Кровавый корсар - Аарон Дембски-Боуден

— Он на тебя злится. — Узас облизнул клыки. — Ты обижаешь его ручного зверька.

— Я не понимаю, — признался Делтриан. — Я лишь говорю о фактах.

— Не обращай на него внимания, — сказал Талос, оглянувшись на Узаса. — Техножрец, я понимаю твою озабоченность, но мы работаем с тем, что у нас есть.

Люкориф, несколько минут хранивший молчание, разразился шипящим смехом:

— В самом деле, Ловец Душ?

Талос обернулся к раптору:

— Тебе есть что сказать?

— Разве не в этом отряде когда-то был воин, способный вести корабль через варп? — Люкориф передернулся и издал еще один свистящий смешок. — Да-да. Да, так и было.

— Рувена больше нет. Он теперь на поводке у магистра войны, и среди нас нет других колдунов. Вдобавок, ни один колдун не заменит навигатора, брат. Первые обладают знаниями, необходимыми, чтобы вести корабль по Морю Душ. Вторые для этого рождены.

Раптор фыркнул.

— У чемпиона Халаскера были колдуны. Многие из банд Восьмого легиона дорожат ими.

При этих словах Люкориф то ли резко кивнул, то ли его шейные мышцы скрутила очередная судорога.

— Они судачат о тебе, Ловец Душ. Талос из Десятой роты, воин с даром примарха, ни разу не заглянувший в тайны варпа. Сколько воинов легиона никогда не посягнут на дар нашего отца, не овладев прежде тайнами варпа? Но только не ты. Нет-нет, только не Талос из Десятой.

— Хватит. — Талос недобро прищурился. — Это бессмысленный разговор.

— Нет, не бессмысленный. Это правда. Ты слишком долго пробыл вдали от Великого Ока, Пророк. Тебя там ждут. Твои таланты следует тренировать. Колдовство — такое же оружие в этой войне, как похищенный тобой клинок и унаследованный тобой болтер.

Талос не ответил. Когда братья из Первого Когтя обернулись к нему, воина пробрал озноб.

— Это правда? — спросил Ксарл. — Заклинатели варпа из Черного легиона хотят заполучить Талоса?

— Истинная правда, — просипел Люкориф.

Кровоточащие глазные линзы его шлема смотрели немигающим взглядом.

— Магический потенциал сочится из Пророка, как черная аура. Ловец Душ, разве Рувен не хотел обучать тебя?

Талос пожал плечами.

— Я отказался. А теперь не могли бы мы перейти к более насущным…

— Я присутствовал при его отказе, — улыбнулся Кирион. — И скажу в защиту брата, что Рувен всегда, даже в лучшие времена, был дерьмоедом и злобным сукиным сыном. Я бы и оружия в бою ему не протянул, не говоря уже о том, чтобы позволить ублюдку превратить в оружие меня.

Люкориф пополз вокруг стола на когтистых лапах. Сопла двигателей покачивались у него за спиной в такт затрудненной походке. Несколько шагов он попробовал пройти на двух ногах — и сравнялся ростом с братьями по легиону, — но попытка явно его разочаровала. Вновь упав на четвереньки, он поковылял к опутанному цепями саркофагу, продолжая лениво разглагольствовать:

— А что насчет вас, Первый Коготь? Ксарл? Меркуций? Узас? Что вы думаете об этом странном упорстве Пророка? Каким он представляется вам сейчас, в новом свете?

Ксарл хмыкнул, ничего не ответив. Меркуций хранил обычное стоическое молчание и бесстрастную мину.

— Я думаю, — прорычал Узас, — что ты должен попридержать язык. Пророк выбрал свой путь, как и все мы, как и каждая живая душа. — Презрительно рыкнув в заключение своей речи, воин умолк.

Остальные, включая Люкорифа, уставились на него с нескрываемым удивлением.

— Довольно! — рявкнул Талос. — Хватит. Почтенный техножрец, прошу тебя, продолжай.

Делтриан продолжил, словно его и не прерывали.

— …и неполадки в работе вспомогательных источников питания носовой батареи лазерных излучателей были обнаружены и зарегистрированы сорок шесть минут двенадцать секунд назад, по стандартному земному летоисчислению. Пятнадцать секунд. Шестнадцать. Семнадцать.

Талос обернулся к техножрецу.

— По-моему, вы пытаетесь сказать: «Нам крупно повезло, что этот корабль до сих пор не развалился на куски».

Делтриан неодобрительно застрекотал, выдав строчку машинного кода. Затем пояснил:

— Я бы никогда не озвучил свою мысль таким образом.

— Сколько времени понадобится, чтобы это отремонтировать? — спросил Ксарл. — Все это.

Капюшон Делтриана развернулся к воину. Из тени блеснули изумрудные глазные линзы и серебряная улыбка. Техножрец подготовил точные расчеты, но сильно подозревал, что Повелителям Ночи его дотошность не понравится.

— Если вся команда будет работать с восьмидесятипроцентной эффективностью, пять-точка-пять месяцев. — Подобная неточность причиняла ему почти физическую боль, но следовало сделать скидку на их слишком человеческий интеллект. — Восемьдесят процентов эффективности включают в себя вероятность болезней, травм, смертные случаи и некомпетентность работников.

— Проторчать в Зрачке Бездны пять с половиной месяцев! Это слишком долго, — нахмурился Ксарл. — Что, если мы договоримся с Кровавым Корсаром и нам помогут его портовые рабочие? Заплатим за материалы и труд, вместо того чтобы вкалывать самим.

— Кровавый Корсар…

Талос смотрел на гололитический стол. Из-за колющей боли в висках голос воина звучал рассеянно.

— Идиотская кличка.

Кирион хмыкнул.

— От того, кого называют Ловцом Душ, это поистине суровый приговор.

Талос поскреб шрам на щеке, скрывая улыбку.

— Продолжай, техножрец.

— При участии рабочих Зрачка Бездны капитальный ремонт может быть завершен в пределах одного месяца.

— Простите за то, что вынужден это упомянуть, но нас там не особенно жалуют, — заметил Меркуций. — Вполне вероятно, что тиран запретит нам даже войти в док, не говоря уже о рабочих. И у нас недостаточно ресурсов для торга. Нам необходимо все, что мы реквизировали с Ганга.

— Просто скажи «сперли», — поддел его Ксарл. — «Реквизировали»? Что это вообще значит? Вы, вонючки с Городской Периферии, вечно скрываетесь за красивыми словами.

Меркуций ответил брату не менее яростным взглядом.

— «Прут» только человеческие отбросы из сточных канав Внутреннего Города. Мы ведем войну, а не грабим уличный ларек ради пригоршни медяков.

Поганая улыбочка Ксарла ничуть не увяла.

— Суровый выговор от богатенького сынка. Легко швыряться красивыми словами, если сидишь в креслице на верхушке шпиля и приглядываешь за преступным синдикатом, пока все остальные делают грязную работу. Когда парни с Периферии забредали в наш район, я их отстреливал. И наслаждался каждым их предсмертным воплем.

Меркуций втянул воздух сквозь сжатые зубы, не говоря ни слова.