Ассистент для темного - Анна Рэй

— А вы зафем интефесуетесь? — прищурился Поцек.

— Затем и интересуюсь, что такой молодой парень помер, — нашлась я. — Мне он не показался больным.

— Не от болезни он, — размягчился подавальщик. — Инспектоф сказал, фто Лефек головой удафился. Но ходили слухи, фто не сам.

— Думаете, ударили? — ужаснулась я. — За что?!

— Так фабота у нас опасная, много фто флышим и видим, — пожал плечами Поцек. А затем встрепенулся, осознал, что сболтнул лишнее, и напустил на себя строгий вид: — Пусть полиция разбифается. Ефё фто-то будете?

— Нет, благодарю.

Отпустила подавальщика восвояси, а пока ждала ужин, обдумывала слова Поцека. Может, действительно парнишка что-то видел или слышал?

— Лешек, припомни, пожалуйста, кого ты в тот день обслуживал в зале и в номерах?

— В зале — никого, лишь помогал подавальщикам убирать со столов, — задумался призрак. — А в номера ближе к полуночи поднимался. В таверне обслуги не хватало, да и мест не было, вот постояльцы и принялись в комнаты поздний ужин заказывать.

— Кому ты приносил ужин?

— В соседний с этим номер — «два двадцать восемь», парочке приятелей, — насупился Лешек, припоминая. — Один пожилой уже, пузатый… Морда красная такая, все подбородок и щеки чесал. Я еще спросил, не нужно ли что от чесотки принести.

— А он что?

— Отвернулся от меня, буркнул, что сам справится.

— А второй?

— Молодой? Толком не разглядел. Он стоял ко мне спиной. И, кстати, разозлился, когда я вошел. Рявкнул, что стучать надо. А чем стучать-то? В руках поднос, коленкой ручку дверную поддел. Меня Бражинка просила ее заказ отнести, сама в зале зашивалась…

— Эти постояльцы как-то друг к другу обращались? — перебила я призрака.

— Вроде нет. А, вру! Когда я вошел, молодой мордатого магистром обозвал.

— Странно, — протянула я. — Мужчины, говоришь? И один номер снимали?

— Да чего уж тут странного. Из тех самых, видать, которые друг с другом время проводят, — отвел взгляд Лешек, засмущавшись. — В гостинице такие пары иногда останавливаются, документы здесь никто не спрашивает, только денег за постой плати. И ужин заказывают в номер, чтобы в таверну не ходить.

— Ладно, с этими двумя ясно, — кивнула я, обо всем догадавшись и пресекая разговоры на щекотливую тему. — А к кому ты еще заходил?

— Дай-ка вспомню. Еще в номер «три пятнадцать» в ту ночь два раза относил шипучее вино «Твоя до рассвета». Там тоже парочка была, но из обычных.

— Из обычных?

— Мужчина с девицей, — пробурчал Лешек, и если бы смог, то покраснел. — Что я тебе как маленькой объясняю? Ты сама должна понимать, зачем парочки в гостинице на ночь останавливаются. Кстати, постояльца из номера «три пятнадцать» я недавно в Протумбрии видел. Аптекарь, держит лавку возле кладбища.

— Узнать тех постояльцев сможешь?

— Зачем это?

— Лешек, возможно, ты что-то услышал или кому-то из них помешал, — объяснила я.

— Ну ты голова, Мартишка! Сам бы я ни за что не додумался, — восхитился призрак. — Аптекаря и мордатого я точно узнаю. А вот парня и девицу вряд ли, их видел только со спины.

— Интересно, а жена у аптекаря есть? — размышляла я вслух, прикидывая разные версии.

— Откуда ж мне знать? Наверняка есть, раз девиц в Жижу тайно возил.

— Ладно, проверим этого любителя прекрасных лир. А еще магистра. Наверняка тоже семейный и в магической академии служит.

— Точно! — воскликнул Лешек. — А молодой парень — его студент! Академия как раз отсюда недалеко…

В этот момент вернулся Поцек с блинчиками, и разговор пришлось прервать. Мужчина с важным видом расставил на столе еду и положил счет. Я расплатилась, добавив к сумме хорошие чаевые. Подавальщик довольно улыбнулся, а я решилась на допрос:

— Вы ведь давно здесь служите?

— Беф малого девять лет, — не без гордости ответил он.

— В этой гостинице частенько останавливался мой родственник. Вдруг вы его помните? Темные волосы, ростом с меня, худой.

— Всех не упомниф, — пожал плечами Поцек.

Я достала еще одну купюру и передала мужчине.

— Все же попробуйте припомнить. Последний раз он останавливался в гостинице два года назад в этом самом номере.

Поцек прищурился, изображая сложный мыслительный процесс.

— Его Мартином звали, из Протумбрии, темный маг, учился в академии… — перечисляла я.

— Как фе, помню! — улыбнулся подавальщик, проворно убрав купюру в карман. А я расстроилась, что поторопилась заплатить вперед. Сейчас соврет, отрабатывая деньги. Но Поцек удивил: — Это леф Кофф. А помню я его, потому фто он интефесовался Ликафнией. А я оттуда родом.

— Это точно он! Что еще спрашивал Мартин? Куда отправился? — Я подскочила к мужчине и схватила за рукав. — Почему вы не рассказали об этом в полиции?

— Так меня никто не спфашивал. — Поцек попятился к двери. — Куда поехал — не фнаю. Домой собифался, хотел девушке пфедложение сделать, а потом в Ликафнию. Он как фаз любопытствовал, где остановиться, и я ему посоветовал Будеж. Магу с дипломом у нас всегда фады.

— Мартин в тот день еще с кем-то общался?

— Не видел я, — отмахнулся Поцек и открыл дверь, выбираясь наружу.

Я поблагодарила подавальщика и вздохнула, рассматривая конверт. Столько денег заплатила, а ничего толком не узнала. Лишь подтвердила нашу с тетей догадку: Мартин ночевал в гостинице, а потом куда-то вышел, оставив вещи с документами и позабыв о семье.

Заметила, что Лешек, покружив по комнате, теперь принюхивается к блинчикам. И даже подцепил один из них.

— Ты же призрачный, как у тебя получается держать предметы в руках? — изумилась я. — Хоть ту же лопату в обиторио, которой ты устранил материализовавшийся дух лиры Лисяндры.

— Многодневные тренировки по концентрации энергии, — многозначительно произнес Лешек заумную фразу и скрылся за дверью в ванной комнате, причем дверь он не открыл, а просто прошел сквозь нее. Я расслышала приглушенный голос: — Это мне один призрак рассказал, профессор каких-то там наук. Он много лет висел между мирами, все никак успокоиться не мог, что жена его отравила. И отомстить не решался, и простить был не готов. Так и мучился, бедняга, с каждым днем бледнел, пока не исчез. Хороший человек был, то есть призрак. Он и научил меня, как выжить, как предметы брать, как с магами общаться. А еще — как быстро исчезнуть, чтобы не успели схватить, в смысле, призвать за Занавесь.

Я распахнула дверь и обнаружила Лешека, парящего над ванной в пузырьках пены. Он включил воду, вылил полтюбика шампуня и теперь нежился, довольно улыбаясь.

— Ох как приятно! — фыркнул призрак и повернулся ко мне боком.