Правило русского спецназа - Андрей Николаев

«Дерзкий» застопорил ход около трех часов назад по требованию фрегата планетарной обороны. Сам фрегат под скромным названием «Звездный ястреб» висел милях в двух по правому борту. Небогатов вел переговоры с капитаном — лейтенант-командером Мерридитом, полным немолодым уже человеком с остатками светлых волос на висках и темени. Переговоры затягивались, и Полубой начинал злиться. В самом деле, можно подумать, что они везут незарегистрированный груз, или их подозревают в контрабанде «мороженым мясом». Интересно, командир фрегата так же ревностно исполнял бы свои обязанности, заявись к планете парочка гетайров?

Переговоры шли так вяло еще и потому, что Мерридит, как только командир русского эсминца задавал неподходящий вопрос, сносился с планетой, с офисом губернатора и, извиняюще улыбаясь с экрана, ждал ответа, после чего доводил его до Небогатова.

— Как это корыто еще летает, — пробормотал подошедший к Полубою Гаркуша, — страх на что похоже.

— А нельзя его того… подвинуть? — спросил Касьян, покосившись на первого помощника.

— Ну-у… Касьян Матвеевич. Это все-таки корабль союзника. Да и рассыпаться может. Мне кажется, он в планетарной обороне по той причине, что его боятся выводить в открытый космос. Самое место этому «ястребу» в музее.

Небогатов отключил связь и подошел к офицерам.

— Ну что? — почти в один голос спросили Палубой и Гаркуша.

— Добился приема у губернатора, — сказал Небогатов. — Юрий Данилович, принимайте командование кораблем.

— Слушаюсь.

— Может, мне с тобой? — спросил Полубой.

— Извини, Касьян, но из тебя дипломат… сам знаешь, какой.

— Давай хотя бы модуль поведу, — попросил Полубой.

— Ладно. Жди меня возле шлюза. Юрий Данилович, подыщите майору флотскую форму.

Через полчаса Полубой встретил Небогатова возле посадочного модуля, переодетый в форму старшины первой статьи. Кирилл Владимирович критически осмотрел его и попросил застегнуть пуговицу на воротнике.

— На шее не сходится, — виновато сказал Полубой.

— Давай, давай. Мы должны выглядеть как военные моряки, а не какие-нибудь штафирки.

Сам капитан первого ранга смотрелся очень представительно в парадной форме, с кортиком у бедра.

Полубой привычно устроился в ложементе, дождался, пока Небогатов пристегнет страховочные ремни, и попросил разрешения на вылет. Створки шлюза поползли в стороны, открывая звездное небо и шар Сан-Анджело. Полубой осторожно вывел модуль.

— Давай к фрегату, — скомандовал Небогатов, — Мерредит лично вызвался проводить.

На подходе к «Звездному ястребу» их встретил челнок. Приглашая следовать за собой, он качнулся с борта на борт и направился к планете. Вблизи фрегат производил еще более удручающее впечатление, чем на обзорном экране. Было видно, что корабль доживает отведенный ему век — между плитами обшивки были заметны грубо заваренные щели, из восьми «единорогов» три отсутствовали, и пустые барбеты выглядели неряшливо и сиротливо.

— Даже разговаривать не желают, — заметил Полубой, разворачиваясь в кильватер челноку.

— Мне кажется, Мерридит чувствует себя виноватым, — отозвался Кирилл. — Ты же видел, как он всякий раз ждал подсказки с планеты.

— Союзнички хреновы, — пробурчал Полубой.

По мере приближения планета росла, нависая над модулем оранжевым шаром. Скоро уже можно было различить синие ленты рек там, где пустыня переходила в среднюю полосу.

Небогатов тронул Касьяна за плечо.

— Впереди, по правому борту.

Парившее на орбите ажурное сооружение было похоже на сеть, сплетенную исполинским пауком.

— Вот то, что нам нужно, — сказал Небогатов, — док. И какой док! Ну-ка, давай поближе.

— Только договориться осталось, — остановил восторги Кирилла Полубой.

Вблизи док подавлял размерами — модуль мог бы совершенной свободно пройти через ячейки стен, похожих на соты. Ошвартованные к мастерским буксиры, размерами лишь немного уступавшие встретившему «Дерзкий» фрегату, могли завести в док любое судно, вплоть до линкора.

Дальше, за доком, виднелся грузовой терминал, возле которого зависли несколько транспортников.

— Не сказал бы, что у них здесь работы невпроворот, — заметил Небогатов.

— Периферия, спячка, — отозвался Полубой и развернул модуль вслед челноку.

Пробили тонкий слой облаков. Космопорт располагался в долине на окраине столицы с одноименным планете названием. Город лежал на нескольких холмах, дальше на севере синело море, похожее на кусок синего стекла.

Модуль вышел на посадочную глиссаду, Полубой с шиком притер его к плитам полосы, остановив рядом с челноком.

Воздух был наполнен запахами степи — за посадочной полосой желто-зелеными волнами колыхались травы. Вдали, в дымке, вставали небоскребы Сан-Анджело.

Глядя на вразвалку приближавшегося к ним мужчину в форме космофлота Содружества, Небогатов негромко сказал:

— Останешься в порту. Посмотришь, послушаешь. Словом — оцени обстановку.

— Угу… если не сразу морду набьют, значит — все в порядке.

— Только не ввязывайся ни во что, я тебя умоляю.

Мужчина вяло поднес ладонь к пилотке с одинокой серебряной звездой.

— Лейтенант-коммандер Мерридит.

— Капитан первого ранга Небогатов. Офицеры обменялись рукопожатием.

— Прошу, кэптен, — Мерридит указал на приближавшийся от здания космопорта глидер, — вас ждут в штаб-квартире губернатора.

— Господин капитан первого ранга, — прогудел Полубой, — дозвольте хоть в порту побродить. Три недели земли не видели.

— Вы не против? — спросил Небогатов у Мерридита.

— Пожалуйста, — лейтенант-коммандер окинул равнодушным взглядом Полубоя в слишком тесной для него форме и с побагровевшим лицом — воротник все-таки был туговат.

— Ладно, проветрись, — согласился Небогатов и погрозил пальцем, как непоседливому ребенку, — ты смотри у меня! Чтобы ни капли!

— Как можно, господин капитан первого ранга. Что ж мы, не понимаем.

Пилот челнока, невысокий и сухой как щепка сержант, примерно одного с Касьяном возраста, с разрешения Мерридита вызвался составить ему компанию. Глидер подбросил их к зеркальному кубу терминала и влился в поток машин, двигавшихся к городу.

— Ты как насчет пивка? — спросил сержант.

— Ну если чисто символически. За встречу союзников, — Полубой с наслаждением расстегнул душившую его пуговицу.

На втором этаже полупустого зала ожидания они присели за столик кафе. Сержант, как хозяин, заказал пиво. Полубой с интересом оглядывался. Соседние столики пустовали, только за двумя чинно обедали две семьи с детьми. Не было обычной толчеи пассажиров, объявлений о прибытии рейсов, встречающих-провожающих, толпящихся у таможенного поста.