Дивизионный комиссар - Павел Корнев

На следующее утро я в кои-то веки проснулся первым. Прислушался к размеренному дыханию Анны, осторожно выбрался из-под одеяла и тихонько прокрался на кухню. Там, стараясь не греметь посудой, сварил кофе и вернулся обратно. Выставил чашечки на прикроватную тумбочку и, склонившись к девушке, тихонько прошептал:

— Просыпайся, красавица!

— Пора вставать? — сладко потянулась та со сна.

— С днем рождения!

— Спасибо, — улыбнулась Анна, поцеловала меня и только тут заметила чашки. — Кофе в постель? Да ты меня балуешь!

— Раз в год можно и побаловать.

Я забрался под одеяло, и девушка немедленно забеспокоилась.

— Перестань, на работу опоздаю! — захихикала она, выворачиваясь из объятий. — Сейчас не время!

— Вот уж не думаю, — возразил я.

И действительно — время нашлось…

А потом мы лежали, маленькими глотками пили кофе и молчали.

Я любовался подругой; Анна жмурилась и поглядывала на меня через длиннющие ресницы.

— О чем думаешь? — спросила она наконец. — У тебя такой взгляд…

— Не хочу тебя никуда отпускать, — признался я.

— Вот как? — удивилась девушка и с неприкрытой иронией поинтересовалась: — Брошу работу, стану домохозяйкой, нарожаю кучу ребятишек, так?

— Так далеко я не заглядывал, но сама по себе идея неплохая.

— И каждый день гадать, вернешься ты домой или нет? Быть женой полицейского… брр…

— Алекс давно уже зовет к себе.

— Станешь копаться в чужом грязном белье?

— А чем я, по-твоему, сейчас занимаюсь? — усмехнулся я.

— Ловишь преступников, нет?

Я помолчал, потом поморщился и вздохнул:

— Меня в последнее время оттирают в сторону, все дела — обычный криминал. Ничего по профилю. Такое впечатление, что капитан сделал ставку на Яна Навина.

— Так сильно хочешь стать начальником дивизиона?

— Это не самоцель, но и заниматься всякой ерундой смысла не вижу.

— Ты в любом случае остаешься самым молодым специальным комиссаром полиции!

— О да! — рассмеялся я и притянул девушку к себе. — И не только самым молодым!

— Перестань! — взвизгнула та и с хохотом соскочила с кровати. — Ты меня совсем загонял, а еще работать сегодня!

И прежде чем я успел ее перехватить, Анна убежала в ванную. Пришлось дожидаться, пока она примет душ.

— У меня тут для тебя небольшой подарочек… — произнес, когда девушка вернулась в спальню.

— А что было до того? — хитро прищурилась замотавшаяся полотенцем Анна. — Чем мы занимались все это время, разве не меня поздравляли?

— Все это время! — фыркнул я. — «Все это время» будет вечером!

— Нет, нет, нет! — сразу заявила девушка. — Сегодня после ресторана я собираю подруг в «Розовом фламинго». Вечеринка только для дам. Ты не против, надеюсь?

— Нисколько. — Я достал из-под кровати пакет, вытащил из него футляр и протянул подруге. — Это тебе.

Анна с любопытством подняла крышку и округлила глаза.

— О-о-о! — только и вырвалось у нее. — Вот это да! Настоящий? — И она осторожно прикоснулась к перламутровой рукояти. — Какой красивый! Отлично подойдет к моим серьгам и новой сумочке.

— Красивый и незаконный. Поэтому на публике не доставай.

— Ну ты меня вообще за дурочку принимаешь!

— Просто насчет разрешения еще договориться не успел, — пояснил я. — Поэтому аккуратней с ним. А так все как учил.

Девушка взвесила пистолет в руке, утопив кнопку, переломила стволы и один за другим вставила патроны.

— Такого подарка у меня еще не было! — заявила она, любуясь тонкой отделкой.

Потом спрятала оружие в футляр, потянулась поставить его на тумбочку, и от неосторожного движения полотенце съехало на пол. Но дать волю рукам не получилось.

— Погоди! А вот это для тебя! — Анна протянула какую-то коробочку и, воспользовавшись моим замешательством, поспешно прикрыла наготу.

— В самом деле? — озадаченно протянул я.

— Сегодня годовщина нашего знакомства! — напомнила подруга, глянула на часы и, придерживая одной рукой полотенце, принялась лихорадочно рыться в ящике с нижним бельем. — Уже опаздываю, совсем-совсем опаздываю…

Я распотрошил упаковку и озадаченно уставился на серебряную штуковину размером с вытянутый коробок спичек.

— Это гильотина для сигар! — подсказала Анна. — Вот в чем я полностью согласна с папой, так это с тем, что если курить, то курить хорошие сигары.

В кружевных трусиках и лифчике девушка смотрелась ничуть не менее соблазнительно, чем полностью обнаженной, поэтому сосредоточиться на ее словах получилось далеко не сразу.

— Думаешь? — засомневался я.

Анна уселась на кровать и улыбнулась, натягивая чулки:

— Дорогой! Ты не туда смотришь.

Пришлось перевести взгляд с ее стройных ног на прикрытое зеркальной шторкой отверстие в середине гильотины.

— Если я при твоем отце достану сигару, скрученную из листьев элитного островного табака, он тут же примется восхвалять достоинства курительных трубок! — усмехнулся я и спросил: — А открывается она как? — Но тут пальцы сами нащупали кнопку, и сразу — клац! — с сочным лязгом из боковины выскочил хищно изогнутый клинок с загнутым под стать кошачьему когтю кончиком и покрытым мелкими неровными зубцами лезвием.

— Сюрприз! Сюрприз! — рассмеялась Анна. — Тебе вечно нечем вскрывать корреспонденцию, теперь нож всегда будет под рукой!

— Ну надо же! — только и покачал я головой. В разложенном состоянии клинок оставлял открытым отверстие посреди гильотины, и при необходимости ее действительно можно было использовать по прямому назначению. Просто складываешь нож — и зазубренная режущая кромка отсекает все лишние. Хоть кончик сигары, хоть палец. — Оригинально.