Первозданная. Вихрь пророчеств - Олег Авраменко

Сестра Кейлион отпустила усмиренного черного, и тот, низко поклонившись, направился к пожилой колдунье, которая стояла на краю тренировочной площадки и все это время заинтересованно наблюдала за действиями Эйрин. Она повела своего подопечного к двухэтажному дому, где проживали еще семеро колдунов, бывших слуг Ан Нувина, в разное время усмиренных ведьмами. Их дом был окружен высокой каменной стеной, над которой простирался прозрачный для света и воздуха купол, сплетенный из мощных защитных чар. А в придачу во дворе и по внешнему периметру этой небольшой усадьбы-тюрьмы круглосуточно дежурили минеганские гвардейцы.

Такие усиленные меры безопасности были направлены отнюдь не против узников, не представлявших после усмирения никакой угрозы и отличавшихся исключительным послушанием. И высокая стена, и гвардейские посты, и защитные чары были призваны помешать проникновению на эту территорию малолетних ведьм, у которых просто руки чесались помериться силами с черными. Ну а те не могли им в этом отказать, поскольку чары усмирения принуждали их к исполнению любых ведьминских приказов. Шайна рассказывала Эйрин, что в одиннадцать лет ей все же удалось перехитрить гвардейцев, взобраться на стену и, отыскав щель в защитном куполе, попасть в усадьбу. Там она сошлась в поединке с одним черным и чуть не убила его, так как от первого же контакта с Темной Энергией потеряла над собой контроль.

– Сестра, – спросила Эйрин, – а черные испытывают отвращение к нашим чарам?

– Усмиренные уверяют, что нет, – ответила Кейлион. – Но это не показатель, ведь их восприятие иное, чем у неусмиренных, большинство из которых утверждает, что для них на свете нет ничего более гадкого и отвратительного, чем ведьмовская магия.

– Но «большинство» означает «не все», – заметила Эйрин.

– Ты права, младшая. И это наводит на мысль, что их отвращение к нам является скорее результатом самовнушения, тогда как наше носит безусловный характер. Некоторые сестры считают такую асимметричность дополнительным аргументом в пользу спорного тезиса, что в свое время Китрайл был одним из диннеши. Дескать, если бы черные колдуны, демоны и чудовища инстинктивно брезговали нашими чарами, то таким же мерзким для них был бы и их хозяин. А некоторые в своих выводах заходят еще дальше. Не сомневаюсь, Ивин найдет возможность рассказать тебе, что согласно ее исследованиям Темная Энергия имеет ту же природу, что и ведьмовская магия, но она до неузнаваемости искажена и как раз из-за своей искаженности вызывает у нас отвращение – как, скажем, гнилые овощи, фрукты или тухлое мясо.

– О! – удивленно произнесла Эйрин. – Ни о чем подобном я еще не слышала… Гм. Хотя, наверное, это вполне логично, если предположить, что Китрайл действительно был отступником-диннеши.

– Вот именно, – сказала Кейлион, взмахом руки предложив девушке идти за ней. – Но, кроме привлекательной логики, это предположение не имеет под собой никаких реальных оснований. Только бездоказательные догадки и надуманные, притянутые за уши аргументы… Собственно, поэтому я не позволила Ивин преподавать тебе инфернальные силы.

– Чтобы защитить меня от ее ошибочных взглядов?

– Я не знаю, ошибочные они или правильные. Но уверена в одном: когда имеешь дело с Темной Энергией, нужно меньше разводить философию, а больше действовать, опираясь лишь на доказанные, проверенные практикой факты. Пускай Ивин делится с тобой своими гипотезами на других занятиях или в свободное время. Я же буду учить тебя бороться со Злом, независимо от того, является оно Абсолютным или просто отколотой и извращенной частицей космического Добра.

Тем временем они покинули тренировочную площадку и пошли по усыпанной гравием дорожке через большой парк, по другую сторону которого стоял Тах Эрахойд. Эйрин очень радовалась отсутствию поблизости вездесущих младшеньких сестричек, с первого же дня взявших себе в привычку бегать за ней хвостиком, куда бы она ни пошла; а особенно они любили наблюдать за ее практическими занятиями по магии. Их не слишком пугал гнев наставниц, они лишь ненадолго прятались, а потом снова подкрадывались поближе и сопровождали каждое ее заклятие восхищенным визгом. Правда, до сегодняшнего дня такие занятия проходили или в самом дворце, или на площадках неподалеку от него, где упражнялись в чарах и другие девушки. К тому же сейчас Эйрин была с сестрой Кейлион, старшей из старейших, которую малышня, видимо, побаивалась и остерегалась раздражать.

– Значит, – спросила Эйрин, – теорию мы изучать не будем?

– Почему же, будем. Но только в той ее части, которая является общепризнанной и не вызывает никаких споров. – Кейлион немного помолчала. – Впрочем, говорить так о любых теориях, даже устоявшихся, можно лишь условно. Именно по этой причине во время экзаменов на полноправную сестру оцениваются исключительно практические навыки. Наши предшественницы справедливо рассудили, что самым лучшим и самым объективным мерилом знаний является их применение на практике, а без соответствующей теоретической подготовки ни одна ведьма, какой бы сильной и талантливой она ни была, не сможет выполнить все задания. Прежде эта система работала безотказно, но в твоем случае дала серьезный сбой. Тебе, конечно, известно, что многие сестры предлагали изменить для тебя правила – или установить минимальный срок ученичества, или ввести теоретические экзамены. Но так было бы нечестно и несправедливо. Если ты все же решишь пренебречь обучением, чтобы поскорее избавиться от придатка «младшая», это будет твой собственный выбор и твоя личная ответственность за него.

– Я не стану пренебрегать, сестра, – пообещала Эйрин, как уже обещала другим наставницам, – ведь тогда бы я сама поступила нечестно. Получилось бы так, что за меня экзамены сдавала Гвен, а я лишь бездумно выполняла ее указания. Мне мало просто уметь чаровать, я хочу знать, как работает каждый магический элемент. И почему он работает. И что происходит под его действием. Кроме того, существует множество чар, способных причинить вред при моей малейшей ошибке. Например, медицинские. С моей стороны было бы крайне безответственно применять их, не имея представления о возможных последствиях такого лечения.

Кейлион вер Маллайг замедлила шаг, повернула к Эйрин голову и окинула ее пристальным взглядом.

– Очень надеюсь, что ты говоришь это искренне…

Обедала Эйрин в уже привычном обществе Бри, Гелед и Морин, с которыми подружилась еще в первый день своего пребывания на Тир Минегане. Сегодня (как, собственно, и вчера, и позавчера) к ним присоединилась тринадцатилетняя Арвен вер Тордиш – такая же смуглая, черноволосая и темноглазая, как Бри, но, в отличие от нее, низенького роста, еще и чрезвычайно щуплая. С самого начала она набивалась Эйрин в подруги; Гелед и Бри считали девушку недостаточно взрослой для их компании и советовали отшить ее, пока еще не поздно. Но Эйрин, хоть и не любила водиться с теми, кто младше ее, решила, что так будет неправильно, и согласилась с Морин, предлагавшей дать Арвен шанс.

За обедом девушки стали расспрашивать у Эйрин, как прошло ее первое занятие по инфернальным силам. На самом деле оно было уже вторым, однако предыдущее, состоявшееся в прошлый гвинер, не считалось, поскольку сестра Кейлион полностью потратила его на то, чтобы лично проэкзаменовать Эйрин на владение всеми шестью десятками базовых заклятий (кстати, Ивин, узнав об этом, рассвирепела – ведь все выглядело так, словно старейшая поставила под сомнение ее учительскую квалификацию).