Возрождение - Кэрол Берг

– Выздоравливай, мой хранитель, и будь счастлив. Я тоже закричал ему в ответ:

– Будь мудрым, мой король, и великодушным!

Не прошло и недели, как мы с Элинор и Эваном отправились в Эззарию. Блез проводил нас до границы, до каменистых холмов, за которыми начинались горы, спускающиеся к пологим зеленым холмам, заросшим лесами. Он мог бы так же быстро довести нас до нужного места, до безымянного поселения, где жила моя мать, Ткачиха, и мой отец, земледелец, которые научили меня жить. Но я не хотел пропустить ни одного мига возвращения, я показывал Элинор и Эвану каждую знакомую мне скалу, каждое дерево. Мы ехали целую неделю, и никогда еще я не знал дней, наполненных таким покоем и светом.

Была уже середина лета. Я сидел в одиночестве у питаемого горячими ключами пруда в лесах Эззарии. Пруд, в котором отражались звезды, очень походил на такой же пруд в Дэл-Эззаре, где когда-то давно мой старый учитель помог мне вернуть мелидду, которая, как я считал, была утрачена для меня за годы рабства навсегда. Сегодня я снова шагнул в обжигающую воду, умоляя свои чувства потерпеть немного, позволить мне задержаться в воде, прекрасный первый урок для подготовки к настоящему волшебству. И в пятидесятый раз у меня ничего не получилось. Но я убеждал себя, что сегодня поражение было не таким явным, как в предыдущие сорок девять раз. Вера связывает чувства с силой, учил меня Галадон. Значит, я должен верить, что в один прекрасный день щедрый ливень оросит иссушенные земли моей души и снова оживит часть меня. Завтра я вернусь и снова войду в воду. Или, может быть, послезавтра.

А пока что мои дни заполнены тихими радостями. Я начал учить эззарийцев нашей настоящей истории, записывать все, что знал, чтобы помнили потомки. Когда начнется осень, я вернусь в Кир-Наваррин и попрошу Каспариана рассказать мне больше.

Блез сообщил, что те рей-киррахи, которые остались в Кир-Наваррине, снова обрели тела, хотя многие предпочли распроститься с друзьями и отправиться в гамарандовый лес. Они лишились даже своих светящихся форм и вернули себя земле. Башня рассыпалась в прах, и никто больше не видел Госпожи. Леса там разрослись вовсю.

Черноволосая дочка Катрин и Хоффида, Хлоя, родилась с демоном внутри. После нее родилось еще двое таких детей. Элинор, кажется, станет одной из наставниц. Родителям новорожденных пригодятся ее рассказы о детстве Блеза и Фаррола. Она подготовит их и меня, чтобы мы могли помочь детям в первый раз совершить превращение. Элинор и Эван дают мне возможность ощущать такую полноту жизни, что я не сожалею о сделанном выборе.

Я отказался стать богом, получить ответы на вопросы, которые смертные хотели узнать с начала времен. Но был ли и сам Керован богом до своего сумасшествия? Если не Вердон, не Валдис, не Керован, то чья рука вылепила нас? Если не в Тиррад-Норе, то где же живут боги, как мы узнаем о них? Я задавался этими вопросами, бродя по любимым холмам и лесам и пытаясь начать все с самого начала. И по-прежнему не находил ответов.

Но в конце концов, ответы не так уж и важны. Мой ребенок и его мать окружают меня любовью, я свободен, волен думать и вспоминать. Я думаю о Блезе, щедро отдающем себя этому жадному миру. Вспоминаю Совари, Малвера, В'Ассани, Галадона, Фаррола и юного Кьора, и конечно же Исанну, отдавшую свою жизнь ради нас. Я наблюдаю, как Фиона упрямо и вдохновенно ведет моих возлюбленных эззарийцев к новой жизни. Я представляю Александра, объезжающего свое королевство в пустыне, оберегающего и защищающего нас, укрывающего нас щитом своего света. Ведь истинная слава богов отражается в рассказах об их силе, чести, целеустремленности, и неважно, кто эти боги и где они живут.