Искушение Эльминстера - Эд Гринвуд

мог увидеть их и пойти за кнутом. На кухне стало холодно и тихо, но три служанки не осмеливались уйти. В последний раз, когда девушка осмелилась ускользнуть пораньше, за ней охотились вверх и вниз по башне и били кнутом еще долго после того, как ее одежда упала, а окровавленная кожа под ней грозила последовать. Железный Лис приказал, чтобы ее кровавые следы не стирали с полов в коридорах, чтобы они служили постоянным напоминанием о награде, ожидающей за распущенность и непослушание. Служанки сонно съежились на скамейке у кухонной двери, напуганные больше, чем мужчины в зале. Воины боялись неизвестного и того, что могло скрываться поблизости в окутанном ночью Старне, но слуги точно знали, какая опасность поджидает их в соседней комнате, и знали, что они заперты вместе с ней. Скоро за дверями спален раздастся много шлепков и криков, если они хоть в чем-то разберутся, и...

С внезапным громким звоном цепи одна из люстр упала со своей обычной высоты на стол внизу. Люди вскочили с криками, их мечи сверкнули в руках. Один из них с проклятием пробежал через комнату, за ним последовал другой. Они прошли через арку и исчезли прежде, чем раздались громкие команды Железного Лиса. У правителя Старна было огромное, грубое лицо, покрытое щетиной, густые жесткие усы и глаза, такие же холодные и жестокие, как и все суровые зимы. Тело под ним, потеющее в полной броне, вплоть до горжета и перчаток, было не меньше и не изящнее. Изогнутые металлические пластины удерживали дрожащие грудь и живот, которые в противном случае колыхались бы как бледное отвратительное море плоти, когда их хозяин поднялся на ноги и направил длинный загрубевший палец на остальных.

— Следующему человеку, который покинет эту комнату без моего разрешения, лучше продолжать идти, прочь с моей земли! Вы хоть понимаете, как глупо вот так бросаться прочь, когда...

Он резко повернул голову на высокий, пронзительный крик, который прервал его из прохода, куда вышли двое мужчин. Этот зал вел в кладовые и задние комнаты башни... в том числе в комнату Белдрума, названную по имени давно умершего священника-чонтианца, где хранились столы и были прикреплены цепи, на которых держались люстры. Похоже, комната внезапно оказалась захвачена врагами. Железный Лис схватил свой шлем со стола и нахлобучил его на голову. Его люди последовали его примеру и сгрудились вокруг него, чтобы услышать приказы.

— Дурлим и Аулинсон — в галерею. Крикните, что все чисто, когда доберетесь туда. Гондеглюс, Тартан и Рен — встаньте здесь со мной. Один из вас заглянет под стол, а потом мы повернемся к нему спиной и будем наблюдать. Лландер, охраняй дверь в коридор. Когда галерея будет в безопасности, мы четверо присоединимся к тебе и впятером обыщем комнату Белдрума.

Железный Лис замолчал, и приказу последовала тишина. Люди, казалось, ждали еще чего-то. Внезапная ярость чуть не задушила его. Он вел овец?

— Шевелитесь, сукины дети! — прогремел он. — Выполнять! Маршмаршмарш, марш!

После того, как эхо его крика стихло, на мгновение воцарилась тишина. Затем все разом двинулись с места. Гондеглюс застонал и отшатнулся назад, за ним последовал Аулинсон. Свист арбалетных болтов, которые убили их, громко прозвучал в гулкой комнате. Затем Рен поймал болт в лицо и упал. Ни у кого из них не было шлемов с вытянутым забралом в южном стиле. Железный Лис был достаточно умен, чтобы поднять свой старый тяжелый палаш перед лицом и метнулся в сторону, прежде чем повернуться и посмотреть на галерею. Он успел мельком увидеть черноволосого мужчину с ястребиным носом, выскочившего из-за перил с заряженным и готовым арбалетом в руках. На этот раз его целью был Дурлим, но высокий ветеран пригнулся и ударил по воздуху перчаткой, и стрела со звоном отскочила от его наруча и без вреда разбилась о дальнюю стену. Из кухни донеслись крики страха, но у Лиса не было времени посмотреть, возвещают ли они о незваном госте или просто боятся того, что здесь происходит. Неважно; в галерее находился известный враг, у которого, должно быть, закончились заряжённые арбалеты, и он уже бежал в укрытие.

— Лландер! Тартан! Вверх по той лестнице, — проревел Железный Лис, размахивая своим клинком. — Сейчас же!

Его самые верные воины заметно колебались, но поднялись по лестнице, как было приказано. Лис позаботился о том, чтобы поскорее спрятаться под краем галереи, наблюдая, как они поднимаются, под видом того, что приказывал Дурлиму спуститься по коридору к нижней части задней лестницы в галерею.

Он неуклюже проковылял за Дурлимом до арки, ведущей в коридор, и присел там, вглядываясь в галерею. Лландер и Тартан были там, наверху, осторожно продвигаясь вперед.

— Ну? — рявкнул он. — Какие новости?

Именно тогда гобелен упал на Лландера. Тартан отшатнулся, чтобы избежать диких ударов меча своего друга, затем сделал выпад, пробив хаос тяжелой ткани своим черным мечом, надеясь ударить того, кто был за ним, и нападал на опутанного Лландера. Этот кто-то уже распластался на полу, дергая коврик под ногами. Тартан, потерявший равновесие, дернулся, схватился за перила, чтобы удержаться в вертикальном положении, промахнулся и с грохотом опрокинулся. Человек с ястребиным носом выскочил из-за свернутого гобелена и вонзил кинжал в лицо Тартана. Меч Лландера вслепую вырвался из гобелена, чтобы ударить мужчину, который в ответ вонзил свой кинжал в ткань, затем перепрыгнул через перила, легко приземлился в пиршественном зале, весело помахал Железному Лису и помчался к передней части башни.

Разъяренный Железный Лис с ревом бросился в погоню, затем остановился в двух шагах от выхода из зала и поднял свой клинок. Нет... Он побежал бы один в ту часть крепости, из которой отослал своих людей, в область, где слишком много мест, в которых человек с ножом мог получить преимущество над закованным в броню врагом и скрыться. Нет, пришло время посмотреть, жив ли еще Лландер, найти Дурлима, и они втроем могли бы подобрать какое-нибудь подходящее место для защиты от прыгающих безумцев с ножами. Он неуклюже проковылял обратно через пиршественный зал, дважды по пути нанеся удар назад, и поднялся по лестнице, где лежал обмякший Тартан, а гобелен медленно и устало колыхался.

— Лландер? — позвал он, надеясь, что не получит удара мечом в лицо. — Лландер?

Он услышал тихий звук позади себя и злобно ударил своим клинком, рубя так мощно, что сталь с ошеломляющей силой отскочила от каменной стены, оставив за собой