Зеленая мантия - Чарльз де Линт

В воскресенье днём Эрл с Хови раздобыли «тойоту» и выехали из Оттавы в направлении Квинси. Когда они свернули на шоссе номер десять, клонящееся к западу солнце ударило в глаза. Границу Ланарка проехали в четверть восьмого. Солнце рыжим апельсином висело над самым горизонтом.

— Начинаю вспоминать, — бросил Эрл, сворачивая на просёлок. Хови поднял взгляд от схемы, начерченной дрожащей рукой Боба Гольдмана.

— Чего вспоминать?

— Местечко, куда мы катим.

— Ты что, бывал там?

— На хрен оно мне? — Эрл бросил на приятеля косой взгляд и усмехнулся. — Просто Френки пару раз рассказывала про своего кошмарного старика и про домик, в котором они жили с папочкой. Как накачается хорошенько, так начинает вспоминать детство. Да мне и в голову не приходило, пока малютка Бобби не раскололся.

— Так он не навонял?

Эрл осклабился:

— Если и навонял, так только оттого, что в штаны наложил. Нет, миляга Хови, похоже, наш приятель напел чистую правду.

— Сейчас будет поворот, — предупредил Хови, заметив мелькнувший на обочине указатель Брайтсайда.

Эрл одобрительно проворчал что-то себе под нос. Он уже видел развилку.

— Легче лёгкого. Френки всегда норовила сбежать от всяких сложностей, но уж если не выходило, сдавалась в два счета.

— А что с малышкой?

— Малышка будет делать, что велят, или крупно пожалеет. Господи, это у них называется дорогой?

— «Воскресный проезд», — прочитал Хови.

— Видно, на этой дорожке поселился шибко влиятельный налогоплательщик!

Хови расхохотался.

— Лучше притормози, — посоветовал он чуть позже. — Осталось не больше мили.

Но Эрл снизил скорость, только когда увидел дом.

— Вроде он, — сказал Хови.

Эрл кивнул, оглядывая кучи строительного хлама во дворе. Когда дом скрылся за поворотом дороги, он остановил машину.

— Сколько на твоих?

— Семь тридцать, — отозвался Хови.

— Нормально.

Эрл развернул машину на узкой дорожке. Хорошо, что у них малолитражная «тойота». Он нарочно выбирал модель без задних дверей, чтоб легче было следить за девкой. Они ещё раз проехали мимо дома и свернули налево на первой развилке. Теперь машина укрылась за сосновой рощей.

— Ну, миляга Хови, — объявил Эрл, заглушив мотор, — нам пора.

Хови кивнул, и оба, выбравшись из машины, пошли к дому.

Эрл с размаху шлёпнул себя по шее.

— Чёртовы москиты!

Хови отмахивался от насекомых обеими руками и поглядывал на рукоятку пистолета, торчавшую у приятеля за ремнём. Он надеялся, что дело выйдет не таким грязным, как вчерашнее.

* * *

Али видела медленно прокатившую мимо «тойоту». Она как раз запирала переднюю дверь, и ей было не до проезжающих машин. Возвращение «тойоты» осталось незамеченным — девочка в это время возилась в кухне, разыскивая полиэтиленовый пакетик, куда поместился бы «Путеводитель» Тома Брауна. Обнаружив мешок с эмблемой пертского IGA, она сунула в него книгу и выскочила в заднюю дверь.

Она знала, что опаздывает, и все же, оказавшись на улице, остановилась, вслушиваясь в ночные шумы и всматриваясь в лес. Там могло скрываться что угодно, от Малли с её рожками до бог ещё знает чего. Солнце почти закатилось, и тени стали огромными.

«Давай, двигайся, — приказала она себе. — И так опоздала. Не хватало явиться к Тони запыхавшейся, так что сразу будет ясно: бежала всю дорогу. Ещё подумает, будто я, как маленькая, боюсь темноты или оборотней. Оборотней? А ты могла бы обернуться кошкой, Малли?»

Али тряхнула головой, отгоняя дурацкую мысль, и решительно зашагала через лужайку, но тут же остановилась. На дорожке, ведущей к дому Тони, хлопнула дверца автомобиля. Али быстро проскочила двор и заросший бурьяном участок, отделявший их владения от дороги. Чуть впереди виднелась машина. «Тойота». Али заметила двух человек, которые свернули с дорожки на грязную тропинку, тянувшуюся к их крыльцу.

«Странно, — подумалось ей. — Они что, к нам приехали? Да нет, глупости. Зачем тогда оставлять машину так далеко?»

По спине пробежал неприятный холодок, и девочка, прячась за деревьями, вернулась к дому. Мужчины уже подходили к дверям, но страх, кошачьей лапкой погладивший ей спину, объяснялся не видом двух незнакомцев, а звуком далёкой флейты, долетевшим с северо-востока. «Это Томми, — вспомнила она слова новой знакомой. — Томми играет на тростниковой дудочке». Только кто такой этот Томми?..

* * *

— Вот те на! — воскликнул Эрл, когда впереди замаячила стена дома.

— Что такое?

— Вот о чем мы не подумали: а если их дома нет?

Хови поглядел на приятеля, потом снова на дом. Машины нет, сразу отметил он, а в такой глуши без машины не обойтись.

— И что делать будем? — спросил он.

— Проверим. И подождём малость.

«Только не слишком долго, — тоскливо подумал Хови. — Того и гляди, нарвёшься на неприятности. Только попробуй скажи это Эрлу, — вздохнул он. — Вот бы оказаться сейчас снова в Торонто, или даже в Нью-Йорке, за одним столом с Джо Бродвеем. Какую девчонку выделил ему Джо! Исполнила все, что сулила Тэнди Горячка: молоденькая, фигуристая и на все для него готова! Как она обвивала ногами его…»