Плюс один - Оксана Керис

— Такого в школьной программе нет, — заметила я.

— Ну да. Это уже в пособиях для увлекающихся… ну, и еще такому учат разрушителей проклятий. Вот Билл бы мое творение вскрыл за пару минут, а ведь он даже не Мастер.

— Когда ты все это выучил? — в очередной раз удивилась я.

— Я же говорю: очень скучные каникулы. Нужно же себя чем-нибудь занять, чтобы с ума не сойти.

Мы вышли к ручью. Место и правда было красивым. Ручеек был довольно полноводным: легко перешагнуть не получится, придется прыгать. Берег порос травой, в некоторых местах были маленькие обрывы, в других трава росла прямо в воде. И над ручьем множество деревьев. Солнце на воде играет. Это, конечно, не самый красивый вид, но мило. Поттер достал из мантии палочку и превратил крупный валун в мягкую скамейку.

— Черт, Трансфигурация — не мое. Воображения, наверное, не хватает, — сказал он, рассматривая свое творение.

Я улыбнулась. У меня получалось неплохо, но предмет был даже сложнее Древних Рун, а пробелов в знаниях у меня много. За две недели не прочитаешь программу четырех лет. Хорошо хоть что-то Луна все же помнит и умеет. Да и школьный проект, на который я сама напросилась, помогал лучше понять принципы работы. Тут я поняла, что меня смутило больше всего:

— А нам разве можно колдовать вне стен школы? — нахмурилась я.

— На мне надзор не работает, — просто ответил Поттер, предлагая сесть на лавочку.

— Как это не работает? На всех работает до семнадцати, а на тебе — нет?

Я чуть не вскочила со скамейки, на которую едва успела сесть.

— Не знаю. Просто не работает. Летом меня довели немного, я выброс устроил, похлеще чем в детстве… И никто не приехал. Я потом попробовал с палочкой — то же самое. Я не распространяюсь особо, вдруг возьмут и починят.

— Ничего себе, так ты мог летом и с палочкой колдовать?

— Мог. Иногда тренировался, жаль, узнал поздно. Говорю же, скучно у меня на каникулах. Вот в Трансфигурации немного наловчился, в прошлом году еле экзамен сдал, в этом уже вполне Миону догоняю. Она на Мастера пойдет, — улыбнулся он, — МакКошка уже согласилась.

— Будет анимагом? — оживилась я.

— Ну да. Я предлагал Выручай-комнату и ускоренное обучение по записям Сириуса, но она так не может, ей нужно по правилам. Хотя, думаю, ей просто не очень нравится ее форма. Говорит, что кошка или собака гораздо удобнее. А выдрой по центру города не побегаешь.

Ветер шелестел листьями деревьев, и иногда солнечные лучи портили наше местечко в теньке — коварно светили прямо в глаз, будто специально.

— Всегда анимагическая форма похожа на патронус? — поинтересовалась я.

— Нет, но часто. У меня вот не сходится: патронус олень, а предварительные расчеты говорят, что быть мне хищником.

— Так сложно рассчитать?

— Это же не просто выложил цифры и считаешь. Там еще в ходе тренировок высчитываешь, некоторые медитации нужны, даже травки для галлюцинаций присутствуют. Моего уровня не хватает пока, я просто начальные расчеты провел. Хищник и ладно. Гермиона говорит, что буду медведем, уж не знаю, почему она так решила.

— Ну тогда я точно не скоро до таких расчетов дорасту, — хмыкнула я. — У меня до сих пор хрустальный бокал пищит, если его в руку взять.

Гарри засмеялся, а я с улыбкой посмотрела на ручей. Солнышко греет, птички поют. Так хорошо здесь.

— Ты раньше другая была, — спокойно сказал он.

— Ничто не вечно, — легкомысленно ответила я.

Давно уже решила, что самый лучший выход — никак не объяснять свои изменения. Ну, другая и всё. Все люди меняются. И хотя я сама лично никогда с подобным не сталкивалась, но пишут же в книгах: проснулся другим человеком. Вот и Луна так. Проснулась другим человеком. А уж как и почему, то пусть сами придумывают. Переходный возраст, внезапное озарение или еще что. К тому же, по-настоящему близок Луне был только ее папа… теперь уже мой. И он, скорее всего, быстро поймет, что я — не его дочь.

— Да, действительно, — после паузы согласился Поттер, — и иногда человек совсем не такой, как ты думал. Или как считает большинство…

Опять стало крайне неуютно. Чувствовать, что тебя внимательно рассматривают. Без злобы, конечно, но все равно хотелось спрятаться.

— Что? — обернулась к Поттеру я.

— Ты такая красивая.

Пришлось закрыть глаза и сосчитать до десяти. Спокойно, Луна, спокойно. Он просто говорит, что думает. Ну и что, что ты не знаешь, как вообще на такое реагировать. Все бывает в первый раз. Помнится, когда-то в школе все время мечталось, чтобы самый популярный мальчик так на тебя смотрел. Вот говорят же: будьте осторожны в своих желания…

— Ты так реагируешь, как будто я тебе неприятен, — с грустью продолжил он.

— Меня… смущает подобное.

— Прости, но придется терпеть. Я же как-то смирился, что ты не отвечаешь мне взаимностью, вот и ты смирись с моими чувствами.

— Ты с самого начала знал, что я от тебя такого не ожидала, — обвинительно ткнула в него пальцем я. — И все равно…

Тут я запнулась, потому что не знала точно, как сформулировать. Пригласил на свидание? Решил испортить вполне себе дружеские отношения?

— А зачем молчать? — пожал плечами Гарри. — Чтобы через три года сказать, что всегда тебя любил, но был слишком труслив? Я так не могу. К тому же, у моей семьи хорошо получается завоевывать понравившихся девушек.

— Это типа я не виноват, я просто на папу похож?

— Почему только на папу? Брат моего деда десять лет ухаживал за девушкой из рода Блэк, трех женихов на дуэли победил. Она сказала: «Пока не выиграешь европейский дуэльный турнир, не приходи»… Так что папа еще не сильно старался.

— А дед-то выиграл?

— Конечно, он же Поттер, — ухмыльнулся мне в ответ Гарри. — Кстати, может и у тебя есть какие-то пожелания? Ну, чтобы я начал готовиться…

Я промолчала. Что там было у меня в списке идеального кандидата в мужья? Высокий, умный, чтобы читал много, любил свое дело и меня, хорошо относился к детям… С сомнением осмотрела Поттера. Какие-то плохие у меня требования для магического мира, тут много кто подойдет.

На самом деле, я и сама не поняла, чего так испугалась и почему так противлюсь. Наверное, потому что уже стала воспринимать Поттера как друга, практически как Руса. По крайней мере, когда мы собираемся вдвоем, наше общение примерно такое же: бесконечные подколки, пошлые шуточки, требования немедленно на мне жениться. Мы вообще-то сводные с Русом. Мой родной отец от нас благополучно ушел в дальнее плавание. А мама Руса не менее благополучно вышла замуж за шведа, оставив сына в России. Когда наши родители сошлись, мне было полтора года, Русу — немногим больше. Мы всегда считали друг друга семьей, но было немало людей, которые считали необходимым напомнить нам о том, что мы — сводные, неродные по крови.