Буран, Тайга и Асмодей. Выход - Денис Чистяков

– К чему это нелепое смущение, Димчик? Ты ведь уже видел меня с Нагзаром и в купальнях.

Ее бровь хитро изогнулась, а на губах заиграла хищная улыбка. Я не был готов к тому, что Вероника прямо сейчас припомнит те события и, растерявшись, ответил:

– Это не значит, что хочу увидеть снова.

– Неужели? Я тебе настолько противна?

Такого вопроса я не ожидал и против воли мой взгляд скользнул по ее обнаженному телу, но тут же опомнившись, я снова уставился куда-то в сторону, спешно сменив тему:

– Ты решила припомнить мне прошлые обиды?

Вероника театрально поджала губы, прижав палец к подбородку:

– Да, представляешь, не могу перестать думать об этом. Ты ведь в купальнях сам подпустил меня к телу своей ненаглядной.

У меня внезапно пересохло во рту и язык прилип к небу, отказываясь выдавать какие-то оправдания. Мой взгляд от смущения поплыл вниз, но наткнувшись на соблазнительную грудь Вероники, тут же вильнул в сторону на какую-то корягу.

Ощущая, что оказался в ловушке, я едва слышно пробормотал:

– Я не думал о тебе.

– Да, воображал меня Санрайз, верно?

Решив буквально сбежать от ответа, я пробурчал что-то себе под нос и спешно развернулся, уже готовый ломануться через кусты к лагерю, но тут передо мной поднялась ледяная стена!

– Бл…ть, ты совсем что ли еб…лась?! – вскинулся я.

– Еще нет, – все так же улыбаясь, ответила Вероника, – Бежишь от взрослого разговора, потому что нечего ответить?

Она внезапно шагнула ко мне, простерла руку, от чего я заметно дернулся, но протянула ее мимо моего плеча к торчащим острым сосулькам. Все также, не отрывая взгляда от меня, она отломила кусочек льда и ее рука скользнула к груди. Мы смотрели в глаза друг друга, но я знал, что происходило ниже по экспрессивной мимике Вероники. Кусочек льда скользил по ее коже, обводя грудь, касаясь нежных сосков, которые все сильнее набухали от холода и возбуждения. Одно лишь осознание происходящего пробудило во мне предательскую мужскую натуру и знакомые ощущения, подтверждающие, что мой новый аватар ничем не отличается от реального мужского тела.

– Ты мне должен, Димчик и теперь можешь отдать долг, – наклонившись ко мне, сладостно прошептала Вероника.

Ее рука, словно бабочка скользнула по моему плечу так легко, что отшвырнуть ее казалось чрезмерной грубостью.

– Теперь у тебя есть, чем порадовать девушку.

Я, было, думал, что меня выдает мужское тело, но оказавшись в ловушке игривого взгляда осознал, что дело вовсе не в нем. Также легко и просто Вероника играла со мной, когда я был в теле Санрайз и тело Санрайз отвечало ей. Черт!

– Я тебе ничего не должен, – ответил я, также невольно убавив звук до шепота.

Лед продолжал скользить по тонкой коже, дразня соски и теперь я видел этот танец собственными глазами. В тоже время вторая рука Вероники добралась до шнуровки на моей рубашке и замерла там. Вдруг ее ногти болезненно впились в мою грудь, вызвав судорожных вздох. Я растерянно поднял взгляд, наткнувшись на полные губы, нежно розового цвета, все еще растянутые в улыбке, которая внезапно показалась совсем не лукавой и вполне даже ласковой. В следующий миг моих губ коснулся холодный кусочек льда, который секунду назад чертил мокрые узоры на груди Вероники. Я ощущал холодную влагу и жар во всем теле, но тут Вероника внезапно засмеялась и отступила от меня:

– Так значит, не думал обо мне?

Ощутив себя идиотом, я раздраженно вытер губы и отвернулся от голой мерзавки.

– Ты не умеешь врать, Димка. Санрайз бы мне никогда не позволила того, что позволил ты. Еще бы чуть-чуть и ты бы сам вручил мне свое достоинство!

– Нихрена! – обиженно фыркнул я, невольно ощущая, как проходит возбуждение, – Я думал о ней, а не о тебе!

– А сейчас? Если бы ты думал о ней сейчас, то на шаг бы меня к себе не подпустил! Ты ведь ее любишь, разве нет?

Выпад оказался болезненным, но в этот момент я удивительным образом больше злился на себя, нежели на Веронику. Возможно именно этого она и добивалась…

– Но ее здесь нет, – произнесла мерзавка, сделав шаг ко мне, – И она нас не застукает.

Об этом я не думал, поскольку несмотря на реакцию собственного аватара был совершенно равнодушен к Веронике, однако невольно представил себе, как нас застает Санрайз и где-то внутри кольнуло болезненное чувство, что ей было бы все равно. Да, стараниями Вероники она узнала о событиях в купальнях и после спрашивала меня о них, но я не был уверен, что ее одолевала ревность, скорее обида на то, что я воспользовался ее телом. Возможное равнодушие Санрайз пугало меня куда больше необоснованной ревности. По крайней мере, ревность могла бы говорить о том, что я нужен ей… и не только как друг.

Внезапно Вероника подкралась ко мне сзади и обвила руками, словно хищный ядовитый вьюнок, но мысли о Санрайз развеяли ее чары и вернули меня в реальность. Я снова ощущал мир вокруг и себя в нем. Стряхнув руки Вероники, уже добравшиеся до моего паха я резко отступил, злобно выпалив:

– Какого черта тебе нужно?!

– Всего лишь немного ласки, – совершенно буднично ответила она.

Поймав мою руку, она уже было поднесла ее к призывно колыхавшейся груди, но я успел вырваться и почти рыкнул:

– Нет!

Какое-то время она смотрела мне в глаза, потом ее игривый взгляд будто погас и она отвернулась, обняв себя за плечи.

– Думаешь, сможешь забрать ее с собой?

Этот вопрос, брошенный словно нож, застал меня врасплох. На какой-то миг я действительно задумался о такой возможности, но все еще не знал, согласиться ли Санрайз, если эта возможность появится. Я уже почти смирился с этим миром и был готов остаться здесь ради Санрайз, но, похоже, такой вариант Вероника считала слишком безумным даже для меня.

– Какая тебе разница? – вздохнул я.

Плечи Вероники дрогнули. Она так и не повернулась ко мне и только через пару мгновений озвучила свой жест:

– Никакой.

– Вот и хорошо. Тогда нам стоит вернуться в лагерь и ехать дальше.

Устав от странного разговора с голой Вероникой, я обошел ее ледяную стену и направился обратно.

– Дима!

Вероника окликнула меня,