Фронтир. Перо и винтовка - Константин Калбазов

Ага. Вроде никаких неожиданностей, и никого вокруг нет. Вот и ладушки. Им сейчас встречи совсем ни к чему. Взгляд на парней. В сумерках видны только темные силуэты, будь на них мундиры – может, еще чего заметил бы, а в этих лохматках ничего не разобрать. Но позы напряженные. Плохо. Нет, расслабляться, конечно, не следует, но и слишком уж перевозбуждаться тоже нехорошо.

– Буран, след.

Подав знак товарищам, Сергей рванул за натянувшим поводок псом. Двигались довольно быстро, даже бегом, отчего время от времени приходилось сдерживать устремившегося по следу кобеля. Никаких сомнений, арачи отходили с позиции осторожно, заметая следы. Вон, Сергей сколько ни вглядывается, а ничего рассмотреть не получается. Нет, если бы не бегом, а вдумчиво, то наверняка что-нибудь заметил бы.

Значит, арачи отходили куда медленнее, чем движутся их преследователи. Вот так догонишь и получишь полной мерой. Пинки в степи всю свою жизнь проводят, и характер ее им известен куда лучше. Распознают посторонний звук и тут же смекнут насчет погони. Это Сергей бежит практически беззвучно, а парни топочут как слоники.

Вот так, с одной стороны – торопясь, а с другой – сдерживая преследовательский азарт, они и встретили рассвет, уже примерно в версте от заставы и находясь в какой-то ложбине с бегущим по ее дну ручьем. Кроме окончательной смены ночи на утро произошло еще дно событие. Стали четко видны следы, оставленные ногами, обутыми в мокасины. Выходит, уже в версте от заставы пинки ничего не опасались и даже не старались хоть как-то скрывать свое пребывание. Разве только не отсвечивали лишний раз на поверхности.

Отчего так? А просто все. Здесь уже были видны следы не одного человека, а нескольких. К тому же вместе со свежими заметны и старые. Изрядно натоптано, еще не тропа, но не так далеко от этого. Дальше можно было даже на лошади по этому следу, как по путеводной нити, двигаться хоть в галоп. Обнаглели арачи дальше некуда. Вот только Сергей не собирался гнать очертя голову.

– Парни, привал.

– Может, дальше пробежимся, пока не так жарко? – тут же предложил Хват.

Ну да, ему сейчас труднее всего. Варакин – охотник, и к подобным нагрузкам ему не привыкать. Бартова, хотя и не привычен к бегу, все же вел здоровый образ жизни. А вот вор успел испробовать порока полной мерой. Потому и думает над тем, каковы будут нагрузки, да по солнцепеку.

– Не переживай, Хват. Все не так плохо, как кажется. Конечно, дальше будет жарче, но и бегать нам не придется. Я так думаю, – вдруг вспомнив героя Фрунзика Мкртчяна из бессмертной комедии «Мимино», вставил Сергей.

– И откуда такие мысли? Думаешь, неспешным шагом нагоним арачей? – не унимался Хват.

– Ануш, аккуратно поднимись на урез и осмотрись. – Игнорировать товарища Варакин и не думал, но сначала безопасность, а потом уж и лясы точить. – Сам посуди, Хват. Зачем нам их догонять? Затеять встречный бой и начать выяснять, кто быстрее и лучше стреляет? Ты не забывай, их будет больше, чем нас, так что пощелкают как курят.

– Это как сказать. Вряд ли у них кто умеет стрелять так же, как и мы. – Как видно, слова Сергея задели товарища за живое.

В принципе было из-за чего. Хват выделялся среди всего гарнизона в скорости выхватывания револьвера, а также в стрельбе из него, что прицельно, что навскидку. Варакину до него было далеко. Нет, если прицельно, то он вполне мог с ним соперничать, как и Ануш, а вот в скоростной стрельбе… Про то, чтобы хоть как-то соревноваться с вором во владении револьверами с обеих рук, и говорить не приходилось.

Те, кто имел по паре револьверов, тоже носили их на бедрах, так сказать, дань моде. Но правда состояла в том, что стрелять с двух рук хоть сколь-нибудь приемлемо ни у кого не получалось. Сергей был сильно удивлен данным обстоятельством, а то как же, штампы вестернов никак не хотели выветриваться из головы. Сам он предпочел не поддаваться дешевым понтам и поступил практично. Раз уж сильна правая рука, так под нее и стоит затачиваться. Второй револьвер он тоже носил, но кобура располагалась на поясе спереди и наискось, чтобы было удобно выхватывать оружие. Вот когда и если научится бить с левой руки, тогда и перевесит. Так же он заставил поступить и Ануша, на что тот поначалу пофыркивал, как рассерженный котенок. Но кто станет обращать внимание на такие мелочи? Второй револьвер рассматривался Варакиным только как возможность иметь в условиях схватки дополнительные шесть зарядов.

– Угу. Но мне не улыбается такая встреча, – возразил Хвату Сергей. – Плохо они стреляют или нет, но нарываться не следует. Мне жить пока не надоело, и вы нужны непопорченными. Я предпочитаю сам устроить на них засаду.

– Тихо все, – доложил скатившийся вниз Ануш. – Сверху овраг немного дальше за поворотом виден. Тропа тянется вдоль ручья.

– Ясно. Скорее всего, лошадей они оставляют где-то недалеко.

– А может, и лагерь устроили рядышком, – вставил Хват.

– Может, уж больно обнаглели, – легко согласился Сергей. – Но лучше бы наглости у них было чуть поменьше, а стоянку они организовали подальше.

– Это потом сам лукавый не разберет, в какую даль нам переться?! – тут же возмутился Хват.

– Не так далеко, как ты думаешь, – возразил Сергей. – Посуди сам, если не стоянка, то место, где они оставляют лошадей, должно располагаться не дальше чем в версте от нас. Там они спокойно садятся и уходят верхами.

– И всегда на одном и том же месте?

– Напрасно сомневаешься, Ануш. Видишь, как обнаглели? Уже тропу набили. Точно вам говорю, обленились арачи, ни в гнедок нас не ставят.

– Ну это они зря, – плотоядно ощерился Хват.

– Согласен. Так что продвигаемся вперед медленно и аккуратно. Если есть наблюдатель, то мы его должны обнаружить раньше, чем он нас. С пинками в степи нам не тягаться. Если обнаружат и всполошатся, пойдет веселье, только держись.

Следующая верста далась им куда труднее, чем первая. Двигались очень медленно, постоянно прикрывая друг друга. Едва обозначался поворот, Сергей лез наверх и весьма осторожно переползал, продвигаясь настолько медленно, словно пинки были совсем близко. Приблизившись к краю, он внимательно осматривал овраг и прилегающую территорию. Хорошим подспорьем в этом деле был старый бинокль, служивший ему верой и правдой уж не первый год. Только убедившись в том, что опасности нет, он подавал сигнал на дальнейшее движение.

В таком же порядке они прошли еще одну версту, когда Буран вдруг замер и издал утробное рычание. Учитывая то обстоятельство, что они уже давно шли по свежему следу пинков, это означало только одно – арачи где-то поблизости. Причем они могли быть не далее как в полутораста шагах. Ну, может, чуть дальше, поскольку ветерок тянул как раз с той стороны, куда щерился пес.

– Спокойно, малыш. Спокойно. Мо-ло-дец. Теперь тихо, – поглаживая Бурана и прикидывая свои дальнейшие действия, прошептал Сергей.

Можно было только поражаться наглости арачей. Если взять по прямой, то они устроили свою стоянку едва ли в двух верстах от заставы. Вот же паршивцы. А с другой стороны, чему удивляться, если рустинцы и носа не высовывали за частокол. Ну не называть же вылазками их выходы на несколько сотен шагов вокруг укреплений.