Колдовская компания - Ольга Баумгертнер

– И то верно, – он улыбнулся. – Наверное, столько, сколько тебе лет.

– Вряд ли. Тринадцать лет назад тебя здесь не было.

Колдун пораженно воззрился на меня.

– Воспитанник Ретча, если не ошибаюсь?

– Могу я воспользоваться библиотекой?

– Да, – с явной неохотой разрешил он, щурясь в попытке разглядеть мой талисман, отражающий огненные блики. – Твое имя…

– Тэрсел.

– Слышал, тебя изгнали… я не в праве помогать изгнанникам. Но… не мне решать…

Я заметил, как он прислушивается, и тоже уловил приближающийся топот довольно большого числа копыт. За ним последовали лязг распахивающихся ворот и крики горцев, бросившихся встречать прибывших.

– Похоже, хозяин пожаловал, – он усмехнулся, разобрав досаду на моем лице. – Неужели, не хочешь с ним повидаться?

– Не особо.

Колдун поднялся, развел руками и, ускользнув за дверь библиотеки, захлопнул ее за собой.

– Это не мышеловка, я не мышка, а Ретч не кошка, – пробормотал я, покачав головой, и обернулся к стеллажам.

Я стал осматривать разделы библиотеки, пока не нашел нужный. Я скоро пролистал несколько книг и отложил пару более подходящих. А потом вспомнил еще кое-что. Однажды я невольно подглядел за Ретчем, как он прятал какой-то том в тайник, устроенный среди остальных книг. Это воспоминание несколько отрезвило меня, если все действительно так, как я думал, то действительно в самую пору выбираться отсюда. Я нашел нужную полку, отсчитал необходимое количество книг, извлек один фолиант, за ним другой и, наконец, третий. Я взглянул на обложку и только присвистнул. Как я мог забыть об этом?! О книге по огненной магии. По запретной магии! Написанной, разумеется, на языке светлых колдунов, а еще… на ее полях имелись замечания и пометки на этом языке, так же запретном, написанные рукой Ретча.

Когда-то, давным-давно произошло разделение магии на темную и светлую. И в своде законов обители строго запрещалось использовать некоторые виды магии. А почему – это не объяснялось. Конечно, многие на самом деле применяли огненную магию в бытовых целях – зажечь свечу или костер. Но в совершенстве знать ее и использовать, как боевую, могли только маги светлой обители.

Я захлопнул фолиант и положил его место.

– И почему мне удается всегда узнавать то, что мне знать вроде как не положено? – обратив взор к потолку, вопросил я у огромной, заросшей пылью и паутиной тусклой люстры.

Прошло не больше пяти минут с тех пор, как старый колдун покинул библиотеку, когда дверь распахнулась, и в библиотеку, широко улыбаясь, вошел Ретч. Я встретил его скучающим взглядом, присев на край читального стола.

– Тэрсел, – он не переставал улыбаться. – Вот это сюрприз. Не ожидал тебя здесь застать.

– И я рад видеть тебя, Ретч, – съязвил я.

Его взгляд упал на книги.

– Если ты решил взяться за ум, тебе стоит вернуться в обитель, – заметил он. – Там ты найдешь более достойную литературу.

– Я не собираюсь возвращаться.

– Тогда ты не получишь этих книг. Да и конь тебе не принадлежит.

– Почему?

– Ты еще спрашиваешь, почему?! Ты перешел границу, ты нарушил правила. Поэтому тебя наказали.

– Сдается мне, все мы переходим границы и что-то время от времени нарушаем.

– О чем ты?

– Разве не в твоей библиотеке находится некая запретная книга.

– Какая еще книга? – улыбка исчезла с лица колдуна, а глаза стали сине-ледяными.

– Ты знаешь, какая, – и продолжил дальше на светлом наречии. – Восьмой ряд, пятая полка снизу, за тридцать шестым фолиантом. Книга по огненной магии. По запретной магии. За ее изучение полагается смерть. В книге на полях довольно любопытные замечания, сделанные твоей рукой на этом языке.

Ретч застыл, напрягшись, во взоре его сверкнул злой огонек, и все это мне мало понравилось.

– Давай мирно разойдемся, – предложил я, вернувшись к нашему наречию. – Как будто мы и не встречали друг друга. Я возьму пару ничего не значащих для тебя книг.

Ретч осклабился в злой улыбке.

– Ты думаешь, я поверю тебе? Что ты никому не скажешь? ТЫ?!

Я с разочарованием поднялся.

– Зачем мне об этом кому-то сообщать? Я не имею обыкновения трепаться о чужих делах и не собираюсь возвращаться в обитель. К тому же… я знаю об этой книге давно, еще с тех пор, как оставил Брингольд.

– Это ничего не меняет. Тебе придется когда-нибудь вернуться, – произнес он. – Я не хочу рисковать…

– Рисковать?! А ты не рискуешь, решив заставить меня замолчать? Ты же знаешь, что полагается за убийство…!

– То же самое, что и за эту книгу – смерть. Однако сколько ее на твоем счету, Тэрсел, а тебя и пальцем не тронули.

– Пальцем не тронули?

– Ну, извини, неправильно выразился. Но ты же понял, что я имел в виду. Хочешь, покажу тебе, как усвоил запретную магию, – он с кривой улыбкой размял пальцы, а спустя миг после его жеста из них вырвался огненный шар.

– Ты не боишься устроить здесь пожар? – я отпрыгнул в проход между столами – огненный шар угодил в первый ряд, и пламя стало медленно пожирать мебель. – Это старый, обветшалый замок, а старые деревянные панели и перекрытия превосходно горят…

– Ты еще дерзишь мне? Ты же трус. Не прячься от меня, Тэрсел, это бесполезно.

– Думаешь, я не могу за себя постоять? – на этот раз пришлось шлепнуться на пол, уворачиваясь от очередного огненного шара.

Надо сказать, вопрос мой прозвучал риторически. Я пополз на четвереньках под столами и скамьями, цедя сквозь зубы проклятия.

– А что ты можешь? – засмеялся он. – Чему ты мог научиться и у кого? Все учителя, прежде чем успели растолковать тебе хоть какие-то знания, стали мертвыми.

– По их собственной вине. А можно узнать, зачем ты изучаешь магию огня? – продолжал любопытствовать я, оттягивая время и размышляя, чтобы бы такое предпринять. – Ведь магия огня – привилегия светлых колдунов!

– Точно! Она запрещена, но ведь какое она дает могущество!

– Какое же, если не секрет?

– Для нежильца не секрет, – посулил Ретч и принялся объяснять, продолжая разыскивать меня. – Ты можешь представить, если мне удастся достигнуть могущества Лайтфела?

– И что же? Ты собрался заменить его на троне светлых колдунов что ли? Или… не собрался ли ты сместить Бэйзела?

– Глупец, – фыркнул Ретч. – Я никогда не предам его. Но мы можем победить Лайтфела…

– Зачем? – искренне удивился я. – Давно заключено перемирие, войны не намечается.

– Все переменчиво… давай-ка заканчивать.