Падение Вавилона - Александр Афанасьев

Генерал Джеймс Маттис, командующий морской пехотой США, предчувствуя неладное, несмотря на жесткий цейтнот времени – шел просчет вариантов операции в Иране, мобильные силы выдвигались на свои позиции – все-таки нашел время ознакомиться с ситуацией в Техасе и направил туда, конкретно – в Даллас, в здание морской пехоты, и на базу в Сан-Антонио один из последних своих неприкосновенных резервов – специальный отряд ФАСТ, флотской антитеррористической группы безопасности. При прочих обстоятельствах расквартированных в Техасе сил спецназа морской пехоты – а помимо ФАСТ, в Техасе на постоянной основе, в Амарильо, Техас, была расквартирована группа В антитеррористического батальона четвертой дивизии морской пехоты и четвертый батальон разведки морской пехоты в Сан-Антонио – должно было хватить для локализации и уничтожения прорвавшихся на территорию страны боевиков наркомафии. Но на сей раз это была не вылазка.

Начиналась война.

Флотская антитеррористическая группа безопасности была создана в восемьдесят седьмом году и насчитывала примерно пятьсот оперативников, причем все они были с боевым опытом, приобретенным в основном в Ираке и Афганистане. Основная задача ФАСТ – быстрое усиление режима безопасности объектов морской пехоты и ВМФ США, а также дипломатических представительств по всему миру, если в том возникает необходимость. Специалисты ФАСТ охраняли посольства в Багдаде, Сане и Кабуле, с четырнадцатого года – и в Москве, обеспечивали безопасность в порту Аден, когда там подорвали эсминец ВМФ США Коул, обеспечивали безопасность некоторых других американских и международных представительств в Либерии, Нигерии, Багдаде и прочих опасных для жизни местах. Это были крепкие и опытные люди, прошедшие сначала стандартный курс подготовки разведчика морской пехоты, а потом и курс специалистов по ближнему бою в Квантико, Виргиния, который им преподавали специалисты из FBI HRT, Группы по освобождению заложников ФБР.

Прибыв на место – а это были две команды по двенадцать человек, одна для Далласа, одна для Сан-Антонио, – специалисты по безопасности разобрались в ситуации и стали предлагать меры по усилению режима безопасности баз. Баз-то, по сути, не было, равно как и периметра безопасности – обычные здания. Оба здания пикетировали демонстранты, это само по себе служило определенной дополнительной гарантией от силового захвата, но не исключался вариант «мирного» прорыва в здание, при котором первыми прорываются невооруженные демонстранты, в отношении которых нельзя применять смертельное оружие, а затем уже через прорванный периметр проходят боевики с оружием. Для того чтобы это предотвратить, раздобыли и начали выдавать дежурящим на постах морпехам автоматические несмертельные FN-303, состоящие на вооружении полиции, они были заряжены смесью шаров из резины калибра 0,68 и шаров, содержащих раздражающее вещество на основе перцового экстракта капсаицина. С морскими пехотинцами, стоящими на внешних постах, провели инструктаж и небольшую тренировку, чтобы при необходимости это оружие было применено мгновенно. На крышах оборудовали позиции, поставив туда по снайперу и по пулеметчику. Начали делать внутренний периметр, используя готовые составные части баррикад, оборонять который предписывалось, уже ведя огонь на поражение.

Не один и не два раза специалисты ФАСТ, укрепляя оборону зданий морской пехоты, задавались вопросом, что же такое произошло в стране, что теперь для обеспечения безопасности зданий морской пехоты в Техасе требуются почти те же самые меры, что и для обороны какой-нибудь передовой базы в иракской пустыне? Почему в них летят камни и яйца, презервативы с мочой, почему они готовятся к штурму зданий в собственной стране, где и зачем они воевали, что в собственной стране начало происходить такое?

Помимо прочего, специалисты ФАСТ установили оборудование и посадили человека прослушивать частоты. При обеспечении безопасности объекта нужно всегда прослушивать, что происходит снаружи его, так можно понять, кто находится вне периметра и что замышляет, не исключено, что удастся перехватить переговоры готовящейся к удару штурмовой группы и подготовиться к отражению, а то и нанести ответный удар. Так морские пехотинцы узнали о том, что происходит во Фредериксбурге.

Первыми услышали то, что происходит в Далласе – там группу ФАСТ возглавлял опытный специалист, капитан морской пехоты Томас Уиндроу. Он отпахал в Ираке целых четыре срока и за это время кое-что понял. Его знание заключалось в том, что если ты приходишь в какую-то страну – то тебя должно касаться все, что там происходит, все без исключения. Трагическая ошибка американцев заключалась в том, что после того как рухнул режим Саддама, они не смогли предложить ничего взамен, надо было или уходить, быстро и сразу, или оставаться, но сразу наводить жесткий порядок, используя те силы, которые способны его навести, и не оставляя ничего на волю случая. Вместо этого они потратили время на какие-то идиотские демократические процедуры, на поиски мифического оружия массового поражения, на любование самими собой – и в это время, когда каждый час был дорог, упустили улицу. Несколько месяцев беспредела – а Саддам одним из последних своих распоряжений выпустил на улицу всех уголовников – заставили народ думать, что при американцах не хуже, а лучше. Тут же появились проповедники из соседних стран и быстро объяснили, что надо делать и какому богу молиться, чтобы наступил порядок. В мечетях стали раздавать деньги за фугасы, за убийства американских военнослужащих – и начался хаос. Если бы они в те месяцы вышли на улицы, перебили бы уголовников, обеспечили безопасность страны даже ценой своей крови – потом этой крови было бы намного меньше.

И с тех пор везде, где он действовал, он никогда не замыкался только на пределах защищаемого объекта и стремился узнать, что происходит над периметром, и активно воздействовать на события в нужную сторону. Он даже большое письмо об этом написал в Leatherneck, в колонку, где делятся боевым опытом.

Капитан только лег отдохнуть – ночная смена далась тяжело, некоторое количество пикетчиков не уходили, ночью могло произойти всякое, – как прибежал капрал Фрэнкс, один из молодых морских пехотинцев, сильно подавленный тем, что происходило за периметром.

– Сэр, вас немедленно вызывает капрал Тиди! Что-то очень срочное!

Капитан с силой зажмурился, потом открыл глаза – чтобы дать им хоть немного отдыха. Старый прием и помогает…

– Пойдемте, капрал…

Капрал Тиди, самый младший по званию в специальной группе, имеющий за плечами два года афганского опыта, сидел у терминала связи, что-то быстро писал в блокнот.

– Что происходит, капрал?

Одним из приказов капитана Уиндроу было: ни один из подчиненных никогда не получит взыскания, если вызовет командира и обратит его внимание на что-то, что покажется ему странным, опасным или подозрительным. Командир может быть занят другим делом, есть, спать, в конце концов – и младшие по званию могут так бояться потревожить его, что ничего не скажут до тех пор, пока появившийся вдруг у ограды посольства танк не вынесет ворота. Это пример, конечно, но пример показательный – командир должен как можно оперативнее узнавать о том, что происходит рядом с охраняемым объектом, пока не стало поздно.