Опасные желания - Дайана Г. Галлагер

— Она немного нервничает из-за завтрашней ярмарки, — сказала Фиби. — Надеюсь, все будет в порядке.

В коридоре открылась и с громким стуком захлопнулась входная дверь. Пайпер ворвалась в гостиную словно ураган:

— Вы знаете, сколько стоит в день аренда холодильника?

— Понятия не имею, — пожала плечами Фиби.

— Сколько? — поинтересовалась Прю.

— Много. Поэтому я решила вместо этого его купить. Не волнуйтесь, подержанный, — поспешила добавить Пайпер. — После ярмарки поставим его на складе. — Она попыталась сесть, но Прю удержала ее за руку:

— Пока ты не расслабилась, надо заглянуть в "Книгу Теней". — Прю потянула Пайпер в коридор, оборачиваясь к Фиби: — Идешь?

— Сейчас. — Фиби одним глотком допила лимонад и поспешила за сестрами.

— Что ты хочешь там найти? — спросила Пайпер, поднимаясь по лестнице на чердак.

— Что-нибудь о существе по имени Атулак, — сказала Прю. — Он сеет хаос. По древнему преданию и со слов профессора Рубина, ведьма заточила его дух в камне, который зарыла в землю. Похоже, именно его нашли археологи во время раскопок, которые финансировал Тремэйн.

Прю бросила сумку на пол у бабушкиного кресла-качалки и подошла к стойке, где лежала "Книга Теней".

Фиби устроилась в мягком кресле, с наслаждением вдыхая ароматы, пропитавшие этот старый чердак, который хранил вековую историю рода Холлиуэл, — от древних фамильных реликвий до детских вещей сестер, любовно сбереженных бабушкой. Но главным сокровищем была "Книга Теней", открывшая Зачарованным тайны предков, когда в них пробудились магические силы. Каждый раз, когда им требовалась помощь или совет, в «Книге» появлялись новые заклинания и сведения, которые таким образом сообщала им покойная бабушка и другие родственницы-ведьмы из далекого прошлого.

— А какое отношение этот дух имеет к моим видениям? — Фиби с замиранием сердца следила, как Прю листает страницы.

Та оторвалась от книги и хмуро взглянула на сестру.

— Вспомни, когда ты в последний раз просила о мире и процветании?

— В молитве на прошлое Рождество, — ответила Фиби. — Мира на земле, доброты людям и так далее.

— Мне кажется, Прю имела в виду не это. — Пайпер села на старый плетеный стул со сломанной спинкой и прижала к груди вышитую диванную подушку. — Объяснишь? — обратилась она к Прю.

— Профессор Рубин сказал, что Атулак мог обращать молитвы людей во зло, и вместо счастья приходила беда. Помолился о дожде — будет потоп. И все в таком духе, — говорила Прю, продолжая переворачивать страницы.

Фиби мерно покачивалась в кресле — это помогало ей думать.

— Вряд ли это относится ко мне.

— Почему? — удивившись, вскинула голову Пайпер.

— Потому что мои видения помогают предотвращать несчастья, а не создавать их. — Фиби перестала качаться и, поджав под себя ноги, уперлась подбородком в колени.

— Резонно, — согласилась Пайпер и повернулась к Прю: — Ну, есть что-нибудь?

Прю покачала головой:

— Пока ничего.

Фиби посмотрела на книгу. Обычно незримый Дух предка открывал ее на нужной странице. Но прошло уже столько времени, а листы даже не шелохнулись.

— Наверное, на этот раз нам никто не поможет, — разочарованно вздохнула Пайпер.

Фиби окончательно расстроилась. Ей очень хотелось надеяться, что ее сверхчувствительность и обострившаяся способность предвидения объяснялись вмешательством потусторонних сил, но хотеть не значит получить. Или наоборот? И тут ее вдруг осенило.

— Эврика! — Фиби в возбуждении подскочила в кресле. Прю с Пайпер ошеломленно уставились на сестру. — Почему люди обычно молятся? Потому, что они чего-нибудь хотят?

— Или за что-нибудь благодарят Бога, — сказала Пайпер.

Фиби, хмыкнув, принялась мерить шагами комнату, собираясь с мыслями. Она знала, что хватается за соломинку, но других идей не было.

— Ну а разве желание — это не то же самое? Прю наморщила лоб. Пайпер недоуменно моргнула.

— Вчера утром, когда смотрела новости, — продолжала Фиби, — я пожелала, чтобы меня чаще посещали видения и мы могли бы больше помогать людям, и — хоп! — так и получилось.

— Возможно такое? — Пайпер посмотрела на Прю.

— Теоретически да. — Прю, хмурясь, подняла с пола сумку и достала фотографию.

Фиби заглянула Прю через плечо, вглядываясь в дымчатое пятно на камне духа. — Ну?

— Не знаю. — Прю задумчиво смотрела на фотографию, щуря глаза. Пайпер и Фиби вздрогнули от неожиданности, когда она вдруг резко выпрямилась с сияющим лицом, словно сделала какое-то важное открытие. — Совещание переносится на кухню, — объявила она.

— Почему? — Фиби тщетно пыталась сдержать охватившее ее радостное волнение. — Что?

— Пока не хочу вселять в вас надежду. — Прю бросилась к двери. — Сначала мне нужно кое-что проверить!

— Что? — крикнула ей вдогонку Фиби. — Я хочу знать сейчас! Пожалуйста! — Переминаясь с ноги на ногу, она несколько секунд растерянно смотрела на распахнутую дверь, за которой скрылась Прю.

— Хочешь, перекусим, пока ждем? — Пайпер обняла сестру за плечи. — Есть рулеты из ветчины, и еще я сделала сэндвичи со сливочным сыром.

Пайпер, как никто другой, умела успокоить взбудораженные нервы. Фиби мгновение колебалась, потом решилась покаяться:

— Я… э… уже попробовала парочку… ну, может, чуть больше. Штук десять.

— Обжора, — съехидничала Пайпер. — Зная твои аппетиты, я приготовила всего с запасом. В любом случае Лео, наверное, объявится еще не скоро, так что кормить, кроме вас, больше некого.

Пропустив Пайпер вперед, Фиби задержалась на секунду на чердаке, чтобы погасить свет. Переполняемая разноречивыми мыслями и эмоциями, она пыталась угадать, что хотела проверить Прю. Ей не хотелось вступать в схватку с этим пакостным духом, но выбирать не приходилось.

Иначе ее ждет вечная пытка ежеминутного переживания чужих несчастий либо, что еще хуже, полная изоляция от окружающего мира — одиночество и тоска.