Единственный Воин Королевы - Валерий Иващенко

Сотни лет стоял этот замок – красивый и горделивый, словно молодой рыцарь. Несколько раз его ремонтировали, пару раз брали приступом. Но не это опустошило его – изнутри, словно жар невидимой заразы, пришли ядовитые миазмы страшных и кровавых преступлений. И теперь в нём оставался только тлен. И всё же старый замок был ещё жив, если это странное скопище бестолково жалующихся на прошлые обиды призраков можно назвать жизнью… Бестелесная фигура старушки в домашнем чепце и накинутом на плечи платке тихо скользнула вдоль стены. Воровато оглянувшись, она извлекла из-под одежды пузырёк и капнула что-то в невидимый кувшин. Потёрла злорадно сухие старческие ладони, похихикала неслышно, и направилась в подвал. Однако здесь путь ей преградила полоса Силы, за которой жила настоящая жизнь и звенели молодые голоса. Потыкавшись в несокрушимую преграду, старушка горестно всплеснула руками, став на миг похожей на большую и толстую летучую мышь, и горестно завыла дурным голосом.

Прислушавшись на миг к раздавшемуся наверху вою, Фиона поморщилась. Сидя на старинном, так и норовящем развалиться трескучем стуле, она откинула с глаз пыльную рыжую прядь и продолжила читать. Закончив, задумалась ненадолго и огляделась.

– Мальва, допросные листы Садамских моряков у тебя? Та, сидя у самого окна, порылась в толстой папке у ног и передала ей кипу листов. А сама продолжила вчитываться в исписанные ровным почерком строки. Фред, более привычный к работе с документами, ворошил дела куда быстрее – не вникая в тонкости. Только схватывая основные моменты и молниеносно делая выводы. Берта с подавленным видом листала счета. За проданные головы, за доставленные кипы сушёной травки с Золотых островов, за вычеты с погибших при перевозке и перепродаже рабов. А сам Алекс валялся на принесённой сверху продавленной тахте у каменной стены и откровенно бездельничал – уж ему-то весь этот ворох бумаг был знаком. Лишь иногда отвечал на вопросы – где лежит то-то, и почему не проверили те или иные факты.

– И всё же что-то не сходится, – Фиона упрямо что-то искала, и никак не находила.

– Алекс, в этом ты уверен? – и она ткнула ему под нос лист с текстом и некими расчётами.

– Абсолютно. Хотя и понимаю едва ли треть, – ответил он и чихнул от пыли. В подвале было тихо и спокойно. У одной стены догнивали остатки стеллажей и пара больших бочек. У внешней, где толстая кладка стен была прорезана окнами, на столах и стульях были разложены бумаги, и там же находились Фред с Мальвой и Берта. А волшебница с комфортом расположилась посредине – подальше от сквозняков, как она сказала. И деловито работала при свете свего магического шара. Берта высунула нос из списка затрат на оборудование и обслуживание перевозящих живой товар кораблей и осведомилась.

– Кто-нибудь догадался захватить еду? Как ни странно – но аппетит у меня не пропал. Алекс с довольным смешком встал и вытащил из угла объёмистую, кожаную вьючную сумку, что снял со своего коня и принёс сюда с собой.

– Что бы вы без меня делали… – проворчал он и стал доставать содержимое. Берта заулыбалась – с блеском здорового аппетита в глазах, завидя такое богатство.

– Ох, Алекс – я тебя люблю! – и не стесняясь никого, обняла его за шею и поцеловала в губы. С сомнением она посмотрела на испачканные в пыли подвала и бумаг ладони, а затем, закрыв глаза, с нескрываемым наслаждением вытерла их о себя.

– Умм, какая прелесть! – застонала она, впившись в бутерброд с ветчиной, а другой рукой цапнув тугой хрусткий огурчик. Фиона проглотила свою долю едва заметив. А затем вздохнула, отбросила от себя кипу бумаг и с наслаждением потянулась.

– Всё. Нет больше мочи моей читать эту мерзость. Я и так верила тебе, злобный ты мой Алекс, а теперь – безоговорочно. Берта согласно закивала, а потом попыталась что-то возразить с набитым ртом. Затем затрясла головой, отняла у брата стакан недопитого вина и залпом запила свою еду.

– Не твой, а мой. Волшебница подняла руки, как бы капитулируя, а затем подошла к принцу Фреду. Тот стоял с бумагами в руках и, глядя куда-то сквозь стену, шевелил губами – что-то подсчитывал.

– М-да, дела одновременно и хуже, и лучше, чем ты рассказывал, дружище…

– буркнул он и вновь зарылся в свои листки.

– Оставь, Фред – дальше смысла нет. И так всё ясно, к тому же снаружи начинает темнеть – пора возвращаться, а то нас хватятся, – Фиона выглядела бледной и спокойной. Принц глянул на неё, кивнул и бросил бумаги на стол. Посмотрел на беззаботно чирикающих друг с другом Берту и Алекса, на задумчивую Мальву.

– Да, ты права, пожалуй. А что ты там выискивала? Фиона чуть помялась.

– Описание того порошка… экстракт из дурманной травы, квинтэссенция наркотика, что продаётся на вес десяти мер золота… чтобы такое получить, нужен сильный маг. Опытный, с железными нервами. Мальва подняла усталое лицо.

– Сибелис? Волшебница кивнула и, чуть подумав, выругалась сквозь зубы. На красивое даже в этой пыли лицо Мальвы набежала тень.

– Фу, сестра, как можно… Я могу называть тебя сестрой? Та подошла, обняла её, и они долго стояли в душном полутёмном подвале, ощущая, как снаружи рушится их привычный и уютный мир. И единственная опора – это они сами. Мальва за руку притянула к ним принца, обняла обоих и тихо заплакала. Под руку поднырнули чумазые макушки Алекса с Бертой – и так, обнявшись, все пятеро стояли некоторое время. Почувствовав, что ей полегчало немного, женщина подняла голову с плеча Фреда и спросила.

– Фиона, ты можешь сжечь этот подвал? Дотла, со всей содержащейся здесь мерзостью… Как ты там сказала когда-то – змеиное кубло? Та еле заметно улыбнулась.

– Самая умная мысль за сегодня… Алекс, ты очень обидишься? Тот пожал плечами, отчего голова Берты покачнулась вверх-вниз, и ответил.

– Это будет лучше всего. А что накопал наш принц? Фред вздохнул.

– Много чего. Как я уже сказал – и хорошего, и плохого. Мальва подняла глаза.

– Да что же тут хорошего может быть.

– Знаете… мой брат, который оказался принцем Хаоса, пару раз говорил мне – не лезь в детали, там без тебя разберутся. Смотри на картину в целом.

– И что же увидел мой ясноглазый принц? Да – я буду с тобой, Фредди – это всё наша общая беда, и я тебя не оставлю. И все увидели улыбку на грязном и усталом лице принца.

– Спасибо, любовь моя… Хорошего то – что почти вся дурь идёт в королевство Хаоса. А деньги от неё и работорговли не кладутся в карман, а вкладываются в экономику Царства Света. Всё-таки последняя война нас здорово подкосила…

– А плохого… если всё это безобразие резко прекратить, страна может в одночасье рухнуть. Ты не мог этого не заметить, Алекс. Тот с неохотой оторвался от губ Берты. Вздохнул – счастливо и одновременно горько.

– Заметил. Но хотел, чтобы ты сам сделал выводы. И они совпадают с моими по больш… – принцесса вновь поймала его уста своими и не дала договорить. Теперь не смог ответить принц – по одной красивой даже в таком виде причине по имени Мальва. И он ничуть не сожалел, чувствуя, как жадно ракрываются навстречу ему эти сладкие губы…