Сладкое зло - Венди Хаггинс

Кем? Защитником? В этом не было никакого смысла…

И даже сейчас, он отвозит меня домой, вместо того, чтобы взять меня в какое-нибудь уединенное место и познакомить со страшным содержимым черной сумки на ровне со всем остальным.

— Кто такая Марисса? — спросила я, удивляясь своему чрезмерному любопытству.

— Никто, — огрызнулся он.

Его лицо приобрело жесткость, а челюсть сжалась.

Почему он рассердился?

— Ты самый непостижимый человек, которого я когда-либо встречала, — пробормотала я.

— Я? Нефелины не приходят друг к другу на концерты или домой без приглашения, если они не ищут неприятностей.

Я могла представлять для него угрозу? Эта мысль казалась абсурдной и вызывала смех.

— Я даже не знала, что я Нефилим до той вечеринки, — заметила я.

— Теперь я это понимаю.

— Только… ты был прав. — Я такая же, как ты… и в то же время нет.

Я сделала паузу.

— Я весь во внимании, — подтолкнул он.

Я сказала слишком много.

Желание довериться ему было сумасшествием. Что-то в нем было такое, что побуждало меня отбросить в сторону любую осторожность.

Хотя мне не следовало так рисковать уже только потому, что он находился на коротком поводке у собственного отца.

— Не бери в голову, — ответила я.

— Нет. Ты сама начала. Теперь уже выкладывай.

— Как я узнаю, что ты не побежишь к папе с новой информацией?

— Я не рассказываю ему ни о чем, если это в моих силах. Может ты не заметила, но я пытался защитить тебя от него там. Я надеялся, что если мне удастся отвлечь его и убедить в том, что я всего лишь работал, то он уйдет, не увидев, кто ты такая.

— Я заметила. — Мой голос смягчился. — Почему ты это сделал?

— Я не уверен. — Он взглянул на меня, но снова отвел глаза, изучая дорогу. — Полагаю, я хотел вычислить тебя самостоятельно. Я не ожидал его дома раньше позднего вечера. В течение недели он, обычно, отсутствует, но, по всей видимости, ему позвонила Марисса. Ты застала меня врасплох своим неожиданным появлением. Я не слушал… и это для меня крайне не характерно.

Хоть я и не могла видеть его эмоций, я поверила ему. И все же мне не нравилось, что я не могла быть уверенной в нем наверняка.

— Почему я не могу видеть твои эмоции? — спросила я.

Кайден издал легкий смешок, как будто ответ был совершенно очевидным.

— Потому что я не хочу, чтобы ты видела.

Он мог намеренно прятать свои цвета?

— Ты мог бы меня научить это делать?

— Полагаю, что — да. Хотя, понадобиться время, чтобы это освоить.

Больше времени в обществе Кайдена — не такая уж плохая перспектива. Но потом мне пришло в голову, что именно этого от нас и хотел его отец.

— Что случится, если я не буду, ты знаешь, делать все те вещи, о которых говорил твой отец? Потому что я не собираюсь.

— О, неужели? — я его явно веселила. — И почему нет?

— Потому что… хорошо, наркотики — ты видел, что они со мной делают. У меня не будет шанса на восстановление. Я просто не могу это делать. Не буду. И я определенно не собираюсь толкать их другим людям. А что касается… ты знаешь…

— Что? — спросил он.

В моей груди что-то запекло, и этот жар распространился от макушки до пяток.

— Ты слишком смущена чтобы произнести это? Секс. Давай, дай этому выход. Секс-секс-секс.

— Пожалуйста, просто ответь на мой вопрос. Что произойдет если я не буду?

— Нас обоих могут наказать. Если ты отказываешься «быть подготовленной», значит необходимо залечь на дно. Больше не приходи ко мне домой, и не делай ничего такого что может привлечь его внимание. Нефы — самая меньшая забота для демонов в этом мире. О тебе забудут и выпустят из виду в течение нескольких дней. Но если он выяснит, что ты все еще девственница, то ты сама по себе. Я скажу ему, что я пытался, но ты отказалась. Тебе следует знать, в случае, если он будет добиваться результатов, а ты будешь продолжать на отрез отказываться, то…

В напряженном ожидании, я кивнула в знак того, чтобы он продолжал.

— Что произойдет?

— А что ты думаешь? Ты — не жилец.

Мое сердце упало. Пэтти, с самого начала осознававшая, какая опасность могла мне угрожать, заставила меня дать слово, держаться от него подальше. Как я могла быть такой безрассудной. Я вошла в демонское логово добровольно! Что если Фарзуф проверит на досуге и обнаружит, что я все еще трезвая девственница?

— Я не могу уразуметь, почему моя девственность — такая большая проблема, и почему ты должен быть тем, кто…

— Ты бы предпочла другого? — произнес он серьезно, но я определенно слышала в его голосе нотки насмешки, что не могло не выводить из себя.

— Нет. Я имею в виду… не в этом дело. Если это только между нами двоими, как, предполагается, должно распространяться дурное влияние на людей?

— Это станет частью твоей тренировки. Ты приобретешь хорошую форму, укрепишь свою грешную натуру, благодаря чему сможешь завлекать больше людей. По-моему, девственность не то, ради чего стоило бы рисковать. Я могу понять, что ты боишься стать зависимой от наркотиков, но какая причина в том, чтобы не занимать сексом?

Жесть. Мог ли этот разговор стать еще более интимным? Я немного заерзала в кресле.

— Я хочу подождать до свадьбы, — призналась я, сначала скрестив, а потом выпрямив ноги.

Он снова рассмеялся.

Громко.

Я метнула в его сторону взгляд.

— Извини. Просто сама мысль о том, что Неф может оставаться абсолютно чистым, вступить в брак и вести нормальную человеческую жизнь… — Он перестал смеяться когда взглянул на меня. — Это невозможно.

Как подобное могло случиться? В течение одного часа моя жизнь летела под откос. Все мое будущее могло стать совершенно перекошенным и затемненным.

— Даже большинство людей теперь уже не ждут свадьбы. — Он взглянул на меня сквозь неровные каштановые волосы, падавшие на его глаза. — Послушай. Пока еще не время волноваться. Почему бы тебе не рассказать мне об этом своем большом секрете?

Я закусила щеку. Я не была в полной безопасности с Кайденом. Я знала это. Так почему же мне не было страшно, когда он рядом? Его отец представлял собой устрашающее и отвратительное явление преисподней, но Кайден казался совсем другой историей.

Я хотела доверять ему.

Я хотела чтобы он доверял мне.

— Моя мать была ангелом, — выпалила я. — Ангелом-хранителем. Вот.

Я молилась о том, чтобы не пришлось жалеть о содеянном.