Пять Грязных Искусств - Анна Кондакова

— Теодор Ринг! — снова выкрикнул Феликс.

От этого выкрика меня парализовало. Я выронил второй меч, и тут же получил сильный удар обухом топора прямо в грудь. Отчётливо услышал треск костей, попытался увернуться от нового удара, но от болевого шока упал на колени, хватая ртом воздух.

Тяжелым носком ботинка Феликс добавил мне под рёбра.

— Я всё же заберу твой костюмчик, сопляк, — послышался его довольный голос.

— Ну попробуй… — выдавил я, заставляя себя поднять голову и посмотреть мяснику в глаза.

Они уже потухли, Феликс перестал колдовать, уверившись в том, что одержал победу. Но нет, это была не она. Я ещё не сдался.

— Можно ему добавить? — спросил у Феликса его помощник.

И не дожидаясь ответа, подошёл ко мне, схватил за волосы и потянул вверх, заставляя встать с колен.

— Ну что, парень? Привет тебе от клана Соло…

Не сильным, но точным ударом в нос я заставил его заткнуться.

Ответ последовал мгновенно. И такой, что меня отбросило на спину. Кулак парня угодил мне в нижнюю челюсть и, казалось, раздробил к чертям половину лица.

Давясь кровью, текшей из разбитых губ, я снова поднялся на ноги. Сплюнул и прохрипел:

— Хрена с два вы получите мой костюмчик, ублюдки.

Наверняка, мой костюм пребывал уже не в том виде, чтобы на него посягать. Грязный, обессиленный, истекающий кровью, я стоял без оружия, пошатываясь от головокружения, а Феликс внимательно смотрел на то, как я держусь из последних сил.

— Ты меня достал, сопляк, — процедил он. — Откуда у изнеженных Рингов вдруг взялся такой крепкий засранец?.. Я хочу заколотить тебя до смерти. Вот этой вот рукой. Хочу чувствовать, как крошатся твои кости и рвётся кожа. Будь добр, сделай дяде Феликсу приятно. Сдохни, крыса Рингов!

Он отбросил топор и ринулся на меня, всадив кулак мне в живот. Увернуться я не смог, и мы повалились на землю. Феликс вжал меня в пол и пару раз ударил в лицо.

В глазах взорвались искры, голова запрокинулась. Но всё же я успел заметить крупную золотую цепь на шее Феликса.

Золото.

Оно мутировало почти без усилий, но мне, не природному адепту, всё равно требовалась связующая жидкость.

Лёжа на спине и помогая себе локтями, я пополз в сторону лужицы мутационного масла, вылившегося из набалдашника трости. Феликс тут же разгадал мой план. Схватил меня за грудки и приподнял, прошипев в лицо:

— Грубо работаешь, парень…

Я оскалился.

И смял в кулак его золотую цепь.

К чёрту масло… Попробую мутировать так.

Ладонь пронзил адский жар. Такого жара я никогда раньше не ощущал. Изнутри давила мощь, требовала разрядки. И это не было похоже на выход химического кодо, что давал овеум.

Под горячими пальцами цепь начала мгновенно мутировать в прочный шнур с такой же скользящей петлёй, что я видел на лассо у Генри. И чем сильнее я тянул за его конец, тем крепче он затягивался вокруг шеи Феликса.

От неожиданности, боли и нехватки воздуха тот вытаращился на меня и задёргал головой. Но я держал его намертво, будто душил навалившегося медведя.

Или он, или я…

Видимо, я…

Феликс захрипел, скребя шею в попытке ослабить петлю, а я медленно поднялся с пола, притягивая к себе противника за смертельный ошейник.

— Позови мне Бартоло, — сказал я в его покрасневшее лицо. — Сейчас. Мне нужен твой босс.

Феликс не мог говорить. У него подгибались ноги, он беззвучно разевал рот, высовывая язык и заходясь пеной.

Ко мне кинулся его помощник, но я остановил его, громко пригрозив:

— Ещё шаг — и верёвка превратится в стальную проволоку. Будешь ловить голову этого козла у себя под ногами!

Помощник замер, не добежав до меня метра три. Ведьмы заскулили, они даже не пытались помочь своему главарю, притихли у стены, ожидая и его, и своей участи.

— Если ты позовёшь мне Бартоло, я ослаблю петлю, — снова обратился я к мяснику. — Ты понял, Феликс? Пусть твой подручный приведёт мне его прямо сейчас. Я хочу видеть Бартоло.

Феликс закивал, давая понять, что на всё согласен.

Я ослабил петлю, и мясник одним долгим вдохом, с хрипом, бульканьем и свистом, втянул воздух в лёгкие.

Потом махнул рукой, не глядя на помощника.

— Иди…

Тот кивнул и кинулся из заброшенного здания. Ведьмы продолжали поскуливать.

— Свободны! Валите отсюда! — гаркнул я им.

Та, что постарше, со всех ног понеслась к выходу, но Эстер помедлила. Посмотрела на меня пронзительным взглядом, приложила раскрытые ладони к сердцу и направила их в мою сторону. Склонила голову в уважительном кивке.

А потом быстро схватила грязную сотенную купюру с пола и кинулась бежать.

Мы с Феликсом остались одни.

В горле у него похрипывало и даже скрипело, он старался дышать носом.

— Бартоло с тебя с живого шкуру стянет и сделает из неё пальтишко, — выдавил он, одаряя меня свирепым взглядом.

— Вот и посмотрим, как крепко моя шкура на мне сидит, — ответил я.

— Да уж… очень хочется увидеть…

— Почему ты назвал меня Теодором Рингом?

Феликс расплылся в угрожающей улыбке.

— Потому что прочитал это в твоей башке. Моё кодо всё видит и никогда не ошибается.

— На этот раз ты ошибся, — бросил я ему, но нехорошая догадка всё же зародилась в голове: кажется, теперь я узнал, кому принадлежало тело, в котором я находился.

Отпрыску Рингов.

К этому же роду относился глава империи. Выше, чем аристократы из рода Рингов, в Бриттоне никого просто не существовало.

Я очень надеялся, что Феликс ошибся, приписав меня к имперскому роду.

Пожалуйста, пусть он ошибётся…

В далёком гуле Гвардейской площади и в паузах между шумными выдохами Феликса я различил отчётливые шаги. Тяжёлые, не торопливые, но и не медлительные. Звук надвигался, и я уже знал, кто идёт со мной повидаться.

Через минуту в проёме заброшенного здания показалась высокая и грузная фигура Бартоло Соло.

***

— Ты что за хрен?! — рявкнул он с порога. — Феликс, кто этот парень?

— Это щенок из рода Ри-и…

Я сильнее затянул на шее Феликса петлю. Подождал, когда Соло подойдёт ближе, и сказал спокойно, без претензий:

— Хочу поговорить с достойным представителем вашего клана.

— С чего ты взял, что я буду с тобой говорить? — Соло подобрал валяющийся на полу топор Феликса.