Первозданная. Вихрь пророчеств - Олег Авраменко

– Ну и что? Я не первая до этого додумалась. Тут большинство знатных девушек находят себе таких соседок. Разница только в том, что Ронвен я привезла с собой.

Когда они шли через двор, школьницы, как и в прошлый раз, вежливо кивали Эйрин. А одна из них, девушка лет восемнадцати, даже решилась поздороваться: «Добрый вечер, леди Эйрин!» В ответ Эйрин тоже пожелала ей доброго вечера, а уже за школьными воротами сказала Финнеле:

– Кажется, я встречала ее в Тах Эрахойде. Но не уверена – сейчас мои усилия направлены на то, чтобы запомнить всех сестер.

– Наверное, все-таки встречала. Она там частенько ошивается, особенно по вечерам. – В голосе кузины послышалось презрение. – Это Айрен вер Гайлим из выпускного класса, нежная подружка Давнайг вер Эрлиш.

Эйрин кивнула:

– Так, теперь вспомнила. Как-то раз видела их вместе в столовой. – А немного помолчав, добавила: – И не нужно так откровенно демонстрировать свое осуждение. Я знаю, ты не одобряешь таких отношений, и это твое право. Но точно так же и Айрен имеет право на эти отношения.

– Я осуждаю ее вовсе не за это.

– А за что?

– Она откровенно бахвалится своей особенной дружбой с Давнайг. А больше всего меня возмущает, что многие девушки ей завидуют.

– Ну и пусть, – безразлично произнесла Эйрин. – Не пойму, что здесь такого возмутительного. Тебе они тоже завидуют, но понимают, что им нечего мечтать о появлении кузины-ведьмы. А вот завести себе подругу среди ведьм – вполне реально. И чем ближе эта дружба, тем больше выгоды получает от нее колдунья.

Финнела вздохнула:

– Ты такая практичная, сестричка… просто до цинизма.

На мосту через речку они разминулись с Олвен вер Элинир. Не замедлив шаг, девушка что-то буркнула в ответ на приветствие Финнелы и, как уже повелось, полностью проигнорировала Эйрин. Она не решалась задираться к ней, трезво оценивая реальное соотношение сил, а просто делала вид, что не замечает ее присутствия. Нельзя сказать, что Эйрин очень радовалась такой ситуации, однако утешала себя тем, что все могло быть гораздо хуже. К счастью, Олвен оказалась достаточно рассудительной для своего возраста и не провоцировала открытую конфронтацию. Среди проживавших на Тир Минегане ведьм было еще с десяток таких, что не скрывали своего неприязненного отношения к Эйрин. Но при всем том они вели себя сдержанно и, не в пример Альсе вер Киннейди, не выходили за рамки приличий. А Эйрин в ответ просто избегала их общества, – что не составляло большого труда, поскольку Ивин позаботилась, чтобы такие сестры не попали в список ее наставниц, а со всеми младшими, кроме Олвен, у нее были в целом хорошие отношения.

– Кажется, идет в вашу школу, – удивленно произнесла Эйрин, бросив через плечо быстрый взгляд. – Неужели у нее там есть подруги?.. Нет, не верю!

– И правильно, что не веришь, – подтвердила кузина. – Она считает себя слишком величественной, чтобы дружить с такими несовершенными созданиями, как колдуньи. Но приходит к нам регулярно – и ведет себя так заносчиво, словно королева среди своих подданных. Большинство девушек ее не любят, хотя хватает и таких, кто увивается вокруг нее, выполняя все ее прихоти. А она помыкает ими, как хочет, и уверена, что это нормально, что все колдуны и колдуньи должны служить ведьмам. Даже не служить, а прислуживать. Наверное, у мастера Игана был конфликт с такими ведьмами, как Олвен, и из-за них у него сложилось плохое мнение обо всех ведьмах.

Эйрин отрицательно покачала головой.

– Там все было сложнее. Речь шла совсем не о скверных манерах конкретных сестер… и кстати, одну из них мы встречали в Тахрине, это Блодвен вер Дырин. Помнишь ее?

– Да, конечно. Она еще расспрашивала о мастере Игане; сказала, что как-то встречалась с ним. Я и подумать не могла, что это было в Кованхаре. Мне показалось, что Блодвен симпатизирует ему.

– Так и есть. Можно не соглашаться со взглядами оппонента, но уважать его как личность. Скажем, я убеждена, что в том споре мастер Иган был совершенно неправ. Но это вовсе не означает, что мое отношение к нему изменилось к худшему.

Возле Тах Эрахойда они встретили Ивин вер Шинед в обществе трех колдуний. Двух из них Эйрин уже знала, они были ассистентками на ее практических занятиях, а третью, высокую белокурую женщину лет тридцати на вид, Ивин отрекомендовала как Глыниш вер Лейфар из государственного казначейства Тир Минегана.

Обменявшись с Эйрин и Финнелой несколькими вежливыми фразами, все три колдуньи направились в северное крыло дворца, а Ивин пошла с девушками к южному и через несколько шагов сказала:

– Возможно, Эйрин, ты теперь часто будешь видеться с Глыниш. Она наконец прислушалась к моим уговорам и согласилась вернуться к своей предыдущей работе.

– Ассистенткой? – догадалась Эйрин.

– Да. Глыниш – одна из самых могущественных колдуний, которых я когда-либо встречала. Очень искусная, просто виртуозная в чарах, еще школьницей он творила настоящие чудеса. Тринадцать лет назад, сразу после школы, я взяла ее к себе. Мы очень плодотворно сотрудничали, разработали немало комбинированных чар, предназначенных для совместного использования в паре «ведьма – колдунья». Впоследствии я предлагала ей поехать со мной в путешествие по Абраду, но она решила остаться на Тир Минегане и следующие пять лет изучала с сестрой Лин артефакты и реликты. А потом случилось то несчатье с Гвен… – Ивин вздохнула. – Для всех нас это стало тяжелым ударом.

– Так Глыниш вер Лейфар к этому причастна? – спросила Финнела.

– Нет, никоим образом. Реликты отбирала лично Лин, а Глыниш просто присутствовала на том экзамене. Она до сих пор упрекает себя, что не заметила ошибки Лин. А что уже говорить о самой Лин, допустившей такую ужасную небрежность…

Эйрин знала, что после трагического экзамена Лин вер Йордес сложила с себя полномочия сестры-наставницы и отправилась в одну из морских экспедиций, которые регулярно снаряжало Сестринство. По последним сведениям, ее корабль находился где-то на противоположной стороне земного шара, недалеко от большого острова, кишащего разными чудовищами, порожденными Ан Нувином в древние времена…

– Так вот, Глыниш решила наказать себя, – продолжала Ивин. – Отказалась от занятий наукой и пошла на административную должность. В своих письмах я убеждала ее не делать этого, но она была непоколебима. Наверное, и сейчас не передумала бы, если бы не заманчивая перспектива принять участие в обучении ведьмы с Первозданной Искрой.

– Снова будет работать с артефактами и реликтами? – предположила Эйрин.

– Да нет, где там. Ее пугает само упоминание о них. Вернется к разработке комбинированных чар, у нее к этому настоящий талант. Также будет помогать мне во время наших занятий, а еще станет самостоятельно преподавать тебе теорию предвидений. Глыниш обладает и провидческим даром – правда, слабым, но полностью управляемым, что является большой редкостью.

– Это очень хорошо, – сказала Эйрин, – потому что мое первое занятие по пророчествам было настоящим фиаско. Трудно иметь дело с провидицами, которые сами путаются в своих предсказаниях.