Корона или тьма - Саша Мэри Миллер

— Таковы времена, дорогая моя, — ответил ей немолодой лорд.

— Соображения войны порой требуют, чтобы лучшие из лучших остались в запасе, — возразил Горин.

Хотя эти слова были произнесены мягко, белоснежные брови Ройанса недовольно сдвинулись.

— Мне не нравится, как это прозвучало, Горин, — сказал он. — Вы подразумеваете, что я не в состоянии сражаться?

— Сударь, мы уже обсуждали это с вами, и мне казалось, что вопрос решен. Я прошу вас. Дайте мне слово.

— Мне кажется, что мой муж прав, — поспешно вмешалась Ясенка. — В эти опасные времена мы больше всего нуждаемся в вашей мудрости и опыте. Те, кто вынужден будет остаться позади, смогут во всем полагаться на вас. И потом, кому еще можно было бы поручить давать советы королю Пересу? Вы будете нужны ему больше, чем когда-либо раньше!

Недовольное лицо Ройанса немного смягчилось.

— Вы правы. Никто из остальных его советников… — Тут его взгляд бессознательно устремился в сторону кресла, которое обычно занимала вдовствующая королева Иса. — Никто не в состоянии давать ему советы в военное время.

— Тогда подумайте об этом! — попросила Ясенка. — Взвесьте, где вы будете нужнее.

Ройанс посмотрел на нее, и в уголках его губ появилась улыбка.

— С момента нашей последней встречи вы научились быть тактичной, — заметил он. — Было время, когда вы невинно сказали бы мне, что я был бы обузой, что я нуждался бы в защите и присмотре.

— Никогда, сударь!

— Ну, может, не настолько прямо. — Седовласый лорд глубоко вздохнул. — Возможно, вы правы. Возможно, мои лучшие боевые дни уже позади. — Тут Ройанс, ставший сейчас похожим на ястреба, изображенного на его личном гербе, бросил на нее острый взгляд из-под тяжелых век. — Но только лучшие дни. Я еще способен повоевать.

— В этом нет никаких сомнений, сударь, — заявил Горин.

— Хорошо, — уступил Ройанс. — При отсутствии каких-то непредвиденных обстоятельств я не поеду.

— Благодарю вас, сударь, — сказал Горин.

— И я тоже вас благодарю, — проговорила Ясенка, испытывая немалое облегчение.

Тут принесли мясные блюда, и трапеза началась. Теперь, когда деликатная проблема была решена, Ясенка позволила себе немного успокоиться. Как бы Ройансу ни претило оставаться, он дал им слово. И все признавали, что данное им слово стоит договоров, подписанных иными аристократами. Она знала, что Горин намеревался выехать вперед, чтобы подготовить место, выбранное в качестве лагеря армии Рендела. Оно находилось за границей страны, где местность была ему хорошо знакома. И кроме того, под знаменами армии Нордорна было меньше людей, чем в армии Рендела. Значит, подготовка армии Рендела к переходу займет больше времени и усилий. И даже Ясенка понимала, что медлить с выступлением неразумно.

Она решила, что будет стараться как можно полнее насладиться тем временем, которое сможет провести в обществе мужа.

Харуз был не настолько занят, чтобы не найти времени вернуться в крепость Крагден. Он заезжал туда изредка и с гордостью замечал, что Маркла не виснет на нем и не умоляет остаться, как делали некоторые жены. И в то же время он чувствовал, что она жалеет о его отъезде.

— Когда ты будешь уезжать, я не стану плакать, — сказала она. — Я не хочу расстраивать тебя. Но буду с нетерпением ждать твоего возвращения.

Он одобрительно кивнул.

— Ты — настоящая жена воина, — проговорил он, ласково гладя ее по щеке. — И ты, конечно, знаешь, как я это ценю.

Благодаря тому, что тревога за жену его не терзала, он стал размышлять над тем, что именно следует взять с собой. Полагаясь на опыт Горина и Гиннела, он не собирался пользоваться своим любимым оружием. Еще ему нужно было попробовать многослойную одежду, рекомендованную нордорнцами, и убедиться в том, что она не стесняет движений. Маркла, привыкшая только к изящному рукоделию, поручила изготовление его одежды другим, и Харуз втайне пожалел о том, что она будет сшита не ее руками.

Да, и еще одно — магическая защита. Харуз прошел в спальню, которую он делил с Марклой, и нашел ключ, спрятанный под парадной цепью лорда-маршала. Цепь была украшена изображениями Четырех Деревьев и хранилась в шкатулке с другими драгоценностями, которые он надевал на парадные приемы во дворце. Прикоснувшись к каминной доске в строго определенном месте, он услышал почти беззвучный щелчок отодвигающейся панели. Харуз приподнял гобелен и вошел в потайную комнату.

По привычке он быстро осмотрел помещение. Похоже, здесь ничего не изменилось с того дня, когда он был здесь. Сколько же времени прошло с тех пор?.. У него уже давно не было нужды в тех предметах, которые он так тщательно прятал. Благодаря тому, что помещение было так хорошо скрыто, в нем почти не появлялось пыли. Он не увидел там даже собственных следов. Так когда же он все-таки сюда наведывался?.. Когда в последний раз заходил в Трясину, окутанный туманом? Тогда он встретил среди прочих и Ясенку.

Потайная комната была очень маленькой, и почти все пространство в ней занимал сундук. Ключ легко вошел в замок. Харуз вынул из сундука металлический обруч. Его определенно следует взять с собой. Остальные предметы он окинул беглым взглядом. От них пользы не будет. Пусть пока остаются в Крагдене. Он опустил крышку, собираясь запереть сундук.

И тут вдруг он замер, ощутив едва уловимое беспокойство. Чего-то не хватало. Харуз стремительно откинул крышку снова и перебрал магические предметы уже внимательнее. Да, вот оно! Талисман, необходимый для вызова летуна, подобного тому, которого вдовствующая королева держала в своей комнате на башне, хотя и не в точности такого же. Он прекрасно помнил день, когда показал талисман Исе, сказав, что получил его от Зазар. Это была откровенная ложь: с чего бы Зазар стала одаривать его такой вещью? Однако, хотя он ни разу не воспользовался своим талисманом, тот сослужил свою службу — хотя бы тем, что показал ему магического слугу Исы.

Харуз перерыл содержимое сундука. Он был совершенно уверен в том, что оставлял талисман здесь, заперев в надежном месте. Убедившись в его отсутствии, он привалился к стене, хмурясь все сильнее. Здесь поохотился кто-то, обладавший немалым умением в обнаружении потайных комнат, отпирании замков и поиске скрытого.

Кто мог сюда проникнуть? Об этом потайном месте не знал никто, кроме него самого. Хмурый вид Харуза превратился в мрачный. Кто это был? Разум настоятельно подсказывал ему одно имя. Маркла.

В качестве его жены она имела доступ почти ко всем его секретам. Могла она обнаружить и эту комнату — случайно. Она — женщина, а они от природы любопытны. Она — подруга и доверенное лицо Исы. Следовательно, Иса могла отправить ее на поиски — возможно, поручить найти именно этот талисман. Зачем?

На этот вопрос он мог легко ответить: потому что Исе было невыносимо знать, что подобным средством обладает кто-то помимо нее. Харуз прекрасно помнил, каким было выражение лица Исы, когда он показал ей свой талисман. Мгновенная вспышка узнавания, которая сменилась почти ощутимым желанием вырвать вещицу у него из рук.