Правило русского спецназа - Андрей Николаев

— А кто-то уже отдохнул, — с заметной завистью сказал он.

— В порту земляков встретил. С Волхова мужики. Работают в конвоях на компанию «Макнамары», а раньше, между прочим, были ушкуйниками. Слыхали?

— Как не слыхать, — отозвался сержант Якимов, — я сам с Волхова. У нас детям говорят: не будешь учиться — попадешь в ушкуйники. А у пацанов постарше они вроде как герои. Грабят награбленное. Рисковые мужики.

— А как порт? — спросил Старгородский. — Я ведь бывал на Сан-Андежло. Даже родня здесь имеется.

— Ну ты где только не побывал, — усмехнулся Полубой. — Все, парни, по кубрикам. Завтра встаем в доки, начинаем ремонт. Возможно, понадобится наша помощь.

— Железки ворочать, — буркнул кто-то.

— Может и железки, — отозвался Полубой, — одно дело делаем. Но, скорее всего, местных пасти будем. Капитан первого ранга сказал, что не все гладко прошло. Команду будут отпускать в увольнение, а нас — вряд ли. Небогатов не хочет светить спецназом.

Бойцы потянулись к выходу. Полубой задержал лейтенанта.

— Что там за родня у тебя? Чем занимаются?

— На побережье гостиницу держат. Маленькая, уютная. Домики на берегу, до моря двадцать шагов. Касьян, ты только скажи — я им звякну, встретят в порту на самом большом представительском глайдере. Поселят в «генеральском» номере. Он, правда, один и, наверное, занят. Но в остальных тоже хорошо. Удобства, конечно, относительные, но магнолии цветут, море плещется, а до него всего-то шагов пятьдесят. Все как в сказке будет — только скажи.

— Посмотрим, — кивнул Полубой, — а от города далеко?

— На южной окраине. Так и называется: турбаза «Юг». Я там с подругой бывал. Эх, класс! Пляж там галечный, вода — чистейшая. Девяносто шесть шагов от порога море — сам считал. А хочешь, я сам поеду, встречу подготовлю. Там рынок местный, связи у меня есть. Икры черненькой возьму, паюсной. А? Ее на хлеб с маслом этак ложкой положишь, стопочку махнешь… Нет, лучше красной возьму. Килограмма два, под водочку. Небогатов икорку уважает?

— А кто не уважает? — Полубой почувствовал, как рот наполнился слюной.

— Во! Возьму пару кило, чтобы ложками черпать и закусывать. Нет, — Старгородский задумался, — надо бы чем-то местным тебя угостить, колоритным. А-а, знаю, там у родни на огороде баклажаны растут. Пожарить, с чесночком — мировой закусон.

— Я бы и от икры не отказался, — пробормотал Полубой. — Ладно, там видно будет. Организуй пока пять двоек в караул. Ты — разводящий. Как в док встанем — заступите.

В десять утра следующего дня «Дерзкий» встал у стенки дока — два буксира, сцепившись с эсминцем силовыми каркасами, осторожно маневрируя, завели корабль. Небогатов послал Трегубова в мастерские. Адмиралтейство без звука вызвалось перевести требуемую сумму, и теперь требовалось только обеспечить скорейший ремонт.

Команду, свободную от вахты, построили на артиллерийской палубе, и капитан третьего ранга Гаркуша разъяснил обстановку, делая упор на то, что порт — союзнический, не бузить, не ронять звание русского моряка, а если будут провокации, что, в связи с общей политической обстановкой, не исключено, стараться на них не поддаваться.

Первая партия из двадцати матросов и старшин, в сопровождении старшего лейтенанта Краснова, была доставлена в порт, с указанием быть на борту не позже девятнадцати ноль-ноль.

Полубой проверил расставленные Старгородским посты: на юте, на баке и там, где с эсминца снимали покореженные листы обшивки, чтобы добраться до энергетической установки. Десантники держались в тени причальных штанг и конструкций, чтобы не мозолить понапрасну глаза, но успевали подметить все. На юте Полубою доложили, что от грузо-пассажирского терминала подходил небольшой тендер, обошел вокруг дока, однако к эсминцу не приближался, и Полубой мысленно похвалил Небогатова. Кирилл оставил на вахте посты дальнего обнаружения и электронной разведки. Помимо этого носовые «онагры» находились в боевой готовности, а шесть «единорогов» были готовы пресечь любую попытку несанкционированного приближения к кораблю.

Понаблюдав, как подчиненные капитан-лейтенанта Трегубова, маневрируя ранцевыми двигателями, снимают кожух с энергетической установки и грузят его на транспортный бот, Полубой вернулся в корабль.

Небогатова он нашел в его каюте — Кирилл составлял смету расходов на ремонт.

— Брось ты эту бухгалтерию, — призвал Полубой.

— А чем еще прикажешь заниматься? Ремонт займет трое суток, так лучше я сейчас подготовлю документы для адмиралтейства.

— Ваня Зазнобин, капитан одного из кораблей ушкуйников, приглашал нас с тобой. Сказал — разговор есть.

Кирилл, не вставая от компьютера, сладко потянулся и с усмешкой посмотрел на друга.

— Ты так и хочешь меня втянуть в какую-нибудь авантюру. Сам посуди: командир эсминца флота его Императорского Величества идет в гости к пиратам! Да с меня погоны снимут в два счета.

— А кто узнает?

— Ха… найдутся добрые люди. Ты бы посмотрел на губернатора. Вот кто с удовольствием доложит, что кэптен Небогатов пьянствовал в компании с сомнительными личностями.

— Но сейчас они на официальной службе у «Макнамары», — возразил Полубой, — ты сам говорил, что управляющий компании помог уговорить этого хмыря.

— Помог-то помог, только вот зачем это О’Кифу? — задумчиво сказал Небогатов. — А что, говоришь, приглашали разбойнички?