не жениться на матери. Тогда ты бы вообще не родилась. Но как в таком случае ты вернулась бы в прошлое и не дала бы им пожениться? Понимаешь, о чем я? От таких мыслей голова идет кругом.

– Но я ведь не путешествовала во времени. Это был… вроде как сон.

– И я оказался в этом сне.

Лилиан улыбнулась:

– Ага. И стал мне надежным другом.

– Хорошо же ты мне отплатила за добро: разболтала ведьме, что я съел ее мужа.

– Ничего подобного, она и так знала.

– Откуда ей знать?

– Так она же ведьма.

П. С. медленно кивнул.

– По крайней мере, это многое объясняет, – пробормотал он. – Если вообще этой ночью можно объяснить хоть что-то.

Они пересекли ручей, перескакивая с камня на камень. На этот раз Лилиан удалось не поскользнуться. На последнем булыжнике она задержалась и макнула в воду поочередно все лапы, чтобы смыть грязь.

– Что будешь делать дальше? – поинтересовался П. С.

– Пойду назад, на ферму. А что еще остается делать?

– Но ты говорила, что тетушка все равно тебя не узнает.

– Ну да. Но она хотя бы жива. А я попробую найти способ снова стать девочкой.

– На скотном дворе не очень-то привечают лис, – напомнил П. С. – Люди всегда неверно толкуют наши намерения.

– Думают, как бы лиса не вломилась в курятник?

– Проголодаться-то всякий может, – фыркнул П. С.

– Тогда, наверное, тебе лучше не приходить. А то тетушка будет сердиться. Да и курам это вряд ли понравится. – Она умолкла на секунду. – Значит… я тебя больше не увижу?

– Как придешь в лес, зови меня. Если буду поблизости и услышу – прибегу.

– Я принесу тебе что-нибудь вкусненькое, – пообещала Лилиан.

– Это необязательно, хотя я бы не отказался.

Лилиан рассмеялась:

– Спасибо тебе за то, что был мне верным другом. Мама дала тебе очень подходящее имя.

Не ответив, лис скользнул в кусты, и оттуда раздался его смешок.

Лилиан подняла и изучила при лунном свете свою лапу. Пальцы – это, конечно, здорово, но превращение в котенка – ерундовая цена за мировое равновесие.

Глава двадцать первая
Потерялась!

Тетушка все бродила с фонарем и звала. Лилиан помчалась к ней через высокую траву, отчаянно крича, но крик был всего лишь мяуканьем. Луч, метавшийся по лугу, на мгновение замер, тетушка обернулась к котенку.

– Ох, котеночек, – горько сказала она. – Вот бы Лилиан нашлась так же просто, как ты. Куда же подевалась моя девочка?

– Я здесь! Здесь! Прямо перед тобой!

Тетушка нагнулась и погладила ее.

– Я так тревожусь, – призналась она. – Лилиан ведь послушная. Она не стала бы так задерживаться, если бы только с ней не стряслась беда.

Я уже не знаю, что и подумать. Вдруг лежит где-то в лесу со сломанной ногой, и как тогда отыскать ее?

– Не волнуйся! Я не потерялась! Я здесь, рядом!

Но конечно же, тетушка не понимала мяуканья. Надо было спросить у ведьмы-опоссума – вдруг у нее нашлась бы бутылочка зелья, как у Матушки Манан. Только такого, чтобы помогло животному говорить с человеком. Как же нестерпимо хочется утешить тетушку!