Правило русского спецназа - Андрей Николаев

— Да вы что? Я оттуда пешком вернусь, а то и вовсе там останусь. Мне жизнь дорога.

Но Полубой пошептался с ним, показал новенькие купюры, которые обменял, когда возвращался с Харпером из бара, и водитель согласился.

Город плескался в море огней, легкомысленно одетые жители сидели в кафе, прогуливались, глазея на витрины. Возле стадиона шла массовая драка молодых парней в одинаковых бело-зеленых майках с полицейскими. Стражи порядка одерживали верх — против шокеров и парализаторов у толпы были только камни и палки. Кое-кто, правда, размахивал цепями, но таких вычисляли быстро, и к ним бросалось сразу несколько полицейских.

— Наши сегодня выиграли, — пояснил водитель, — вот на радостях и буянят. Надо народу дать возможность выпустить пар. Позавчера ходили с плакатами: «Убийц из Четвертого флота к ответу», хотели пикет у русского консульства устроить, мол, оставьте в покое гетайров Александра. Только русских у нас нет, вернее, консульства нет, а русские есть. Как раз там, куда едем, но к ним лучше не соваться. Тот район даже мафия обходит.

— Они что же, сами как мафиози? — спросил Небогатов, выразительно поглядывая на Касьяна.

— Много чего говорят. Только в городе они никого не трогают. Говорят, — водитель понизил голос, — они раньше на транспортных линиях между Сан-Анджело и Содружеством промышляли, а потом им сказали: хватит, парни. Позабавились и будет, не то флот вызовем. Они: нам на флот плевать, дело говорите. Ну Макнамара им предложил отступного и работенку непыльную, они и согласились. Там, — водитель мотнул головой, — они как у себя живут. Семьями обзавелись, а кто оттуда, из России привез. Вот и живут.

Небоскребы вокруг постепенно теряли высоту, будто проваливаясь в море рекламных огней. Вскоре по сторонам улицы, за палисадниками появились двухэтажные аккуратные дома, все одинаковые, будто не построенные, а выращенные в инкубаторе, однако водитель проехал дальше.

В открытое окно повеяло солоноватым морским воздухом. Улица шла вверх, и когда глидер выплыл на вершину длинного подъема, впереди, внизу, за огнями прибрежного района, Небогатов увидел море. Темное, таинственное, с лунной дорожкой, протянувшейся от повисшей над горизонтом луной.

— Красота, — сказал Полубой.

— Да… отвыкли мы от такой жизни. Эх, Касьян, ближе к природе надо быть.

— А кто мешает? Купи дом у моря и живи.

— Нет, отравлены мы. Городом отравлены, — вздохнул Кирилл.

— Почти приехали, — предупредил водитель, искоса посматривая на странных пассажиров.

Один, ну прямо вылитый педик из сиреневого квартала, второй — громила, что при одном взгляде сердце екает, а любуются морем… Может, психи?

Водитель прибавил скорости, хотя улицы стали узкими, и разогнаться особо было негде. Здесь не было ослепляющих огней, не ревела из баров и кафе музыка, не фланировали едва одетые девицы вдоль тротуаров. Нет, проститутки были и здесь, однако держались они не в пример пристойней, чем там, среди небоскребов.

Впереди дорогу не спеша перешла группа молодых людей, и водителю пришлось сбавить скорость. Парни шли как на прогулке, совершенно не заботясь о том, что идут по проезжей части. Один даже остановился, прикуривая на ходу, затем посмотрел на плывущий глидер, выдохнул в его сторону дым и вразвалку последовал за приятелями.

— Во, видали? Не любят здесь чужих, — водитель явно терял остатки самообладания, — давайте-ка дальше пешком. Тут всего ничего осталось.

Пришлось вылезать. Полубой расплатился, и глидер, взмыв вопреки правилам над домами, развернулся и унесся в сторону видневшихся за холмом небоскребов.

Улица казалась спокойной: в домах светились окна, откуда-то доносился запах жарящегося мяса — видимо, готовили барбекю, соседи переговаривались через заросли ежевики, разделявшей участки. Если бы не чужие созвездия над головой и слишком большая луна, Небогатов решил бы, что он дома.

— Куда дальше?

— Сейчас узнаем. — Полубой заметил возле дверей кафе группу местных жителей и направился к ним.

При его приближении все замолчали. Взгляды, которыми они рассматривали чужаков, сложно было назвать приветливыми.

— Добрый вечер, — приветствовал всех Касьян по-русски, что немного разрядило атмосферу, — не подскажете, как нам найти Ивана Зазнобина?

Жители продолжали молча смотреть на него, будто вопрос прозвучал только у Полубоя в голове, а вслух он его высказать забыл. Наконец один, высокий парень с копной нечесаных волос, лениво растягивая слова, спросил:

— А кого это интересует?

— Да мы вот с приятелем познакомились с Иваном в порту, так он приглашал заходить, — как можно дружелюбней сказал Полубой.

— Это вон тот, что ли, приятель твой?

— Ну да, — Касьян оглянулся.

Небогатов стоял, заложив руки за спину и, покачиваясь с пятки на носок, свысока разглядывал компанию. Может быть, в офицерской форме он и смотрелся бы внушительно, но сейчас выглядел странно. И уж конечно на этой тихой улице он казался в своей светящейся куртке и рассыпающих искры штанах совершенно неуместно.

— С таким приятелем Иван вряд ли бы стал знакомиться, — усмехнулся невысокий стриженный под ноль вертлявый мужчина с приплюснутым носом, — он все больше по бабам.

Послышались сдержанные смешки, Полубой также улыбнулся, чтобы показать, что и он оценил шутку, однако капитану первого ранга она явно не понравилась.

— Я попросил бы вас думать, о чем говорите, молодые люди, — заносчиво сказал Небогатов.

— А я и подумал, — сказал вертлявый, — иначе я бы прямо сказал, что педики к нам не ходят. Вали отсюда и ты, и этого, — он мотнул головой в сторону Полубоя, — забирай.

Касьян заметил, как от группы отделились двое и стали обходить его с боков. За кустами, возле ближайшего дома ему почудилось движение. Он склонил голову, прислушиваясь.

— Дашка, принеси-ка лучевик. Кажись, чего-то будет, — тихо сказал кто-то за кустами сирени, отделявшими дом от проезжей части.

Полубой отступил и поднял руки ладонями вперед.

— Не хотите говорить — не надо, — сказал он, — пошли, Кирилл.

— А может, оставишь приятеля. Мы бы с ним тоже познакомились.

Полубой схватил за куртку рванувшегося на голос Небогатова.

— Тихо. Пусть болтают. Не хватало еще здесь, среди своих драку учинить.

— Пусти, — рвался Кирилл.

— Господин капитан первого ранга! — прошипел Полубой.

Небогатов сник, невесело усмехнулся и покачал головой.

— Эх, иной раз я даже завидую штатским.

— Что за шум, а драки нет? — спросил знакомый Полубою голос.

— Да вот тут двое каких-то убогих Боярина спрашивают, — ответил высокий парень.

Касьян обернулся и увидел идущего к ним через дорогу Аверьяна Потехина — одного из тех, с кем он познакомился в баре «У хромого Дью». Аверьян, узнав Полубоя, прищурил и без того узкие глаза, улыбнулся во все круглое лицо и раскинул руки.