Зеленая мантия - Чарльз де Линт

— Ты говорила с тайной, да?

Али кивнула.

— И я тоже, — сказала Малли. — Вот уж не думала, что он умеет говорить. Что он тебе сказал? Ты спросила, хочет ли он на свободу?

— Он сказал, что и так свободен.

— Тогда почему же он не уходит? Почему позволяет этой своре гонять себя?

— Не знаю, — проговорила Али. — Может, это потому, что он в то же время и не свободен. — Она повернулась лицом к Малли. — Он ведь не сама тайна, Малли. Он — частица чего-то большего.

Малли кивнула:

— Того, другого места.

— Того места, — согласилась Али, — и этого тоже. Тайна, когда она здесь, в этом мире, — тоже его часть. И он ведь не один…

— Хотела бы я понять — почему, — вздохнула Малли.

— Не все надо объяснять, — напомнила ей Али.

Малли покосилась на неё, и широкая улыбка осветила её личико.

Френки подошла к двери, так что ей был слышен почти весь разговор. Ещё свежи были в памяти испытания последних дней, но взгляд упал на линию деревьев, и она подумала о лесах, о том старом камне, который так и не успела толком рассмотреть, о деревеньке Льюиса, о Тони. В эту минуту из леса донёсся звук флейты.

Френки вспоминала рассказ Али о путешествии с тайной в место, не принадлежавшее этому миру и времени. Священное место, место покоя. Здесь, в перелеске посреди графства Ланарк, слышно лишь эхо его. Но пусть лишь эхо, все же и это немало.

Звучала флейта Пана, и пусть не тайна перебирала лады, но музыка принадлежала ей. Френки хотелось слушать эту музыку без конца, слушать её с Али, слушать её с Тони… Похоже, что плохие времена прошли. Хотя осталось ещё одно дело.

— Пора идти, Али, — тихо позвала она. Али обернулась к матери:

— Куда идти?

— Возвращаться. Кто-то ведь должен объясниться с полицией. Может быть, нам удастся убедить их, что Эрл и те люди перебили друг друга, и не втягивать в это дело Тони. Скажем им только половину правды: что им нужен был наш выигрыш.

Она уже избавилась от автоматического пистолета, но «тридцать восьмой» по-прежнему лежал в кармане куртки, а теперь она подняла и прислонённый к двери арбалет.

— Нам, наверно, устроят весёлую жизнь, — добавила она, — потому что, если придётся, я скажу им, что это я застрелила Эрла.

Али глотнула слюну и кивнула:

— Но ведь они поймут, что это самозащита, да?

— Надеюсь, Али. Ну, идём.

— Но потом мы сюда вернёмся?

Али взглянула на мать, а та смотрела на кровать, где без сознания лежал Тони.

— Ещё бы не вернёмся, малыш. Не знаю, право, как у нас с ним выйдет, но если не выйдет, то уж не потому, что я не старалась.

— А кем он раньше был… тебе не важно?

— А тебе важно? Али замотала головой.

Френки улыбнулась и сошла с крыльца.

— Ну а для меня важно. Очень важно знать, кем был человек. Но ещё важнее — знать, кто он теперь. Звучит разумно?

Али согласилась. Она искала взглядом Малли, но дикарка куда-то пропала. Френки обняла её за плечи, и обе, попрощавшись с Льюисом, вышли на тропу к дому.

— Я ещё приду тебя навестить, Малли! — наугад крикнула в чащу Али.

С ветки над ними свесилась лохматая голова.

— Я знаю, — сказала Малли, потом спрыгнула на землю и, смеясь, умчалась в лес. Смех затих, но звуки флейты провожали их всю дорогу до дома.