Терновая Лилия - Нинель Мягкова

Модистка скромно постучала в калитку рано утром, но не с рассветом. Цветочницы успели разойтись с корзинами, мы с Клеменс совершили традиционный обход сада и курятника, собрав полезные ингредиенты для будущего обеда, и этот самый обед уже приготовили, оставив пирог томиться в едва тёплом очаге.

Вообще, еда не отличалась особым разнообразием. Помимо отваров и кофе, на огне готовилось то, что могло вариться или запекаться. Мясом мы баловались редко, если только курица какая переставала нестись, тогда ее, в зависимости от жирности, отправляли в суп или на вертел. В остальное время мы питались преимущественно растительным меню: рагу, супы и всевозможные пироги с начинкой составляли весь наш рацион, помимо свежих овощей и фруктов, благо лето уже было в разгаре и пора созревания большинства из них наступила.

Зимой, по словам Клеменс, с едой дела обстояли куда хуже — если бы не запасы, которыми щедро делилась с нею дочь, вряд ли она смогла бы еще и подкармливать цветочниц.

Мы уже отмыли руки от муки и въедливого красноватого сока, — сегодня был ревеневый сладкий пирог, и я с нетерпением предвкушала приход девушек, чтобы можно было его достать из очага, разрезать и съесть — когда Клеменс услышала деликатное постукивание. Если бы оно раздалось часом раньше, за грохотом скалки мы бы его и не заметили.

Стоявшая на пороге женщина была одета довольно просто. Хоть ее одежда и была выполнена явно из дорогой ткани, покрой имела строгий и лаконичный — никаких золотых цветочков и россыпей жемчуга. Аккуратную головку мадам с низко уложенной рулоном косой украшала вычурная шляпка с пером — единственный, пожалуй, бросающийся в глаза аксессуар.

— Добрый день. Здесь ли живет мадам де Валье, цветочница? — уточнила она, глядя на нас по очереди. Очевидно, расспрашивая про нарядных дам, посетивших рынок, она не уточняла возраст и теперь раздумывала, к которой из нас обратиться.

— Де Валье — это я. Проходите, пожалуйста, — вспомнила о хороших манерах Клеменс. Она посторонилась, отодвинув заодно и меня, и пропустила гостью во внутренний дворик. Та переступила основание забора, мешавшееся под ногами, мельком огляделась и проследовала за нами в гостиную, где обычно собирали букеты. Прибрать после цветочной утренней суматохи мы еще не успели, и повсюду были рассыпаны лишние листья и облетевшие лепестки.

— Присаживайтесь. Кофию? — любезно предложила Клеменс, смахнув подолом с одного из плетёных диванчиков зелень и указывая на него даме. Она поджала губы, но присела, чем заработала дополнительные очки в моих глазах. Я уже догадывалась, о чем пойдет разговор, потому уселась поближе к ней.

— Меня зовут Клэр Шаппель. Прошу прощения за столь неожиданный визит, — начала гостья издалека. Клеменс с трудом подавила возглас изумления и метнула на меня испуганный взгляд — она до последнего не верила, что моя затея удастся, и сейчас, когда персона, лично общающаяся с принцессой, посетила ее дом, хозяйка его впала в панику. — До меня дошли слухи о необычных нарядах, в которых вы гуляли по рынку в эти выходные. Мне бы хотелось на них взглянуть.

Мои губы изогнула легкая пристойная полуулыбка, хотя внутри я скакала и ликовала. Сработало!

Вздумай мы с Клеменс, даже одевшись точно так же, ходить по ателье и предлагать модисткам образцы кроя, от нас бы отмахнулись в лучшем случае. В худшем — вызвали бы жандармов. В швеи и помощницы брали девиц, зарекомендовавших себя в шитье, по знакомству или по протекции мастерицы, их обучавшей. Да и ткань, как правильно заметила мадам Леклер, была из самых дешевых. Не производящей должного впечатления. С непривычки эффектно, конечно, но совершенно не то, что может получиться из роскошного бархата, к примеру.

— Мадам Леклер уже сшила первые образцы ваших рукавов для одной дамы. На вечернем приеме у королевы она произвела фурор, теперь все хотят такие же, — отвечая на мои мысли, поделилась с нами свежими новостями модистка. Так я и думала. Внешние атрибуты скопировать легко, тем более, в скреплении четырёх полос бантиками нет ничего особенного. Зато выглядит броско, что и требовалось. — Тем не менее я ещё слышала, что у вас на спине нет шнуровки и в то же время платье как-то держится. Вы зашивали его на себе?

— И распарывать каждый раз по вечерам? Нет уж, увольте, — хмыкнула я. — Предупрежу сразу: застежка уже запатентована у одного ювелира, и запас он произвёл приличный, так что хватит на несколько платьев сразу.