Плюс один - Оксана Керис

Вечер у Слагхорна был чем-то вроде скучного званого ужина. Ну ладно, не совсем скучного, иногда говорили об интересных вещах. Видимо, в узкий круг самых посвященных я все же не входила, потому что сегодня было много народу, а на некоторые свои вечеринки Слагхорн приглашал всего по восемь-десять человек. Сегодня столов было несколько. Поттера, разумеется, Слагхорн посадил к себе поближе. Ну и меня заодно. Я с тоской оглядывалась на другой столик: там говорили о чем-то поинтереснее родителей и будущей профессии.

— Мисс Лавгуд, — обратился ко мне Слагхорн, — я слышал, вы делаете большие успехи в изучении рун.

— Да, сэр, — мило улыбнулась я.

У меня хорошо получалось, поэтому недавно преподавательница сказала, что я лучшая в классе. Выбиться из мечтательной девочки с последней парты в заядлые отличницы — это что-то новенькое. Зато теперь относились ко мне с большим уважением: руны были нужны многим и считались сложным предметом.

— Я уже писал своему другу, мистеру Ричмонду, что внучка знаменитого Освальда Лавгуда продолжает семейную традицию…

Бла-бла-бла. Все же Слагхорн — крайне скучный дядька. И очень прилипчивый, особенно в некоторые моменты. Обо мне другу написал, теперь вот хвалебные речи в честь знаменитого деда… О, и вишенка на торте: мистер Поттер знает толк в девушках. Ну конечно, как без этого, ведь Поттер — его главная звезда.

После горячего играли в ничего не значившие игры: объясни значение слова, не называя его, отгадай, какое слово загадал Слагхорн или другой несчастный. Засранец-Поттер загадал слово Любовь, и зельевар опять ударился в восхищенные вздохи и воспоминания о былом. Интересно, а Гарри уже ищет способ вызнать у Слагхона правду о крестражах? Я видела пару раз, что к Дамблдору Поттер все же ходит, но со мной Гарри пока о своей избранной миссии не разговаривал.

Потом было невероятно вкусное мороженое. Я съела положенную мне порцию, а потом обокрала Поттера, который к своей даже не притронулся.

— Ты такая сладкоежка, — с умилением говорил он.

— Завидуй молча. Я владею страшной тайной — могу жрать и не полнеть.

Поттер смеялся, остальные на нас оглядывались. А я поедала мороженое: в него точно что-то добавлено, обычное мороженое не такое. К тому же, Луна действительно относилась к тому счастливому типажу девушек, для которых сложнее набрать вес, чем его потерять. Меня вознаградили за мои диеты и реки пота на тренажёрах: у Луны проблем с лишним весом не будет как минимум до родов, а может, и дальше. Так что давайте мне вторую порцию мороженого, можете еще шоколадом сверху посыпать и сиропом полить.

Закончилась эта скучная вечеринка уже после отбоя, поэтому Поттер меня провожал по пустым коридорам. Объевшись сладким, устав от туфель на каблуках и необходимости мило улыбаться не очень-то приятным людям, я брела устало, даже позволила себе облокотиться на Поттера. А у него, как назло, было прекрасное настроение. Наверное, поэтому он опять бесцеремонно подхватил меня на руки.

— Поставь на место! — взвизгнула я.

Но Поттер сел на лавку, посадив меня к себе на колени. Хотелось спать, поэтому сил отбиваться не было.

— Ну, и что ты делаешь? Кто тебе вообще разрешал меня на руки брать?

— Просто смирись, — посоветовал мне он.

— Ты так постоянно говоришь. Мне кажется, однажды ты скажешь мне «Просто смирись, жду через час, отвечай да» и протянешь белое платье.

— А мне нравится идея, — расхохотался он. — Может, так и сделаю.

— Сбегу из-под венца, — пригрозила я.

— Это мне тоже как-то Трелони нагадала, — продолжал улыбаться Поттер. — Но как-то ее предсказания еще ни разу не сбылись.

— А хочешь, я тебе погадаю? — оживилась я. — Меня мама учила, у них преподаватель Предсказаний был нормальный.

Поттер обнимал меня правой рукой за талию, поэтому протянул левую:

— Пойдет?

— На самом деле, не важно, какая рука, — отмахнулась я, — гадать можно на любой. Даже по лицу можно судьбу предсказывать.

Руки у Поттера были в мозолях и царапинах: и не скажешь, что парню шестнадцать и он учится в школе, как будто постоянно что-то мастерит. Он держал руку ладонью вверх, и я с некоторым недоумением смотрела на два ободка: у Поттера были перстни на среднем пальце и мизинце, но прежде я их не видела. С некоторым недоверием я перевернула руку. Перстни действительно были. Я видела такие у некоторых взрослых магов: они означают, что маг принял на себя ответственность за Род. Их еще снять нельзя, а после смерти они переносятся в основной сейф рода. И по новым законам основной сейф открывается лишь после семнадцатилетия… Оба перстня словно немного рябили, как будто были не настоящими, а чем-то вроде голограммы. Я недоверчиво прикоснулась пальцем к одному из них.