Невеста – такая работа - Берта Свон

Смотрю окрест — надежды нет

Мне на улыбку, на привет;

В толпе я шумной потону — И все один, люблю одну.

Джордж Гордон Байрон. «Стансы к некой даме, написанные при отъезде из Англии» Следующие несколько дней прошли, как на вулкане. Витор дважды трансформировался, правда, не до конца, в одиночестве, не покидая собственной спальни. Его характер портился все сильней. Слуги теперь старались обходить взрывоопасного хозяина десятой дорогой, даже преданный Дортунд. И подобное положение дел все больше бесило Витора.

С Алисой они виделись каждый день за обедом и ужином.

 Но не наедине, нет: в окружении многочисленных родственников, так и норовивших сделать или сказать какую-нибудь гадость. И если родственники Витора присмирели, увидев перед собой венценосных особ, то родители Алисы наоборот всегда и во всем подчеркивали, что были бы рады, если бы у их дочери появился другой Истинный. Тролль-полукровка был не подходящей парой, по их мнению.

Ближе к свадьбе собирался приехать и отец Витора, да и приемная семья Алисы тоже должна была появиться в замке.

— Боги, за что? — только и успевал спрашивать Витор, мечтая о той спокойной жизни, которую вел до подписания контракта.

Он понимал, что Алисе приходилось не лучше: и мать, и отец взяли ее в оборот и за короткий рок пытались научить всему, что должна была знать эльфийско-вампирская принцесса. Очень часто, заходя в оружейную, Витор заставал ее разгромленной. Алиса срывала злость на несчастной комнате, не имея возможности выпустить пар как-то по- другому.

Видеться им не давали. Да и что толку в тех встречах, если постель ожидала обоих только после свадьбы? Витор голодными глазами провожал каждую попавшую в поле его зрения служанку и физически страдал: магия постоянно стояла на страже чистоты его помыслов.

А потом, однажды днем, после очередного жутко нудного обеда, замок начало трясти, как больного в лихорадке, с каждой секундой все сильней и сильней. Причина могла быть только одна — Алиса не выдержала напряжения.

— Перенеси меня к ней, — приказал Витор замку и через секунду оказался в покоях, уже наполовину разрушенных, нервничавшей Алисы.

Она стояла рядом с окном, накрытая защитным куполом, из пальцев били разноцветные лучи, а по спальне гулял, набирая мощь, ураган.

Эльнар позвонил на четвертый день: уставший, помятый, не выспавшийся, он смотрел зло.

— Сволочь ты, Алиса, — вместо приветствия заявил он.

Алиса довольно улыбнулась:

— И я рада тебя видеть. В таком состоянии.

— Я, между прочим, тебя к родителям отправил.

— А я тебя — к женщинам. Ты же их любишь, нет?

В ответ — взгляд, способный убивать.

Любвеобильный Эльнар, ценитель женщин, причем богатых, красивых и успешных, успел наставить рога многим высокопоставленным существам различных миров. О всех его похождениях Алиса не знала, но и того, что ей было известно, хватило, чтобы сделать гадость бывшему начальству. Алиса разослала всем, кому могла, в том числе и представителям прессы, «жареные» факты о связях Эльнара, и тому не оставалось ничего другого, как бежать на планету с жестким матриархатом. Кроме женщин, Эльнар обожал еще и удобства и никогда по доброй воле не стал бы жить в средневековых мирах, предпочитая развитое общество. А таковое оставалось только одно — мир Раархас, в котором уже несколько веков подряд правили женщины. Они смотрели на всех мужчин, как на ценную, дорогую, но игрушку. И Алиса вполне могла себе представить, каково ловеласу Эльнару среди дам с подобным отношением к жизни.

Впрочем, звонок Эльнара оказался единственным светлым пятном в череде пятен темных. Родители упорно старались сделать из Алисы идеал женщины этого мира: тихую, скромную девушку с превосходными манерами. Алиса дала себе слово терпеть только до свадьбы, чтобы скандалами не портить отношения с теми, кто был причастен к ее рождению. Но через несколько дней поняла: что не способна долго сдерживаться.

После очередного чересчур нудного урока этикета, преподаваемого довольной матерью, — как же, нашла игрушку, причем уже взрослую, — Алиса почувствовала, что еще немного, и она сойдет с ума. Энергия, скопившаяся внутри, требовала немедленного выхода.

Едва дверь за матерью закрылась и в коридоре стихли шаги, вокруг тела Алисы сам собой появился защитный купол, из пальцев забили разноцветные лучи, в комнате стал набирать силу ураган.

— Ты тут все разнесешь, — Алиса представить себе не могла, что когда-нибудь обрадуется этому голосу. — А нам еще устраивать здесь свадьбу.

— Убью, — с трудом разжимая губы, пообещала Алиса. — Всех убью. Уроды.