Королева крови - Сара Бет Дерст

* * *

Директриса Ханна остановилась на лестнице, вслушиваясь в смех из комнаты учениц. Смех, такой редкий, красивый звук в этих стенах. Ханна стояла и слушала, пока тот не утих.

* * *

Всем пятерым потребовалось около пяти часов, чтобы привести в порядок комнату. Но даже потом книги и тетради Далеины не приняли прежний вид. Она оставила их сохнуть у печи в кухне академии, но понимала, что страницы навсегда останутся мятыми и покореженными.

Линна унесла всю промокшую и пропитавшуюся дымом одежду Далеины в прачечную, и теперь на кровати у нее лежала свежая простыня, а на окне больше не было штор. После уборки все пахло лимоном. Разглядывая комнату, Далеина подумала, что теперь та выглядит и пахнет так, будто в ней никогда никто и не жил. Спустя два года ей казалось, что в этих стенах останется чуточку больше доказательств того, что здесь когда-то жила Далеина. Ее жизнь должна оставить какой-то след помимо пары царапин, которые не удалось оттереть. Вместо этого комната выглядела так, будто Далеина выселилась…

«…или еще хуже – никогда здесь не жила», – ей хотелось заставить все снова вещами, доказать, что комната принадлежит ей.

– Зато к тебе точно не будут придираться во время проверки, – сказала Реви, зевая.

– Идите спать, – сказала Далеина. – У вас есть еще час до общего подъема.

Кивнув, Линна поплелась в свою комнату. Реви быстро обняла Далеину.

– Все будет хорошо. Ну, после того как мать Мари закончит сдирать с вас кожу живьем.

– Простите, – вздрогнула Мари.

– Ничего, – сказала Далеина. – Это моя вина. – Она повернулась к Мерекот. – Я скажу ей то же самое. Не иди за мной. Я поступила как дурочка, позвав так много духов. Ты была героем, остановившим огонь, прежде чем кто-то успел пострадать. Он мог разрастись – и сгорела бы половина академии.

– Я все равно пойду с тобой, – возразила Мерекот. – Ты не можешь идти к дракону одна. Твоя магия недостаточно хороша для того наказания, какое она может тебе придумать.

– Эй, – возмутилась Далеина, хотя не могла с этим поспорить, только не при виде улик, пахнущих лимоном.

– Вот именно эй, – согласилась Мари. – Моя мать не дракон, она просто… серьезная.

– Да, да, – сказала Мерекот. – Прости. Она серьезная. – Когда Мари вышла из комнаты, то добавила: – Серьезно похожа на дракона.

Далеина закрыла дверь своей комнаты (которая уже и не выглядела как ее комната), и они с Мерекот отправились по спиралевидным ступенькам. Может, смотрительница Унда уже спит и не ждет, что к ней придут сразу, как только отмоют комнату, но Далеина в это не верила. Казалось, будто начальница смотрительниц никогда не спит. Она была везде и всегда, она была причиной, по которой все в академии работало, как по часам. Она следила за исполнительностью на высшем уровне, следила, чтобы остальные смотрители идеально готовили ужин, стирали белье, вычищали академию до блеска, словно академия – музыкальный инструмент.

– Она всегда справедлива, – сказала Далеина, чтобы успокоить и себя, и Мерекот.

– Она меня ненавидит, – заметила Мерекот. – Они все меня ненавидят, хотя я не против, потому что эта ненависть взаимна.

– Ты же не ненавидишь их на самом деле.

– Они мне завидуют.

– Не все завидуют тебе. – Далеине с трудом удалось не закатить глаза. Иногда у Мерекот бывало такое настроение. Далеина никогда не знала наверняка, говорит ли та всерьез или шутит. Мерекот вроде не выглядела расстроенной, но отлично умела скрывать эмоции.

– Ты завидуешь.

– Завидую, конечно, – сказала Далеина, – но не твоей сильной магии или тому факту, что ты всегда первая по успеваемости на всех занятиях.

– О, правда?

– Это все твои волосы, – сказала Далеина невозмутимо. – У тебя волосы лучше.

Мерекот усмехнулась, когда Далеина постучалась в комнату смотрительницы Унды. Прислушалась, ожидая звука шагов. Снова взмолилась, чтобы им повезло и чтобы смотрительница спала. Тогда Далеина может рухнуть в свою кровать на пару минут, прежде чем ее прокрутят через мясорубку – именно так она чувствовала себя по окончании каждого учебного дня. Она ни за что не преуспеет в учебе, если будет клевать носом на уроках. Может, если она продолжит себя щипать, то сумеет не спать. Или можно взять с собой пакетик с сухарями, чтобы грызть на занятиях, – иногда это помогало. Урок по призыву духов точно обернется катастрофой, и Далеина не хотела думать о том, что скажет мастер Клии. Придется пасти земного духа размером с крота по всей арене. Опять.

Далеина услышала шорох шагов, и дверь распахнулась. Смотрительница Унда была одета так, будто и не ложилась спать. Наверно, так и было.

– Хорошо. Вы закончили до рассвета. Пойдемте за мной. – Не дожидаясь ответа, она прошла мимо них и направилась к лестнице.

Обменявшись взглядами, Далеина и Мерекот пошли следом. Наказание наверняка включало в себя уборку чего-то и трату остатков свободного времени, которое им давалось на тренировки, учебу и написание сочинений. Или оно включало в себя еще больше тренировок и учебы – это было бы даже логично. Возможно, смотрительница Унда собиралась отвести их к мастеру Клии или к одной из других учительниц, чтобы та заставила их повторять основы магии часы напролет.

Только вот смотрительница Унда все продолжала и продолжала подниматься по лестнице. Сверху виднелся кружок серого неба над академией, подсвеченный лучами восхода. Несколько бледных звезд и тени изнутри академии казались плоскими.

Далеина задумалась, как выглядит восход на крыше. Она всегда занята на восходе: начинает свой день под звон утренних колоколов. Сейчас пели птицы, но в целом было тихо.

– Смотрительница Унда? К вашему сведению скажу, что Мерекот не виновата в случившемся, – сказала Далеина. – Это моя вина. Я была одна в комнате и сама приняла решение вызвать духов.

– Скажете это директрисе, – произнесла смотрительница. – Она желает поговорить с вами.

Далеина сглотнула и снова обменялась взглядом с Мерекот. Они никогда не общались с директрисой после того, как их приняли в академию два года назад. Та всегда казалась недосягаемо далекой, она всегда наблюдала, но никогда не вмешивалась. И уж точно не в вопросы дисциплины своих студентов, насколько это было известно Далеине. Неужели она натворила что-то ужасное? Несомненно, у других студенток бывали проблемы с духами. Множество проблем. Учителя постоянно рассказывали истории о прежних ученицах, которые случайно вызывали слишком больших духов и не могли тех контролировать. Иногда эти истории сопровождались прогулками по академии и указаниями, где именно учителя и ученики получили серьезные ранения или даже погибли. Но Далеина никогда не видела подобного своими глазами. Мастера всегда следили, чтобы их подопечные вызывали лишь таких духов, каких могли контролировать, – в этом и был смысл обучения. Не ввязываться в противостояние с большими. Для контроля над такими необходима особенная сила, которая даруется только при коронации. У каждого преподавателя остались шрамы со времен, когда их ученицы вызвали неправильного духа – все учителя сами по себе были наглядными уроками, по крайней мере те, кто остался жив.