Дитя бури - Райчел Мид

На Финна я чар не накладывала. Он стал околачиваться поблизости, потому как нашел меня занятной. Так что время от времени этот дух являлся, таскался за мной и, как правило, откликался на мой зов. Я могла заставить его служить мне, но, при всей нелюбви к созданиям Мира Иного, без веских поводов подчинила бы Финна только под дулом пистолета. Я никогда не доверяла тем, кто так запросто предлагал свои услуги, но Финн ни разу не дал мне шанса усомниться в нем. На деле он всегда оказывался хорошим помощником. Понятия не имею, что у него там произошло, но и он тоже оказался проклят. В детали я никогда не вдавалась.

Светящаяся фигурка примостилась на моем туалетном столике.

— Приветик, Одиллия, что новенького? Отчего ты так пахнешь сексом? Развлекалась недавно? Что это ты нас всех сюда притащила?

Слишком частое появление в нашем мире и телевизор обогатили его словарный запас человеческим сленгом больше, чем у других духов.

Я сделала вид, что не замечаю этих вопросов.

— Здравствуй, Финн, здравствуй, Нанди.

Женский дух медленно кивнул в знак приветствия.

— Итак, — произнесла я своим фирменным командным тоном. — Господа! Спешу сообщить вам пренеприятнейшее известие. — Ни один из них не нашел это смешным, так что я просто продолжила: — Короче, не падайте в обморок. Я собираюсь нанести вам визит, ребята. В своем настоящем теле. Все по-честному.

Нанди вообще никак на это не отреагировала. Финн аж запрыгал от энтузиазма.

— Правда? Серьезно? Когда? Прямо сейчас?

Приятно знать, что хоть кто-то меня правильно понимает. Я изложила всю историю. Волузиан прислонился к стене, всем своим видом демонстрируя, что повторный рассказ — это чудовищная трата его времени.

Энтузиазм Финна слегка померк.

— Ой. Ну что я могу сказать?.. Это круто, но все же немного…

— Глупо, — монотонно проронила Нанди в своей обычной унылой манере. — Все кончится провалом. Отчаянным, безнадежным провалом. Вы погибнете, и я никогда не обрету покоя. Страданиям моим не будет конца.

— В первый раз вижу, чтобы вы оба согласились с Волузианом.

Финн пожал плечами.

— Дело, конечно, благое, это ясно. Но вы действительно не можете просто прийти в замок Эзона и забрать девушку. Я не имею в виду, что вы недостаточно круты для этого, ничего подобного. Просто вам нужен настоящий, хороший план. Ага. Каков он?

— Хм, ну, скажем, прийти к нему в замок и забрать девушку.

Волузиан громко вздохнул. По красным щелочкам его глаз трудно было определить точно, но, кажется, он закатил зрачки.

Я злобно посмотрела на него.

— Эй, это намного лучше твоего предложения. Может, поделишься сведениями с остальной частью класса?

Он так и сделал, повторил все то, что уже говорил мне.

Когда он закончил, Финн сказал:

— Что ж, вот вам и хороший план.

Я всплеснула руками.

— Нет, не хороший. Это ужасный план. Я ни за что и никогда не обращусь к джентри за помощью.

— Король Дориан мог бы помочь вам, хотя его помощь, скорее всего, окажется лишь слабой соломинкой надежды, которая в итоге может обернуться для нас сокрушительным поражением и куда большей трагедией, — высказала свое предположение Нанди.

— Довольно слезливых пророчеств! — Жаль, что для духов не делают антидепрессантов вроде прозака. — Как бы то ни было, вопрос спорный. Мы отправимся прямиком к Эзону, и точка.

Я сообщила им время и место нашей встречи и обязала хранить план в тайне. Мне нужно было убедиться в том, что Финн не выболтает секрет. Но он, наверное, смирился с вероятностью моей возможной кончины, поэтому демонстрировал очевидную радость от всей этой затеи.

— У меня к вам еще один вопрос, прежде чем мы расстанемся. На прошлой неделе трое выходцев из Мира Иного обращались ко мне по имени. Что происходит? Кому еще известно, кто я такая?

Среди духов возникло замешательство. Наконец Финн ответил, причем таким тоном, словно никак не мог поверить в то, что я задала столь идиотский вопрос.

— Да все знают. Ну, почти все, кому это нужно. Последние две недели там только о том и говорят. Черный Лебедь Одиллия — это Эжени Маркхэм. А Эжени — Одиллия.

Я молча уставилась на него.

— Только об этом и говорят?

Трое духов согласно кивнули.

— И ни одному из вас — ни одному! — не пришло в голову, что это заслуживает моего внимания?

В воздухе снова повисла тишина. Наконец Нанди, вынужденная отвечать на прямо поставленный вопрос, коротко сказала:

— Вы же не спрашивали, повелительница.

— Именно, — сухо согласился Волузиан. — Если бы вы призвали нас и задали вопрос: «Известно ли мое имя в Мире Ином?», то мы с готовностью ответили бы.

— Умник.

— Благодарю, повелительница.

— Это не комплимент. — Я нервно провела рукой по волосам. — Как такое могло случиться?

— Возможно, кто-то догадался, — предположил Финн.

Волузиан кинул на него взгляд.

— Не изображай из себя большего идиота, чем ты есть на самом деле.

Темный дух снова повернулся ко мне.

— Далеко не все существа приходят в этот мир для того, чтобы убить вас. Некоторых присылают шпионить за вами. Если кто-то решил втихую выяснить, кто вы такая, то это вовсе не трудно.

— Так что же нынче говорят? Неужели все они хотят меня прикончить?

— Кое-кто — да, — сказал Финн. — Но большинство из них слабаки. В бою вы, скорее всего, одолеете их.

— К несчастью, — добавил Волузиан.

Зашибись. Вот эта новость ни в какие ворота не лезет.

Где-то в глубине души я надеялась, что лишь немногие знали, кто я такая, но, видимо, разоблачение моего инкогнито стало в Мире Ином главной сплетней дня. Я прикинула, не поискать ли ведьму из местных, чтобы та наложила заклятие на мой дом. Еще можно приказать духам нести круглосуточную охрану, но, по правде говоря, я не была уверена в том, что смогу вытерпеть большие дозы их брюзжания.

— Ладно. Идите отсюда. Возвращайтесь к назначенному времени. Да, если кто-то из вас услышит что-то полезное про Эзона или девушку, являйтесь и сообщайте мне. Не ждите, пока я сама вас позову.

Моя последняя реплика прозвучала как рычание. Финн мгновенно испарился, но Нанди и Волузиан выжидающе смотрели на меня.

Я вздохнула.

— Плотью и духом я освобождаю вас до следующего раза. Отправляйтесь с миром и не возвращайтесь, пока не призову.

Духи бесследно испарились, и я осталась одна.