Колдовская компания - Ольга Баумгертнер

– А-а!!! – наблюдая за Ретчем из щели, я издал жуткий, полный испуга вопль, отчего колдуна передернуло, и тут же заметил спокойным голосом. – О, проклятье, это всего лишь паук. Какой здоровый! Давно вы тут не убирались. Сдается, что я единственный посетитель библиотеки за последние лет десять.

– Да ты глумишься надо мной, маленький мерзавец!

– Ах да, забыл спросить напоследок, – спохватился я. – А как же магия ветра?

– Что магия ветра?

– Ты ведь был лучшим из тех, кто владел ею.

– Я им и остался. Но магия ветра ничто по сравнению с магией огня.

– Готов даже поспорить с тобой, что это не так, – предложил я.

– Вот как? И как же мы проверим, кто прав?

– Я мог бы стать твоим оппонентом.

– Ты?! – Ретч расхохотался. – Откуда тебе знать магию ветра? Ты никогда не занимался ею.

– Хм… но почему же ты дал мне такое имя?

– Я тебе уже говорил, из-за того что… – Ретч запнулся.

– В детстве я управлял бумажными ястребками, пользуясь магией ветра. Ты мне сам показал, как это делается. Мне это понравилось, и я учил ее всегда, сколько себя помню, Ретч.

Ретч молчал, соображая.

– У кого же?

– У тебя. Я тайком пробирался на твои занятия и делал это до дня моего изгнания из обители, – пояснил я.

– Так я…

– Ты мой первый и последний учитель, Ретч, – подтвердил я.

Я не дал ему шанса опомниться. В один миг вихрь сорвал с полок огромные фолианты и обрушил на Ретча книжный град. Ретч пытаясь увернуться, наугад ударил огнем по столам. Старые деревянные столы и скамьи мигом вспыхнули.

– Спасибо! – крикнул я ему.

И горящая мебель обрушилась на него вслед за книгами.

– Тэрсел!!! – заорал он.

Но я разозлился – я вдруг понял, что он действительно думал меня убить. Дубовый стол свалился ему на голову. Колдун пошатнулся, но упал лишь тогда, когда на него обрушилась с потолка тяжеленная люстра, придавив ему ноги своим бронзовым кольцом и цепями. Фолианты вперемешку с обломками мебели засыпали ему торс и руки, и он уже не мог метать в меня огненные шары. Когда я выбрался из-под стола, Ретч оказался завален по самое горло, из разбитой головы тонкой струйкой текла кровь. Он глянул на меня с удивлением и в то же время с уважением.

– Ты бы выиграл спор, если бы мы поспорили, – промолвил он.

– В самом деле?

– К тому же мне трудно перестроиться с одного вида магии на другой.

– Значит, одновременно пользоваться магией ветра и огня у тебя не получалось?

– Да, – нехотя признал Ретч и закашлялся от едкого дыма горящих вокруг него книг. – Ты бы позвал кого-нибудь – не хочешь же поджариться здесь вместе со мной.

– Обойдусь.

Порыв ветра оказался настолько резок и силен, что сбил пламя. Во взгляде Ретча вновь застыло изумление.

– Ты бы действительно выиграл спор, – проговорил он заметно тише.

– Все же не понимаю, зачем пытаться избавиться от меня? – я нахмурился. – Разве… мне казалось, мы всегда ладили.

– Это было давно.

– Давно, – я фыркнул. – Мы почти не общались с тех пор, как я уехал из Брингольда.

– Если не считать твоих незаметных посещений моих занятий, – Ретч усмехнулся. – Ты забыл, как к тебе относится Совет магов. Весь Совет магов! Они не прочь избавиться от тебя – ведь твой дар – это угроза всему нашему народу! И если бы… я смог одолеть тебя, вряд ли меня ждало наказание, скорее благодарность.

– Что значит весь?

– Весь, – в глазах Ретча отражались одновременно и сожаление, и насмешка.

– Если все проголосовали за мое устранение, вряд ли меня отправили бы в изгнание.

– Но с тех пор кое-кто пересмотрел свою точку зрения.

– Мерлинда не могла… Уверен, здесь не обошлось без Нордека.

– Может и так. Но… должен признаться, меня Нордек не «уговаривал». Он лишь приводил свои неопровержимые доводы. И после того последнего случая, Тэрсел… было так легко с ним согласиться… Прости.

Меня переполнила злость. Ретч невольно дернулся, и показалось, будто он мельком глянул мне за спину. Меч мгновенно оказался в руках и с разворота отбил направленный в спину кинжал. И еще одно молниеносное движение лезвия. Они вскрикнули одновременно. Ретч – от отчаянья, и она – от боли и страха. Занесенный для смертельного удара клинок остановился у самой шеи красивой горской девушки. Отбивая кинжал, который сейчас валялся на полу, я задел ей запястье. Она схватилась за раненную руку.

– Тэрсел! – прохрипел Ретч, облизнув губы.

– Разве не ты мне внушал, что между людьми и родом колдунов нет ничего общего?! Разве не ты настаивал, что общаться с ними – это уронить свое достоинство?! Когда-то ты приказал избить тех мальчишек, а теперь сам…

– Вот поэтому Совет и принял решение насчет тебя!

– Да? Значит я злопамятный и мстительный ублюдок?! Что я тогда должен сделать с ней?

– Она ни при чем, – в голосе Ретча послышались угрожающие нотки. – Если ты так хочешь поквитаться, то попробуй это со мной.

– Ты решил устанавливать правила? Но мы оба их нарушили когда-то, – я оскалился в жестокой усмешке, и мой меч медленно заскользил вдоль ее шеи. – Как ты думаешь, если бы ты не приказал избить тогда горских мальчишек, может, дар гипномагии никогда и не проявился бы?

Ретч замер, боясь вздохнуть, а я швырнул девушку к нему – на ее шее не осталось ни царапины. Я вложил меч в ножны, взяв себя в руки.

– Я возьму пару книг, и Шэд останется со мной – он все равно не послушает другого хозяина, даже под плеткой.

Я подобрал валявшиеся выбранные книги. Ретч наблюдал за мной.

– И ты думаешь, что так просто уйдешь отсюда? – осведомился он. – А я буду дожидаться, пока тебе приснится сон о моей смерти?

– Был бы благодарен, если бы кто-нибудь объяснил, как контролировать это. Или ты уверен, что подобные способности должны доставлять удовольствие?

Я направился к выходу. Во дворе находилось около двадцати колдунов из отряда Ретча, а также оставшийся безымянным старый колдун, и они явно ждали не меня.

– Помогите своему господину! – крикнул я им. – Кажется, он немного нездоров. Эй, Шэд!

Никто не посмел остановить меня. Они благоразумно бросились в замок. Шэд показался из конюшни, что-то жуя, явно недовольный, что мы отправляемся в путь на ночь глядя. Я подтянул подпругу и вскочил на него.

– Извини, приятель, надо уносить ноги, пока не поздно, – я вдруг почувствовал себя ужасно усталым и бросил горцу, распахнувшего ворота. – Спасибо, Арош. Прости за неприятности из-за меня и прощай!