Двери во Тьме - Мария Круз

– Механик? – предположил Федька.

– Вот так, да. Наверное, механик, – закивала Валя. – Помню я его.

– А про него что рассказать можете? Где он жил или с кем?

– Да ни с кем, – махнула она рукой с пренебрежением, словно описывая крайне неудачный экземпляр особи мужского пола. – Сам по себе, в Сальцево все в бордель бегал. Там его даже побили как-то – говорят, чуть живым ушел. Вести себя не умел, видать.

– Давно было?

– Да почти перед самой пропажей… за неделю так, – задумавшись и посмотрев в потолок, сказала Валя. – Да, за неделю где-то, – добавила она, уже глянув мне в глаза и вдруг томно заулыбавшись. Похоже даже, что неосознанно, а сугубо по привычке кадрить все, что у нее перед глазами, – так, на всякий случай.

– А жил где, не в курсе?

– Нет, этого не знаю, – замотала она головой так, словно я ее заподозрить в чем худом собирался, например в том, что она к нему от Боталова и Вахтанга в его холостяцкую берлогу бегала – «любезности оказывать», например.

– Не проблема, это мы выясним, – кивнул я, хоть и не очень точно знал, как будем выяснять, после чего задал следующий вопрос: – А с Пашей… Тягуновым Павлом, – вспомнил я фамилию Паши, – как, знакомы были?

– Тягунов? Нет, Тягунова не знала. У них Паша Петров был.

– Петров? А какой из себя?

После короткого диалога выяснилось, что Паша подразумевался один и тот же, только фамилии выходили разными.

– Так с ним как знакомы были? – повторил я вопрос.

– А хорошо знакома, – улыбнулась она, при этом взгляд ее метнулся куда-то к столу, словно даже стесняясь. – Паша мне очень даже нравился, приятный молодой человек.

Мне почему-то подумалось, что Паше какие-то «любезности» тоже были «оказаны». Утверждать не стану, но показалось. Впрочем, я бы на его месте не отказывался: Паша человек свободный, а Валя Демина девка хоть и крупная, но скорее все же красивая.

– А в экипаже он кем был?

– Да кем он мог быть? Этим… он у них вроде как по безопасности главный, Игорь мой говорил. Он же в прошлом то ли в горбезопасности служил, то ли где еще, не знаю.

Вот как… если она ничего не путает, что сомнительно, не такая уж старая история. А со слов Паши выходило, что плавал он с кем-то чуть не палубным матросом, специалистом по швабре и скребку. И про то, чем он занимался до баржи, Паша ни слова не сказал. Все интересней и интересней.

– И на «Карасе» он именно безопасностью занимался? – уточнил Федька, тоже за такой факт зацепившись.

– Ну да, а чем еще? Он же даже, считай, и в экипаже не был, а больше при начальстве, Серых с Валиевым. Я их когда с Игорем видела, так сразу поняла, что Паша главный.

Ага, и как-то, похоже, сделала попытку подняться по социальной лестнице Углегорска через него. «Любезности оказала», но перескочить от Боталова к Паше не получилось. Так, наверное, вышло.

– А когда Игорь в последний этот свой рейс уходил, вы ничего странного не заметили? – задал я ей один из ключевых, на мой взгляд, вопросов. И наткнувшись на ее не очень понимающий взгляд, расшифровал: – Ну… собирался как-то по-другому, тщательнее, например. Или больше вещей взял, или что-то сказал… или что другое. Что-то, чтоб было не как раньше.

Она задумалась, причем старательно, но затем покачала головой:

– Нет, ничего такого. У него набор вещей всегда одинаковый был, я знаю – я же гладила их и у рюкзака выкладывала, а он уже только упаковывал. – Потом, после небольшой паузы, добавила: – И ушел как обычно, ничего нового не делал.

Формулировка последней фразы меня немного озадачила, но потом я сообразил, что шкипер Боталов перед уходом, видать, имел привычку свою привязанность сожительнице демонстрировать. И это она в виду и имела, просто не поняла, что я подразумевал нечто немного другое. Ну да ладно.

– А чем они вообще занимались, вы как думаете?

– Да торговлей, – удивилась вопросу Валя. – Продукты возили и водку. А что?

– Нет, ничего, просто груз, что на борту был, на соответствие проверить хотел, – сказал я, написав в блокноте: «Проверить через Сергея, что возили».

– А, понятно. И что нашли?

– Водку. Немного, – соврал я.

– Вот видите!

– Вижу. А фамилия Скляр вам ничего не говорит? Алевтина Скляр.

– Алевтина? – переспросила она, и у меня даже сердце немного замерло, чтобы «не спугнуть». – А у Паши девушку Алевтиной звали, раньше еще, – сказала она. – Потом разошлись они вроде, я ту не видела. А вот за фамилию не скажу, не слыхала фамилии. Может, и Скляр, а может, и не Скляр.

* * *

В Захолмье задерживаться не стали, сразу после разговора с Валей поехали в Углегорск. Разве что дал Федьке покурить на крыльце – больно уж жаловался он на то, что на ходу не получается.

По дороге все пытались «пережевать» полученную информацию. Информации получилось неожиданно много. Для кого-то, разумеется, она секретом не была, кроме наличия Паши в экипаже, но для нас тут что ни слово, то сюрприз. Хотя бы даже то, что Паша как-то фамилию изменить умудрился. А в Углегорске это не так уж и просто, если в нужные места допуска не иметь и некоторых дверей ногой не открывать. Удостоверения личности у нас ведь по месту работы выписываются, и даже при смене работы запрос на старое место всегда отправляется, эту кухню я уже узнал. Ну и другие методы контроля были, чтобы, значит, «мертвые души» в городе не образовывались.

А вот Паша этот контроль обошел. И так обошел, что его вроде и искали, а вычислить не смогли.

– Федь, кстати, а кто держит всю базу данных по жителям города? У кого вся история целиком – от того момента, как провалился, и до того, как умер, если умер?

– Ну… РОПП только прибывших регистрирует, так? – задумался Федька. – Дальше они уже ему не видны. Отделы кадров… блин, никогда не задумывался, – хмыкнул он. – Отделы кадров, наверное, тоже куда-то все сведения передают. А вот куда?

– А те, кто не работает? Или кто сам на себя, как тот же Мамед?

– Те в Администрации удостоверения получали, в отделе… как он, мать его, называется… – Федька даже по колену стукнул. – Ну да! Отдел людских ресурсов, так и называется. На том же этаже, где и Горимущество, сидят, точно. У них все может быть.

– Может, пожалуй, – согласился я с ним. – Всякие выписки из трудовых и прочее, стаж и все такое. Так… а вот выезд-въезд из города – это горбезопасность?

– Ну может быть. Комендачи официально под ними, им и докладывают, наверное. А может, и нет. В общем, или у Котовского в ведомстве, или у Мокроусова, – назвал он фамилии начальника Горбезопасности и коменданта Углегорска.

– Там наверняка, но нас там не ждут, как мне кажется.

– Ну и на Ферме, говорили же, – добавил Федька. – Анкеты все эти и все такое прочее.