Двери во Тьме - Мария Круз

* * *

Настю на аэродром я отвез еще до рассвета – работы у них и вправду было, как она и предсказывала, через край. Пока дожди лили, дела накапливались, а теперь надо было срочно все их расталкивать. Погода не то чтобы до конца летной была – и ветер резкий, и осадки, но все не как раньше, так что летали.

Мы же с Федькой решили, раз до середины дня время есть, сгонять в Захолмье, поглядеть на ту самую Валю, что умела «оказать любезность» шеф-повару Вахтангу. Хотел я сначала взять «на пробу» для этой поездки «кюбель», но потом решил не рисковать – он на продажу, мало ли что… Так что ездили мы сегодня на «тазике».

До Захолмья было километров двадцать пять по относительно приличному укатанному грейдеру. И дорога была не пустынной – грузовики по ней катались, и параллельно с ней железка тянулась, на которой я заметил ремонтный состав и кучу мужиков в спецовках.

– Поезд хотят пустить, узкоколейку, – пояснил Федька, показав на них. – Тогда вообще благодать будет. Она тут была, но вроде как состояние хреновое, вот и перекладывают заново.

– А чего, неплохо было бы, – кивнул я. – Как рейсы по расписанию появятся, так все, считай, что прямая связь. А ты раньше в Захолмье бывал?

– Да тыщу раз, – ответил Федька, попутно пытаясь прикурить папиросу. Прорывающийся под тент ветер никак не давал ему этого сделать, задувая спички в ладонях, а я наблюдал за его мучениями с откровенным удовольствием.

– И как там? Что там есть?

– Ну… как Красношахтинск примерно. Там лесопилка и лесозаготовки. Будет железка – с вывозом проще станет. А так что есть? Гостиница есть, пара кабаков… да и все, больше и нет ни хрена. А что тебе нужно?

– Без понятия, – пожал я плечами, – просто так поинтересовался.

– А…

Пока ехали, заметно продрогли. На ногах хоть и ботинки на меху, но все равно холод прошел. И руки на руле закоченели, и лицо замерзло. Надо было шерстяной подшлемник прихватить, который в маску раскатывается. Но прощелкал, не начал еще «по-зимнему» мыслить, а пора уже.

Захолмье и вправду больше всего Красношахтинск напомнило. Такие же двухэтажные дома в центре, в большинстве своем деревянные на каменных фундаментах, окраины частным сектором застроены. Заброшенного и нет ничего вроде как, поэтому периметр вокруг городка простенький – проволока, да и все. Везде спокойней живется, только в Углегорске такие безобразия, похоже.

На улицах не сказать чтобы оживленно было, все же рабочий день, но и не пусто. Маленький базарчик раскинулся прямо на центральной площади городка, огороженный деревянным забором. Там же, на площади, было здание местной администрации – копия красношахтинского НКВД, по которому мы шарились, и гостиница «Дом колхозника», в которой, судя по полученной от Иры информации, эта самая Валя и должна была работать. Впрочем, сейчас странноприимный дом именовался отелем «Золотая роща» и был в собственности кого-то из Углегорска, как мне Федька сказал. И не Шалвы, как я было сперва подумал.

– В гостинице ресторан есть, он вроде как приличный, – продолжил процесс просвещения Федька. – А вон там видишь, за рынком? Трактир «Зорька», так? Так там что водку разбавляют, что кормят дерьмом, что драки каждый день. Там вся лесопилка и все лесорубы гуляют.

Я приткнул «тазик» возле самого крыльца «отеля», мы вышли из машины, огляделись, но ничего угрожающего не увидели. А потом вместе направились в гостиницу.

Демину я опознал сразу, даже до того, как прочитал табличку «В. С. Демин. Администратор», стоящую перед ней на столе. Валя была рыжей, по-настоящему рыжей – огненной такой, хоть прикуривай от волос, убранных сейчас в узел на затылке. А еще она была круглолицей, белокожей, зеленоглазой, крупной, грудастой, задастой – в общем, в чем-то даже копией своей подруги Иры, разве что заметно повыше той. Я даже подумал сразу, что когда люди долго общаются, то у них и вкусы становятся схожими. Это я про Шалву с Вахо, если что. Но вообще симпатичная баба, и даже глаза не такие глупые, как у Иры.

– Вы на постой? – задала она нам вопрос вместо приветствия.

– Нет, мы пообщаться, – заулыбался я. – С вами, если не возражаете.

Она вроде как тоже заулыбалась и тоже, как и Ира, белозубо и ярко, но глаза выглядели настороженными.

– А вы откуда будете? – спросила она.

Характерная деталь: «откуда» вместо «кто». Не суть важно, кто ты – важно, кого представляешь.

– Да мы из научного департамента, – ответил я, решив представиться максимально невинно. – Из полевой экспедиции, Тьму изучаем и все такое.

– Да? – вскинула она брови. На этот раз в голосе прозвучало удивление. – А ко мне вас что привело?

– Друг ваш бывший, шкипер Боталов, – решил я не ходить вокруг да около.

– Вот как, – теперь уже заметно удивилась она, а заодно как-то настороженно осмотрелась, словно ожидая, что нас могут подслушать. – Вот уж не думала…

– А можем мы где-то… более приватно побеседовать?

– Да, можем, конечно, – вроде даже обрадовалась она такому предложению. – Я сейчас.

Она сняла трубку с большого эбонитового телефона, набрала две цифры, потом попросила кого-то ее подменить. Через пару минут из коридора показалась средних лет женщина маленького роста, с седоватыми волосами, затянутыми косынкой, и одетая в хозяйственный синий халат.

– Пошли, – позвала нас Валя, встав из-за стола.

Она повела нас по недлинному, но довольно темному коридору, виляя упитанным задом, чем заметно привлекла внимание Федьки, смотревшего на нее с уже явной задумчивостью. Толкнула дверь, пропуская нас в узкий, как пенал, кабинетик с одним письменным столом, стеклянным шкафом и длинным серым диваном вдоль стены.

– Садитесь, – указала она на диван, а сама же уселась за стол. – Так что по поводу Боталова знать хотите?

– А хоть что-нибудь, – улыбнулся я максимально обаятельно, после чего выложил практически правдивую историю про найденного «Карася», не упоминая, правда, места. – Хотя бы знать, кто там с ним быть мог, с кем он еще ушел.

– А нашли там кого-нибудь? – спросила она настороженно, волнуясь, кажется, больше о том, что сейчас дверь распахнется и в нее войдет бывший сожитель, раскинув руки с криком: «Дорогая, я вернулся! Мы снова будем вместе!»

– Нет, только баржу нашли, – решил я не упоминать труп Лошакова. Тем более что он все равно от баржи далеко был найден.

– Ну так с этими, Серых и Валиевым, с кем же еще, – уверенно сказала она. – На них он и работал.

Фамилия Валиев для меня была в схеме новой, поэтому я ее пока просто карандашом в блокнотик записал, но сказал при этом:

– Что на них работал – это понятно. Мне бы весь экипаж пока пофамильно определить, кто там кто. Вот такой Лошаков Иван Алексеевич вам знаком? Шестьдесят второго года рождения.

– Знаком, понятное дело, только он у них этим был… ну… – Она чуть задумалась, потом сказала: – Ну который чинит все.