Слотеры. Бог плоти - Виталий Обедин

– Мне нужно поговорить с представителем Круга, – без обиняков заявил я.

Слуга попытался сохранить учтиво-спокойное выражение лица, но от меня не ускользнуло, как он нервно дернул щекой.

Круг Девяти – орган внутреннего управления в Ковене. Он состоит из сильнейших магов, отвечает за переговоры с властями и принимает решения, обязательные для соблюдения всеми, кто изучал или изучает мистические науки. В представительстве всегда присутствовал один из Девяти, но обратиться к нему напрямую было немногим легче, нежели получить аудиенцию в Монарших Чертогах.

Старики, угробившие молодость и зрелые годы за книгами, обожают чванство. Компенсируют упущенные радости жизни.

– Вам… кхм… назначено? – пугаясь собственной дерзости, пробормотал послушник.

Он прекрасно понимал, с кем имеет дело.

– Нет, но думаю, меня примут. Доложите, что прибыл Сет из рода Слотеров. У меня есть конфиденциальный разговор, не терпящий отлагательств.

– Э…

– Я не расположен долго ждать, приятель, – слегка усмехнулся я. – Если ты быстро не организуешь аудиенцию, я отправлюсь искать мессира чародея сам.

Иногда дурная репутация – как семейная, так и сколоченная собственными руками – крепко осложняет жизнь. Но есть у нее и сильные стороны. К примеру, бюрократия, всесильная там, где вопросы решают скрип перьев, шелест бумаг и смачное шлепанье печатей, частенько пасует, когда сталкивается с грубой силой, не регулируемой писаными правилами.

Слуга недолго колебался с принятием решения: лицо его сделалось бледным, с виска соскользнула капля пота, и он так решительно одернул на себе униформу, что затрещали нитки.

– Позвольте мне провести вас в гостиную, дабы освежиться вином и фруктами. Я доложу о вашем визите магистру Сальери.

Ага, значит, сегодня за прием отвечает Кунцо Сальери, выпускник Крейцигского университета и, как поговаривают, один из лучших пиромантов во всем Блистательном и Проклятом. Я слышал о нем много разного, но ничего такого, что говорило бы об излишней заносчивости или дерзости. Тем лучше.

Долго ждать аудиенции не пришлось.

Я едва успел очистить от кожуры апельсин, взятый из вазы с фруктами, когда слуга Ковена прибежал обратно, запыхавшийся и взмокший, точно его заставили промчаться десять лиг, припекая пониже спины раскаленным железом за любую попытку остановиться.

– Лорд Слотер, его светлость магистр Сальери ждет вас в своем кабинете. Прямо сейчас.

– Угу, – сказал я и задержался у стола ровно на столько, сколько потребовалось, чтобы, смакуя, дольку за долькой съесть отличный сладкий апельсин.

Редкость, между прочим, в Уре в это время года.

Слуга буквально пританцовывал рядом, но не посмел поторопить.

Некоторые вещи приходится делать не в силу склочности своего характера, но исключительно для укрепления дурного мнения о себе. Как вы могли удостовериться, хорошо сложившаяся плохая репутация – важный и прекрасно работающий инструмент.

Магистр Кунцо Сальери был человеком невысокого роста с тонкими изящными чертами лица. Смуглая кожа выдавала в нем примесь южных кровей, а умные черные глаза смотрели на мир через призму легкой иронии. Волосы ковенита обильно тронула седина, однако он выглядел вполне бодрым и полным сил. В синей мантии Ковена маг держался с такой аристократической небрежностью, что запросто сошел бы за знатного уранийского нобиля. Чувствовалось, что этот человек привык повелевать и слышать, что его повеления исполнены. Неслучайно к званию Ковена «магистр» было присовокуплено обращение «его светлость», соответствующее титулу герцога.

– Польщен вашим визитом, лорд Слотер, – вежливо и мягко сказал магистр Сальери, опуская слова приветствия. Уж кто-кто, а он прекрасно знал о проклятии, настигающем любого, кто дерзнет пожелать здоровья члену нашей престранной семейки.

Маг-чиновник оставил свиток, который изучал, стоя на ступеньке у высокого пюпитра, освещенного сиянием яркой алхимической лампы, и, не чинясь, направился к дверям кабинета, чтобы встретить визитера.

– Искренне горд, что могу вас приветствовать лично. Поверьте, я наслышан о ваших подвигах и действиях во славу этого города. Магистрату следовало бы взять вас на жалованье.

Ковенит жестом предложил мне присесть на удобный диван у стены и первым опустился на его противоположный край. Предложение я принял, а вот шутку не поддержал:

– Увольте, мессир Сальери. Предпочитаю работать по разовым контрактам. Так легче решать неурядицы с иными работодателями.

Магистр Колдовского Ковена слегка приподнял бровь:

– Такое случается? С вами?

– Да через раз, мессир. Человеческая натура на удивление порочна.

– Людям есть с кого брать пример… Чем могу быть полезен, лорд Слотер? Чем может быть вам полезен Ковен?

– О да. Пользу можете оказать и вы, и Ковен. Есть некое дело деликатного свойства, в котором мне может… я бы даже сказал – должен помочь один из членов вашей ложи. К сожалению, мы не обговорили место и время встречи, поэтому у меня возникли проблемы с поиском сего достойного мага.

Кунцо Сальери немного помедлил с ответной репликой. Его живые и цепкие глаза несколько раз обежали меня, словно снимая слепок.

– Вот как? – наконец произнес ковенит. – Могу я уточнить, говоря о «достойном маге», вы имеете в виду просто некоего специалиста, сотрудничающего с Ковеном, или вполне конкретного человека?

– Вполне конкретного. Это на удивление молодой и талантливый юноша, практикующий medicae acktus и именующий себя Мастером Плоти. Судя по тому, что я видел, он талантливый хилер. Где вы раздобыли такой самородок?

– Гм… – озадаченно сказал магистр Сальери и подобрал длинный рукав мантии, чтобы почесать нос.

Руки его оказались руками простолюдина, совершенно не подобающими ни титулу, ни манере держаться, – мозолистые, натруженные, покрытые следами застарелых ожогов. Я не удивился: в Ковене не жаловали праздных шарлатанов от волшбы. Серьезная магия – не ярмарочные фокусы, это тяжкий труд, сложный и зачастую очень опасный, доступный лишь тем, кто посвятил десятилетия своей жизни наукам и ремеслу, на них зиждущемуся.

– Мастер Плоти? – переспросил Кунцо Сальери.

Я кивнул, чувствуя, что мне очень не нравится это озадаченное «гм». Не думаю, что Ковен захочет играть в игры с Выродком, но скользкий мальчишка, кажется, способен преподнести еще не один сюрприз.

– Ему лет двадцать, не больше, но его уже удостоили чести носить синюю мантию. Судя по облику и говору, уроженец Арбории, – на всякий случай уточнил я.

– Сильный хилер-арбориец. На вид лет двадцать, но в мантии Ковена… – задумчиво проговорил магистр Сальери, слегка прижмурившись и морща лоб, как человек, который пытается схватить за хвост ускользающую мысль.