Избранная страны драконов - Тася Тараканова

Горыныч начал плавно снижаться, причём делал это с невероятной для него грацией. Разряд, который он получил от защитной сети, заставил его двигаться медленно и осторожно. На спине дракона, согнувшись в три погибели, виднелся всадник. Горыныч неожиданно мягко ступил на траву и аккуратно сложил крылья. Бежать до дракона оставалось метров сто. Но уже сейчас я видела, как наездник сполз со спины дракона и скрючился на земле в позе эмбриона. Эрвин первый добежал до несчастного, я была второй. Нам впору самим грохнуться рядом с бедолагой. На нас смотрел Ларри, бледный, с синими дрожащими губами и спутанным комом волос на голове.

— Ларри! Как ты… что … совсем плохо? — Эрвина затрясло при виде друга. — Можешь встать?

— Эрвин, — всхлипнул Ларри. Он не мог сдержать чувств, когда друг помог ему подняться, — Соня! — из глаз белого китайца катились слёзы, — вы живы. Я долетел. Вы не представляете. Я смог. У меня получилось.

Я не знала, кого обнимать в первую очередь: Горыныча или Ларри. Я металась от одного к другому, не в силах успокоиться. Ларри плакал, я плакала, Эрвин глубоко дышал, стараясь не присоединиться к нам, Добромир улыбался. Эмоции били через край.

— Как вы нашли нас? — в глазах Эрвина сверкнула настороженность, — никто не знал, где мы.

— Это Горыныч, — приходя в себя, произнёс Ларри. — Он нашёл. Он… он…. Вы же не знаете самого главного! — вскричал юноша.

— Что? — я испуганно пискнула, глядя на парня, вид которого стал полубезумным.

— Он говорит! Он может говорить! — возопил Ларри.

— Кто? — хором воскликнули мы, испугавшись за психическое состояние Ларри.

— Горыныч заговорил. Правда. У меня с головой всё в порядке. Соня! Горыныч — гений! Ты была права, он самый …необыкновенный, — Ларри вновь не смог сдержать слёз.

— Тише, тише, — я гладила Ларри по голове, как маленького ребенка. — Да, что ты стоишь, Эрвин, — обернулась к нему, — успокой Ларри. Видишь, он не в себе.

— Я не вру. Что вы так смотрите? — Ларри кинулся к дракону. Белый китаец задыхался, его била дрожь, губы тряслись, на лбу выступила испарина, — Горыныч! Скажи им, ты же умный. Ты же говоришь! Скажи! Скажи! — в исступлении выкрикивал Ларри.

Дракон наклонил голову, утробно зарокотал, кажется, настраиваясь. Он не мог говорить, его связки не приспособлены для этого. Серебристый маломерка гудел, а мы замерли как в стоп-кадре.

— Р-р-да! — рыкнул Горыныч победно.

По команде «отомри» я икнула, Добромир вздрогнул, а Эрвин зашёлся в кашле.

— Горыныч, еще скажи! — ликуя, орал Ларри. — Ты можешь!

— Р-р-да, — проревел дракон.

Ларри обхватил Горыныча за шею, целуя его. Белый китаец был невыразимо счастлив, будто он сам научил Горыныча говорить.

— Жаль, с нами нет Асанны, — медленно произнес Эрвин, — я бы не отказался от её успокоительного.

— Я тоже, — прошептала, но меня услышали.

— И я, — откликнулся Добромир.

— А мне бы водички, — жалобно произнес Ларри, обернувшись к нам. Услышав его охрипший голос, мы вдруг разразились неконтролируемым хохотом. Кроме белого китайца, конечно, у него просто не было сил смеяться.

Наш сумасшедший смех разом прекратился, когда от входных ворот раздался призывный сигнал. Мы с Эрвином, не сговариваясь, повернулись к Добромиру.

— Кто это? — спросил Эрвин.

Что-то странное творилось сегодня. Мы не успели отойти от шока – появления Ларри с говорящим Горынычем, как на пороге стояли новые гости. Провидение написало сценарий и втёмную распределило роли. Добромир и Эрвин чувствовали что-то подобное, но осмыслить надвигающиеся события были не в силах. Добромир стряхнул нахлынувшее наваждение и прислушался.

— Сигнал моего мобиля. Я его оставил на полигоне, когда забирал Грома.

— Интересно, — Эрвин пристально взглянул на чемпиона.

Добромир вытащил из кармана устройство, похожее на небольшую блокнот, открыл его и уставился в чуть засветившееся изображение страницы.

— Барановский. С ним какая-то девушка. Странно, Йохан не мог приехать без причины. Я ему открою.