Хрустальный сад - Эвелина Баш

Банкеты, устраиваемые корпорациями, сменялись банкетами у суа, известных и влиятельных в Темном мире. После современных, кондиционированных, сияющих сотнями огней банкетных залов дорогих отелей, оснащенных по последнему слову техники, с гостями, разодетыми по последнему слову моды, приемы в старинных имениях суа по меньшей мере попахивали нафталином. Эти достаточно мрачные мероприятия проходили при свете свечей и под звуки струнных оркестров. Дамы, даже самые юные, родом из восьмидесятых, старались перещеголять друг друга в платьях викторианской эпохи. Мужчины только-только сняли парики и перестали пудрить лица. Они до сих пор носили красный бархат, как будто 18 век не закончился! От этого маскарада, который поначалу приводил в дикий восторг, теперь же меня просто тошнило.

Дождливым июньским вечером мы сидели в кабинете Наставника в нашем уединенном замке. Он читал новый выпуск финансового журнала, Алиша раскладывала старинные карты, а я стоял у окна и смотрел на капли дождя, стекавшие по стеклу.

– Наставник, – в сотый раз затянул я разговор, – почему общество суа отказывается признать, что двадцать первый век наступил?

– Ты слишком юн, чтобы понимать, Вальтер, – в сотый раз ответил он, перевернув страницу. – Наше общество основано на традициях, которым не одна тысяча лет. Мы не можем их нарушать.

– И поэтому мы должны одеваться в это старое тряпье и притворяться, что электричества нет?

– Вальтер, ты не понимаешь, – не отрывая взгляда от журнала, сказал он таким тоном, как говорят с маленькими непослушными детьми. – Дело не в том, как мы одеваемся, а в том, как мы себя ведем. Дело не только в наших манерах, но и в отношении.

– А если я приду на следующий бал в кедах и джинсах?

– Это будет неуважением к нашему обществу, Вальтер. Так не принято.

– Я действительно ничего не понимаю! – воскликнул я. – Почему мы не можем жить в современном мире и пользоваться его достижениями?

– Но мы можем, – возразил он, – никто не запрещает тебе этого.

– Значит, я могу купить себе машину и провести сюда интернет?

Он посмотрел на меня странно. Уверен, что слово «интернет» было ему знакомо.

– Значит, это все чего ты хочешь? – спросил он.

– Нет, не только, – ответил я, – я хочу, чтобы суа проснулись ото сна и посмотрели вокруг. Человечество сделало огромный прорыв в технологиях.

– Я знаю об этом, – сказал он и снова углубился в чтение.

– Они стоят на пороге открытия «частицы Бога»! – на последнем слове его лицо перекосилось, и он с раздражением посмотрел на меня.

– О чем ты?

– Частицы, от которой произошла наша вселенная, – я подошел к нему, – еще чуть-чуть и они раскроют природу магии, – я склонился к нему и тихо сказал, – еще чуть-чуть и они станут использовать ее сами.

Я знал, что эти слова окажут на него впечатление. Он был известным сторонником «чистой крови», считал, что магом может стать только самый достойный. Мои слова о том, что люди смогут пользоваться силой привилегированных, заставили его задуматься.

– Что ты предлагаешь? – спросил он.

Да, да, да, это был мой звездный час!

– Я предлагаю начать с себя. Вы – Повелитель темных сил, в Ваших руках вся власть, вы можете поставить наш мир с ног на голову! Вам принадлежит сокровище, которое стоит миллиарды денег, а вы позволяете ему разрушаться и приходить в запустение. Давайте вдохнем в этот замок новую жизнь, давайте покажем всем, что двадцать первый век наступил!

Я еще долго кружил по комнате, расписывая радужные перспективы. Наставник отложил журнал и внимательно слушал меня, поглаживая подбородок и одобрительно кивая. Алиша продолжала раскладывать пасьянс и время от времени фыркала или издавала смешки, реагируя на мои слова. В конце концов, Наставник согласился на капитальный ремонт замка, но с одним условием – я не мог нанять лучших дизайнеров и строителей из мира людей, а мог рассчитывать лишь на наемный труд… гномов.