Двойная честь - Инна Сударева

Утром, после умывания и более чем скромного завтрака – двух сырых яиц и двух черствых лепешек – Корт вдруг объявил:

– Мы не пойдем в Мирму, лапа. Мы вернемся в Синий замок.

У Авроры сперва голоса не стало – заявление было весьма неожиданным. Потом она выдала лишь одно слово, но в него заключила все свое возмущение:

– Нет!

– Погуляла и хватит. Я верну тебя твоему отцу, – твердо сказал убийца.

– Нет! – не уменьшая возмущения, повторила Аврора. – Мы пойдем в Мирму!

– Это опасно…

– Ты говорил, что в Мирме будет спокойно!

Корт покачал головой:

– Боюсь, нам не дойти до Мирмы. Теперь, кроме людей твоего отца за нами будет охотиться и дружина Трифора. И я не уверен, что смогу обезопасить тебя и дать отпор им всем. И лучше будет тебе вернуться к отцу, чем попасть в руки Трифора. Хотя, ты можешь выбрать.

Аврора вдруг вспомнила слова Майи – «…если что-то ты там к Корту чувствуешь, то сама посуди: отправившись домой, ты ему большое облегчение сделаешь…»

– Глупо дальше наследнице престола бегать по лесам с наемным убийцей, – вновь заговорил Корт, по лицу девушки видя, какие противоречивые мысли ее сейчас одолевают. – Глупо и опасно. Юной леди надо жить во дворце и кушать три раза в день.

– Неужели, все было глупостью? Все, что я сделала, – глупость? – дрогнув голосом, спросила Аврора.

– Почему же? – улыбнулся Корт, готовясь успокаивать этого расстроенного ребенка. – Я не считаю глупостью то, что ты спасла меня, укрывала, лечила, а потом вывела из замка. Это, наверно, очень по-рыцарски…

И тут Аврора призналась:

– Я… я сделала это, чтоб отцу насолить. Сильно насолить, – сказала и всхлипнула.

– Я знаю, – кивнул Корт. – Ты ведь говорила мне, что любишь доставлять папе хлопоты.

– Но как же я вернусь домой. После того, что сделала? – тут уж Аврора разревелась совершенно. – Отец убьет меня!

Убийца покачал головой:

– Ты зря боишься. Уверен: твой отец желает только одного – вернуть тебя в свой дом. И обнять. И поцеловать…

Аврора подняла на него удивленные глаза:

– Ты нанимался убивать его! А теперь говоришь о нем так, будто считаешь его хорошим человеком!

– Я нанимался убивать своего давнего врага, но я не собирался причинять ему боль, похищая его дочь, – резко ответил Корт. – Я убиваю со спины, но я не заставляю страдать до разрыва сердца. И я знаю: каково это – потерять своего ребенка…

Его глаза неожиданно вспыхнули злым желтым огнем, и Авроре стало страшно.

Или вдруг сердито зарычал и прыгнул в кусты. Корт, выхватив один из рубцов, сорвался за ним. Аврора, испугавшись еще больше, подобрала свои рваные юбки и забилась под ракитник. И мысль о том, чтоб вернуться домой, в этот миг показалась ей очень хорошей.

Через минуту до девушки донеслось:

– Пусти! Скотина усатая!

Аврора узнала голос Майи. И страх наследницы прошел – его заместил, целиком и даже больше, гнев, жгучий гнев. Он выгнал девушку из-под куста и заставил бежать в ту сторону, куда подались кошак и убийца.

Путаясь в юбках, цепляясь волосами за ветки, спотыкаясь и чуть не падая, Аврора выбралась на черничную поляну. Там увидала следующее: Майя качалась по ягоднику и уворачивалась от лап Или, который отвешивал ей неслабые удары, сопровождая каждый злым возгласом «яху!»

Корт был рядом: стоял, прислонившись спиной к сосне и скрестив руки на груди. И наблюдал за возней, ни слова не говоря, и не делая никаких движений.

– Отгони его! – крикнула Майя, пытаясь ударить кошака ногой, но зверь ловко увернулся.

Убийца на ее вопль-просьбу и бровью не повел.

Зато Аврора не медлили. Она подскочила к Корту, выхватила его меч и с криком «продажная тварь!» кинулась на рыжую…