(Не) бойся зверя - Рианнон Шейл

— Во-первых, я не в юбке, а во-вторых, вы не задумывались, что мне такое может понравиться?

— Вполне. Адрес не скажешь?

— В Сатурне. Это на…

— Я знаю, где это. Жди, скоро буду.

Грэх кладет трубку первым, а я продолжаю стоять и подпирать стену с дико колотящимся сердцем. Он приедет за мной… И что, отшлепает? Ну класс! Верю, ибо был он убедителен. А вот на хрена я сказала, где я? Что-то не догоняю.

***

Может стоит свалить отсюда до того, как приедет Александр? Юльку эта перспектива не устроит.

Я наконец-то заскакиваю в освободившийся туалет. Включаю кран и подставляю руки в холодную воду. Обтираю шею, пугаюсь собственного отражения и пытаюсь подправить макияж.

Стираю помаду, убираю скатившуюся туш и размытую подводку. Косметика поплыла. Здесь слишком жарко. Ну вот, вроде бы все.

Выхожу из туалета и ищу взглядом Юльку. Найти не удается, а вот услышать, да. Она орет под музыку так громко, что просто нельзя не услышать.

Ладно, она все еще здесь, что хорошо, а вот мне становится очень плохо. Тошнота резко подкатывает к горлу.

Удаляюсь из душного клуба,. Чувствую, как кто-то приобнимает за талию. Ромка.

— Мне плохо, тошнит, — пытаюсь убрать его руки с талии. Какой он оказался назойливый! Достал за один вечер!

Охранник пропускает нас, пристально сканируя, я просто улыбаюсь, хотя совсем не до улыбок.

Ноги еле держат, а голова делает виток по личной орбите. Свет ночного города просто выносит мозг за пределы, заменяя некогда приятное состояние на отвратительное.

— Давай отвезу тебя к себе. Пусть Юлька развлекается.

— К тебе? — смотрю в его глаза, нет, не шутит.

— Нет, я вызову такси и поеду к себе.

— Юлька с парнем затусила. Думаю, она хотела его позвать к себе.

— Ром, Юля не водит парней в квартиру, это она к ним ходит.

— Хорошо, я отвезу, точнее, вызову такси и провожу тебя. Хочу убедиться, что ты будешь в порядке.

Рука снова ложится на талию, пальцы нарочно поддевают футболку и проникают под нее, касаясь кожи. Мне это очень неприятно, и я пытаюсь его оттолкнуть.

— Не надо, Ром!

— Кать, я давно хотел тебе признаться. Ты очень мне нравишься. Очень! Я люблю тебя, понимаешь? Ты могла бы переехать ко мне, работать только репетитором. Или бы пошла в журналистику, как мечтала. Зачем тебе эта фирма? Кать, ну Катюша, посмотри на меня.

Уперевшись руками в короткую ограду, разделяющую газон и дорогу, я слушала его и не могла понять, как я такое допустила? Я ведь всегда держала дистанцию и вот, пожалуйста. Мой друг признается в любви или же я настолько напилась, что мне это просто кажется.

Но когда он хватает меня за запястье и резко разворачивает, да так, что я впечатываюсь в его стальную грудь и начинаю ощущать его дыхание на своих губах, становится ясно, что это совсем не сон.

— Живо отпустил ее, — стальной голос режет пространство. Я пытаюсь открыть глаза. Взгляд упирается в темноту… нет в черную футболку.

Так быстро я еще не трезвела.

Рядом стоял Александр. Весь такой невозмутимо красивый. В очередной раз убеждаюсь, что таким, как он подходит любая одежда.

— А ты еще кто? — начинает Рома, но резко меняет свое враждебное отношение на испуганное. Отходит в сторону, и я бы тоже отошла видя, как ярко-желтые глаза светят устрашающе.

— Катя, ты в порядке?

— Я в по…

Ну почему именно сейчас я не смогла удержать алкоголь в себе? Согнувшись феерично изрыгнула из себя содержимое. И мне не было стыдно, мне просто казалось, что я умираю, и стыду в такой момент нет места.

Алекс молниеносно убирает мои волосы, держит одной рукой. Чувствую, как ладонь другой скользит по спине верх, вниз разнося тепло и обезболивание.

— О Господи, прости меня.

— Не страшно, это всего лишь кроссовки.

— Да я не вам.

Обещала больше не напиваться до такого состояния… вот и кара настигла.

Алкоголь идет вторым заходом и, увидев, что мыс кроссовок в моей блевотине, становится стыдно ведь кроссовки не мои.

— А теперь прошу прощения у вас.

Грэх вздохнул, но ничего не сказал. Продолжил держать волосы и гладить по спине.

— У меня в машине есть вода. Постой здесь.

Когда он убрал руки, я почувствовала, как меня укутывает колющий холод. Стало неуютно и почему-то даже грустно, хотя я и видела Алекса в паре метров от себя.

Он поднес мне бутылку с водой и салфетки. Пока я делала пару глотков, он вытирал кроссовок.

Как же стыдно. Я, в отличие от кроссовок, от стыда не отмоюсь.

Александр забирает у меня бутылку воды, достает тканевый платок из кармана, смачивает его и прикладывает к моему лбу. Я позволила себе слегка облокотиться на него, а потом поняла, что слегка это было совсем не слегка.

— Идем в машину.

— Нет, там Юлька осталась и Рома.

— Думаю, они, в отличие от тебя, смогут о себе позаботиться.

— Нет!

— Ладно, хорошо, — с нажимом в голосе соглашается он. — Давай, садись в машину, я найду Юлю. И отвезу вас.

— Спасибо, — отвечаю замучено и сажусь на переднее сиденье ни без труда.

Не понимаю, как он так быстро приехал? Он что , был неподалёку?

Алекс закрывает машину и пропадает с поля зрения. Мне остается только откинуться и прикрыть глаза. Кажется, я лежала так вечность, а когда открыла глаза, обнаружила, что мы уже едем.

— Ты как?

— Плохо. Где Юля?

— Она осталась в клубе. Я сказал, что отвезу тебя. Не переживай за нее, за себя лучше переживай.

Пытаюсь набраться смелости и посмотреть ему в лицо, на котором, как всегда, не прочесть ни одну эмоцию. Я тоже на него сержусь, хотя уже едва помню, почему именно. На себя сержусь больше.

Меня еще ни разу не выворачивало на чьих-то глазах, а чтобы меня вывернуло еще и на своего экс босса-оборотня, которого я нелестно отшила — этого я даже и в страшных снах не могла увидеть.

14 Катя

Солнечные лучи нежно ложатся на лицо. Заставляют проснуться, выйти из ночной комы. Нехотя пытаюсь разлепить глаза, но удается с трудом. С тем же трудом возвращается память на свое законное место.

Я осматриваюсь, лежа в постели. Не