Ай-тере. Право на свободу - Ольга Валентеева

Меня гнал страх: бежать, бежать. Умом я еще не осознавал, что проснулся и все мои кошмары остались по ту сторону сна. Поэтому я вылетел в коридор. Куда дальше? Темно. Почему так темно? Обычно даже в вечернее время здесь горел тусклый свет, а вот окон в коридоре не было. Зашарил руками в поисках выключателя, чтобы зажечь светильники, но нащупал только дверную ручку. Нет, не то… Но ум не желал воспринимать реальность. Я рванул дверь на себя и ввалился в какую-то комнату. Там было окно, и за окном царила серая ночь Тассета.

– Эжен? – раздался испуганный голос. – Эжен, милый, что случилось?

Я дернулся назад, но не нащупал с первого раза ручку, а дверь закрылась. Ари кинулась ко мне, опустила руки на плечи.

– Тише… – Она осторожно прижала меня к себе. – Тише, мой хороший. Это просто сон. Сон, слышишь?

– Нет, нет. Пусти! – Я рвался куда-то.

– Не пущу. – Ари обняла меня крепче. – Спокойно, ты в безопасности. Ты дома.

Реальность начинала проступать через обманчивую оболочку сна. Я понял, что стою в одних штанах в чужой спальне и прижимаю к себе девушку в тонкой сорочке. Краска прилила к щекам, и я сделал шаг назад.

– Прости, – сказал устало, вытирая пот со лба. – Ты права, это просто очередной кошмар. Из-за отца и всего… этого.

– Ничего. – Ариэтт взволнованно смотрела на меня. – Я понимаю.

Что она могла понимать? Золотая девочка, у которой с рождения было все, чего она пожелает. Кроме свободы. Кроме проклятой свободы.

– Я пойду.

– Подожди. – Ари перехватила меня за руку, а потом уставилась на мою грудь. – О боги, Эжен, откуда столько шрамов?

– Подарок, – усмехнулся я. – Чтобы не забывал, где мое место.

– Какой ужас! Как ты вообще жив остался?

– А я не хотел умирать, – ответил ей. – Хотел выжить и отомстить тем тварям, которые были моими палачами, они должны испытать то же, что и я. Но Дея лишила меня такой возможности. Я не сделаю ничего, что может принести ей вред. Не после того, что она для меня сделала. Хотя временами я думаю – она зря старалась.

– Не зря. – Ари упрямо поджала губы. – И потом… Зачем делать то, что навредит Дее? Разве мало существует способов отомстить? Я уже говорила тебе: нет смысла в убийстве. Ты подумай, Эжен. Выбор есть всегда. Подумай, чего боится твоя бывшая иль-тере, к чему стремится. Повторю снова: смерть – это конец. А жизнь долгая.

– Может, ты и права. – Я склонил голову. – Только легче от этого не становится.

– Потому что ты устал. Наверное, сейчас я впервые вижу тебя настоящим.

Наверное. Все эти дни я старался держаться, не давать воли эмоциям. Казаться сильным и несгибаемым. Да, получалось скверно, но мне не хотелось тревожить близких людей. Они не должны бояться за мою жизнь. А еще меня продолжала преследовать головная боль, только более сдержанная, тупая. Но и об этом я молчал. А о чем вообще говорил?

– Останешься? – спросила Ари.

– Что?

Я не сразу понял, что она имеет в виду.

– Боюсь спать одна. – Она пожала плечами. – Вот и спрашиваю: останешься?

– Мм, это как-то неприлично, – смущенно пробормотал я, вспомнив глупость, которую утром сказала Дея. Будто я нравлюсь Ариэтт.

– Не беспокойся, брат жениться не заставит, – рассмеялась она, и я даже улыбнулся. – Идем, ложись. Обещаю не приставать.

Теперь уже смеялся и я. Хотелось бы посмотреть, что в понимании Ариэтт означает «приставать». Но проверять не стал. Лег к самой стене, а она примостилась с краю и скомандовала:

– Закрывай глаза. Как я буду спать, если ты на меня смотришь?

– Я вообще отвернуться могу, – фыркнул в ответ, уткнулся носом в стену и едва не дернулся, когда Ари меня обняла.

– Спокойной ночи, Эжен, – сказала, прижимаясь щекой к спине.

– Спокойной ночи.

Ее тепло ощущалось со знаком «слишком». Слишком близко, слишком горячо. Она будто дышала огнем, и я начал согреваться, постепенно проваливаться в полудрему. Мысли в голове ползли вяло, лениво. Я думал о том, что Ариэтт права и надо найти способ отомстить Кэтти более изящно. И такой способ совсем недавно приходил в голову, но я забыл о нем за ворохом событий, а не стоило бы, и…

Что «и», уже не додумал, потому что уснул. А проснулся от легкого скрипа двери. Учитывая, что Ариэтт по-прежнему дышала мне в шею, это не она. А если прислушаться к магии – это Дея. Видимо, заглянула ко мне утром и не нашла, вот и помчалась на поиски. Представил, как все это выглядит со стороны, и продолжил делать вид, что сплю. Дея – девушка деликатная, будить не станет. Главное, чтобы Нэйта не привела.

Дверь закрылась, а я попытался выбраться из объятий Ариэтт. Та сонно протерла глаза.

– Который час? – Она обернулась к стене, пытаясь разглядеть стрелки.

– Восемь, – подсказал ей. – Пора вставать, у меня утренняя тренировка.

– Угу. Выспался? – Сонная Ари казалась необычайно милой. Я даже залюбовался ею: простой и домашней.

– Да, спасибо. И прости, что пришел посреди ночи.

– Ничего страшного, – улыбнулась она, а я рискнул и коснулся поцелуем ее губ. Глаза Ари на миг распахнулись от удивления, а потом она обвила руками мою шею и ответила на поцелуй. И надо же было ровно в эту минуту снова открыться двери. Если наш гость и стучал, я этого не слышал.

– Что за Форрова бездна? – раздался изумленный голос Нэйтона.

– Нэйт? – Ари тут же натянула одеяло до ушей. Так он ей брат, а я…

– Ариэтт, что здесь происходит? – Нэйтон во все глаза глядел на нас. Кто там ночью говорил, будто брат жениться не заставит?

– А на что это похоже? – безмятежно поинтересовалась Ари и потянулась за халатиком. – Желаю Эжену доброго утра. Тебе, кстати, тоже доброго утра, Нэйт. И если учесть, что у тебя есть прекрасная девушка, то я удивлена, почему ты ломишься в мою комнату в восемь часов.

– Я вообще Эжена искал, – буркнул Нэйт. – Жду в коридоре.

И вышел, а мы с Ари посмотрели друг на друга и рассмеялись. Да, эпичное утро, ничего не скажешь. А главное, мне действительно было спокойнее рядом с ней. Может, потому что она ничего от меня не ожидала? Какого-то особого поведения или еще чего-нибудь?

– Иди, брат ждать не любит, это у него с детства, – шепнула она.

– Заметил, – ответил я, выбираясь из кровати. – Увидимся за завтраком.

– Хорошо.

Нэйт, как и говорил, нашелся в коридоре. И явно не был рад тому, что я появляюсь из комнаты его сестры.

– Что между вами происходит? – спросил он резко.

– Ты за этим пришел? – спросил я.

– Нет. Дочка Дилана капризничает, ты не мог бы принять кошачью форму ненадолго?