Драконья мята - Татьяна Абиссин

Магда не любила откладывать выполнение своих решений. Тем более, что при дворе все настойчивей говорили о помолвке между наследником драконов и леди Тэнгу, как о почти решенном деле. И настроение её отца могло в любой момент измениться. Что, если он все же решит выслать её из столицы? А Глен, тем временем, женится на другой? Ни за что!

Девушка понимала, что у неё очень мало времени. Она не давала себя труда разобраться в чувствах. Вряд ли племянника консорта можно назвать её первым увлечением. Но он стал первым разочарованием, превратившим симпатию и любовь в навязчивое желание.

Спустя пару дней после бала, карета лорда Демера остановилась у небольшого особняка, утопавшего в зелени. Магда специально выбрала для визита ранний час, когда её отца и других лордов пригласили во дворец. Она втайне надеялась, что приглашение касается и Глена, но, если бы вдруг встретила его у Элинор, придумала, что сказать.

Магда считала себя крайне предусмотрительной девушкой.

К её радости, Элинор оказалась одна. Окинув быстрым взглядом её бледное, утомленное лицо, Магда поняла, что леди Тэнгу не ждала гостей. После первых приветствий и вопросов о здоровье, в беседе возникла пауза.

Магда, сидевшая на диване, подвинулась ближе и осторожно коснулась руки Элинор. Та удивленно повернулась к ней.

– Мы же подруги, верно? – дождавшись утвердительного кивка, дочь Демера продолжила. – У меня к тебе очень важный разговор, Элинор.

– Я тебя внимательно слушаю, – вежливо, но холодно, отозвалась Элинор и сложила руки на груди.

Понизив голос, Магда начала расспрашивать её о магии. Распространяется ли воздействие силы Тэнгу на людей? Или же Элинор подчиняются только земля, и то, что на ней растет? И можно ли научиться магии?

Леди Тэнгу поманила к себе Тилли.

– Видишь эту рыбку? Она столетиями служила женщинам из рода Тэнгу. Все, что я умею, – это не моя заслуга. Сила дается леди Тэнгу свыше, но её могут и отобрать. И ей подчиняются только растения. Правда, Тилли может в паре еще несколько трюков…

Вспомнив рассказ Глена о том, как одна из леди Тэнгу вместе с драконом противостояли злу, Элинор добавила:

– Нет правил без исключения. В критической ситуации я смогу использовать силу для нападения. Но, боюсь, ничем хорошим это не закончится.

Магда поправила складки платья. Ей очень хотелось спросить, не помолвлена ли Элинор, и что она думает о Глене, но девушка понимала, что этой темы лучше избегать. Как бы её соперница не относилась к Глену, она обязательно насторожится. И тогда прощай «план завоевания дракона», как его про себя назвала Магда.

Она погрузилась в невеселые размышления, и даже не сразу услышала, что её зовут. Подняв голову, Магда встретила внимательный взгляд Элинор:

– Прости, ты что-то сказала?

– Кажется, ты хотела о чем-то поговорить, – напомнила та. – Что случилось, Магда? Если я могу чем-то помочь…

– Можешь, – внезапно решившись, Магда подалась вперед и взяла подругу за руку. – Я не просто так расспрашивала тебя о силе. И ты – единственная, к кому я могу обратиться.

– Есть еще жрецы.

Дочь Демера пренебрежительно отмахнулась:

– «Жрецы»… Что эти старики понимают в любви! Они столетиями корпят над своими книгами, но что-то я не вижу от них никакой реальной пользы. Все, на что они годятся, – это провести один раз ритуал Посвящения, да и то, как говорят, только последний из них удался по-настоящему.

Словно боясь передумать, Магда придвинулась ближе и, понизив голос, чтобы не услышали слуги, начала рассказывать историю своей любви. Разумеется, не называя никаких имен и опуская подробности, которые позволили бы определить о ком, идет речь. Она не заметила, как Элинор удивленно подняла тонкие брови, но перебивать не стала.

– Ты понимаешь, в чем дело?

– Прости, нет, – вздохнула Элинор. – И не понимаю, почему ты выбрала меня в поверенные сердечных дел. Мне кажется, что тебе лучше поговорить об этом с молодым человеком. Кто знает – вдруг он и не подозревает о твоих чувствах.

Магде стоило большого труда сдержаться, и не высказать все, что она думает о волшебнице.

– Мы часто встречаемся, – холодно ответила она, – и он всегда вежлив, но никогда не пытался ухаживать за мной.

– Все равно не понимаю, чего ты от меня хочешь.

Элинор с грустной улыбкой смотрела на гостью, удивляясь про себя тому, как наивны, бывают люди: «Они считают всех, обладающих хоть какой-то силой, способными на чудеса. Один взмах рукой – и пожилая леди обрела былую красоту, а простолюдинка стала знатной дамой. Другой взмах – и нищий, пальцем не пошевеливший ради достойного заработка, вдруг разбогател. А уж завоевать чужую любовь для волшебницы и вовсе сложности не составляет. И никому даже в голову не приходит, что это – нарушение Высших законов. Нельзя давать золото глупцу – не желая работать, он, потратив монеты, придет снова. Внешняя красота не сделает душу женщины такой же юной и светлой, как прежде. А привязывать к себе человека с помощью магии, и вовсе жестоко. Это нарушает свободу выбора, которой он наделен с рождения. Такие союзы, если они все же заключаются, становятся несчастьем для обоих супругов. Но говорить об этом Магде бесполезно… »

– Почему ты молчишь, Элинор? – требовательно спросила дочь Демера.

Девушка пожала плечами.

– Мне очень жаль, Магда, но я не смогу тебе помочь. Я, все же, не деревенская знахарка. У меня нет никаких любовных зелий или амулетов на счастье. Кстати, большинство из тех, кто этим занимается, – обыкновенные мошенники.

Красивое лицо Магды исказилось. На щеках выступил неровный румянец, глаза засверкали от едва сдерживаемой злости:

– Неправда! – почти крикнула она. – Ты просто не хочешь! Считаешь себя лучше других, только потому, что родилась в семье Тэнгу, получив при этом силу? А я-то думала, что мы подруги!

– Именно потому, что мы – подруги, я и не позволю тебе сделать такую глупость, – твердо ответила Элинор, и тут же поняла, что совершила ошибку.

Магда прищурилась:

– Ага! Значит, заклятие или что-то в этом роде все-таки существует. Бережешь для себя, Элинор? Какая же ты все-таки двуличная!

Она поднялась и церемонно поклонилась леди Тэнгу: